Мария Мендес – Любовь напоказ (страница 2)
Она всовывает мне в руки стопку бумаг А4 и демонстративно отбрасывает свои длиннющие волосы назад, выходя из приёмной. А я, почувствовав нежный, дурманящий запах её волос, застываю. Дверь громко закрывается, и я прихожу в себя.
– Подожди, что всё это значит?
Раздражённо машу бумагами вверх, будто она меня может видеть и слышать. Попытался прочесть и вникнуть, но образ бесячей помощницы отца стоит перед глазами, мешает думать. Так разозлился, что психанул и смял все бумаги в один большой шар. Кинул в урну, и тут же дверь со стороны кабинета отца открылась.
– Где Маша? – грозно спросил батя.
– А я откуда знаю, она мне не докладывает, куда уходит. – Отцу явно мой ответ не нравится.
– Будешь знать, понял. Будешь знать, куда и зачем она пошла, точно так же, как и она должна знать, где ты и чем занимаешься! – Он зол, оборачивается и кидает через плечо. – Скажи, чтобы зашла, когда вернётся.
Быстро оценил по-новой риски потери квартиры и вытащил бумаги из урны. Попытался выровнять листы, но всё безнадёжно. – Ладно, и так сойдёт.
Сел за компьютер и, клянусь, хотел реально делом заняться, но почему-то взгляд зацепился за папку «МОЁ». Убедился, что дикарки не видно на горизонте, и открыл папку, а там личные фотки нашей мисс недотроги.
– Ни чё себе. А наша колючка та ещё развратница! – присвистнул, расслабив галстук. Вот как теперь с ней работать?
На фотках девушка в нижнем белье, и, судя по качеству, это не просто фотки для личного архива. Сто процентов, эта фотосессия для мужских журналов.
– Ну, Мария Сергеевна, попалась.
Хотел быстро себе сфоткать на телефон и даже полез в карман, но когда рука коснулась старенькой «Моторолы», вспомнил, что мой айфончик батя забрал. Ну блин, и тут мне обломилось.
– Какого чёрта ты лазишь в моей папке, придурок?! Отойди!
– Да ладно тебе, можешь не закрывать папочку, я и так всё успел увидеть.
Она шипит и как дикая кошка, кидается на меня, когда из кабинета отца доносится дикий ор.
– Маша, немедленно зайди ко мне!
Её пыл сразу гаснет, и она испуганно смотрит на меня минуту, а после срывается и забегает в кабинет отца. Мне не надо идти туда или подслушивать, чтобы услышать, о чём там говорят, потому что отец орёт так, что в его приёмной всё слышно.
– Что это такое? Я ещё раз спрашиваю у тебя, что?
– Андрей Васильевич, это не я. Не понимаю, как так получилось, я всё перепроверила несколько раз перед тем, как вам отдать эти документы.
– Ты хоть понимаешь, что только что произошло? Я опозорился на видеоконференции перед губернатором и участниками этой самой видеоконференции! Мне выговор обещали сделать, а ты тут стоишь и говоришь, что не знаешь, как так получилось! Зачем мне только такая помощница, которая не справляется с такими элементарными вещами?! Зря я пожалел тебя и взял на работу! Уйди с глаз моих долой и пиши заявление! – Андрей Васильевич, не увольняйте, пожалуйста, я… это не я. Мне нельзя терять работу, у меня больные родители, я не могу потерять эту работу.
Ого, попахивает горючим. Жаль ведь колючку, разве так можно с такими красивыми девочками?! Тем более у неё больные родители. Блин, жалко её. Решаю заступиться за неё, как бы там ни было, увольнение – это перебор. Ну и вдруг всё же мне перепадёт от дикарки.
– Кхм-кхм, – откашливаюсь, привлекая внимание. – Отец, не кричи на девушку, она правда не виновата. Это всё я.
Бля, беру огонь на себя, пытаясь быть благородным, но чувствую, что это благородство мне выльется в большую проблему. И колючка смотрит на меня с распахнутыми от шока глазами так, будто я сделал что-то невозможное. Ну ничего, я за это с неё ещё возьму плату.
– Что ты сказал?! – ещё больше звереет батя. – Миша, какого чёрта ты творишь и позоришь меня?! Я чуть из-за тебя не уволил Машу! – он разнервничался, схватился за сердце и тяжело присел, дыша с трудом.
Смотрит на меня взглядом, говорящим «Ты допрыгался, сынок». – Значит так, квартиру твою я выставляю на продажу, также ты можешь начинать поиски новой работы. Зря я пытался сделать из тебя человека, зря!
Глава 4.
Миша.
– Почему?
– Что значит почему?
– Почему ты заступился? Я… ты же не виноват. Это всё я недоглядела, – совсем растерянная, с виноватым лицом смотрит Маша.
Уже не такая дерзкая, резкая и вообще, кажется, еле держится, чтобы не разрыдаться.
– Не понимаю, о чём ты, – включаю дурака и иду за верхней одеждой. Мелкая зараза следует за мной.
– Ты меня защитил, спас от увольнения, хотя минутами ранее, казалось, ненавидишь меня.
– Ой, что за тараканы у вас, девчонок, вечно в голове. С чего ты решила, что я тебя ненавижу? Успокойся. Максимум, ты меня немного раздражаешь и не более. Но я бы мог стерпеть твой противный характер, если бы мы спали вместе.
Она хлопает своими ресницами и, кажется, ничего не поняла из того, что я ей намекнул.
– Ладно, забей, малая. Мне пора, дела не ждут.
Снова хлопает ресницами и смотрит на меня ещё более озадаченно.
– Какие дела? Он правда выгонит тебя из квартиры?
– А ты как думаешь? У моего отца, вроде бы, нет привычки шутить.
Оставив девчонку с открытым ртом, я оделся и вышел. Нужно было хорошенько подумать о том, как дальше быть. Гулял под снегопадом час-два, но в голову так и не пришло ничего дельного. Единственный плюс этой прогулки – это то, что ноги привели меня домой, в родительский дом.
– Миша, сынок, что ты тут делаешь? Ты разве не должен был сегодня выйти на работу? И почему ты весь мокрый? Заходи быстрее, не хватало ещё, чтобы ты перед самым Новым годом заболел у меня.
Матушка закидывала меня вопросами, а мне впервые было не до веселья, даже шутить не хотелось. Странное чувство охватило меня. Всё не так, абсолютно всё. Моя жизнь внезапно стала такой скучной, и, кажется, я по-настоящему никому не нужен без денег и связей. Впервые до меня это начало доходить, вот только я не знал, как всё это изменить.
– Мам, уволил меня папа с работы, не успев принять. И сказал ещё, чтобы квартиру освободил, продавать он её будет.
– Ох… – матушка, расстроенная, села на стульчик и с подозрением посмотрела на меня.
– Сынок, ну что ты там опять натворил? Ну неужели нельзя взяться за ум уже? Ты же взрослый мужчина! Нам с отцом, по-хорошему, уже нужно было нянчиться с твоими детьми, а вместо этого мы до сих пор нянчимся с тобой!
Мама всхлипнула и, достав платочек, махнула на меня, мол, бесполезно что-либо объяснять. Вытерев слёзы, встала и пошла в сторону кухни.
– Пошли, я тебе горячий чай сделаю, а то заболеешь ещё.
Застыл на некоторое время, глядя на удаляющийся силуэт матушки. Даже она перестала верить в меня. Чёрт, это совсем плохо. Я нормально отношусь к тому, что отец перестал верить и вкладываться в меня, но мама… К такому я явно не был готов.
Иду на кухню, мама протягивает мне горячий чай с лимоном и ставит передо мной ещё тарелку с бутербродами.
– Я приготовлю твою комнату, отдохни немного, а после я попрошу водителя, и мы поедем за твоими вещами. Раз отец сказал, что продаст квартиру, значит, он это сделает.
И тут меня как будто молнией шарахнуло. Что значит её фраза «мы поедем за твоими вещами»? Она что, настолько разочарована во мне, что даже в таком элементарном деле мне не доверяет?!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.