Мария Марцева – Мини детективные истории Марии Марцевой. Колбаса по-королевски, или Преступление в розовых тапочках. 10 иронических историй о любви, преступлениях и тайнах повседневности (страница 4)
Макаров задумался, потом покачал головой:
– Нет, не видел лиц. Только голоса были вроде знакомые… Женские, негромкие, напряженные, словно боялись, что кто-то услышит. Но если бы я знал, что произойдет такой кошмар, я бы точно обратил внимание, уверяю!
Макаров явно говорил искренне. Екатерина решила ему поверить и сказала взволнованному режиссеру:
– Хорошо. Пока я вам верю. Но никуда не уезжайте из города, полиция вскоре может захотеть с вами поговорить.
Режиссер нервно кивнул, еще раз поправил очки и поспешно исчез по коридору.
После его ухода Лида с тревогой схватила Катю за руку:
– Что происходит? Кто эти две женщины? Получается, среди моих сотрудников мог оказаться преступник, которому я доверяла?
Катя задумалась. Женские голоса могли принадлежать только кому-то из трех подозреваемых: Аделина – администраторша, которая изначально знала про эфедру, блогерша Алешина – конкурентка Цветочкина, завидовавшая его успеху, а третий вариант… Нет, неужели это могла быть сама Лида, и сейчас она великолепно играла невинность и растерянность?
Нужно было действовать решительно. Чтобы разобраться окончательно, оставался лишь один путь – заставить всех участниц этой запутанной истории сделать глоток собственного же яда.
Катя решительно выпрямилась и посмотрела на Лиду твердо и серьезно:
– Лида, собери всех сотрудников и клиентов, кто был в клинике в тот день. Подыграй мне и скажи им, что я нашла неоспоримую улику, доказывающую, кто отравитель. Реальный преступник запаникует или начнет делать ошибки. И тогда мы его поймаем!
Лида нервно кивнула и отправилась действовать.
Через несколько минут в комнате отдыха клиники собрались все основные фигуранты дела: дрожащая от страха Аделина, невозмутимая блогерша Алешина с гордой осанкой и недовольным лицом, массажист Игорь, хмурая и потерянная Лида Дмитриевна, а также нервный режиссер Макаров.
Катерина вздохнула и попыталась выглядеть опытным и уверенным детективом, заговорив громко и четко:
– Я собрала вас тут, потому что дело окончательно раскрыто. В этом пакетике, найденном в китайской фигурке, были четкие отпечатки пальцев преступника. Уже через несколько минут у меня будет ответ из полиции с данными экспертизы.
На самом деле никаких отпечатков Екатерина не отправляла – это был чистой воды спектакль. Но именно спектакль мог заставить убийцу потерять контроль и выдать себя.
Все молчали, переглядываясь и нервничая. Напряжение стало невыносимым. Прошла минута – никто не выдерживал. Аделина почти плакала, режиссер кусал губы, блогерша Алешина вертела в руках телефон и всем видом показывала полнейшее равнодушие. А вот массажист Игорь медленно побледнел.
Вдруг Катин мобильный телефон пронзительно зазвонил, разбив тишину. Она специально громко и отчетливо сказала:
– Да, алло? Полиция? Экспертиза готова? Простите, я плохо слышу… Кто именно, повторите?
И тут внезапно в комнате произошел настоящий взрыв событий – стул упал на пол со стуком, и кто-то кинулся к двери так резко, что никто сначала не понял, что происходит. Катерина закричала громко и четко, приобретая уверенность настоящего следователя:
– Держите её!
В дверях застыла напуганная, ошарашенная и побледневшая Аделина, пытавшаяся быстро убежать. Ее гигантские темные очки упали на пол, разбившись вдребезги, а сама она беспомощно посмотрела на Катю.
– Я не хотела… я не знала, что всё так выйдет! Просто хотела отомстить этому мерзкому Цветочкину за его постоянные обиды и хамство! Клялась себе, что только слегка ему станет плохо… Но я ошиблась, ошиблась, простите!
Катерина облегченно вздохнула. Тайна была раскрыта – убийцей оказалась испуганная и униженная сотрудница, доведённая до отчаяния своим высокомерным клиентом-блогером.
Теперь оставалось только передать виновницу полиции и наконец-то выдохнуть. Екатерина сделала шаг вперед и уверенно сказала:
– Дело раскрыто, ребята. Все свободны… кроме вас, Аделина. Нам придется еще многое обсудить с полицией.
Детективная история подходила к логичному концу, и Екатерина чувствовала невероятную легкость и гордость за себя: ей, конечно, было далеко до инспектора Пуаро, но всё-таки её первое сложное расследование удалось довести до конца. Возможно, это было лишь началом её настоящего призвания…
Любовь, котлеты и криминал
Если у вас все валится из рук еще до того, как вы успели полностью проснуться, значит день многообещающий. Мой начался с того, что будильник почему-то не наработал, кошка пролила молоко и решила облизать телефон так, что он устроил короткое замыкание, и что самое неприятное – на меня с балкона этажом выше чуть не упала ванна.
Нет, ничего криминального – просто соседка тетя Люба решила обновить сантехнику, и грузчики почему-то потащили старую тяжелую махину через балкон. Я едва уцелела, отскочив в последний момент на клумбу.
– Ой, Катюнь, прости! Я тебе пирожками все компенсирую! – голосила сверху тетя Люба. Обещанные ею пирожки были не блестящей компенсацией, так как тетя Люба славилась абсолютным неумением готовить, но была очень старательной и добродушной.
В общем, день у меня начался с неприятностей. Меня зовут Катерина Иванова, мне 32 года, я живу одна в квартире на первом этаже в подмосковном городе Васильевске. У меня три диплома, а работаю я кассиром в продуктовом магазине «Пингвин», хотя мечтала стать Волочковой. Ну ладно – может не Волочковой, просто известной балериной. Но что-то пошло не так… Проще говоря, я мило устраиваю рекламные акции, когда на меня надевают костюм большого толстого пингвина с розовыми щеками, и машу руками прохожим.
В этот день все сразу пошло наперекосяк: я умудрилась споткнуться о бордюр еще по дороге на работу, порвать новую юбку прямо на входе в магазин, и, наконец, начальница, мадам Шкурина, сообщила, что сегодня акция, и я снова буду пингвином.
– Катенька, сегодня ты – пингвин, – улыбнулась начальница, протягивая мне огромную плюшевую голову с пухлыми розовыми щеками. – Проведёшь акцию на улице, пожалуйста.
Я сдалась без борьбы. Через двадцать минут я уже стояла перед магазином в пингвинском наряде, размахивала крыльями и кричала посетителям:
– Товары дешевле для тех, кто милее!
Около меня остановилось несколько человек, смотря офигевшими глазами и явно сомневаясь, как реагировать. Вдруг, из продуктового выбежала взволнованная коллега, кассир Людка.
– Катюха! Там это… срочно, скандал!
Я тяжело вздохнула и пошла внутрь. Внутри «Пингвина» назревала паника. У прилавка собралась толпа людей. Кто-то даже снимал происходящее на телефон, а на полу возле витрины с молочными продуктами лежала наша постоянная клиентка, пожилая и сварливая гражданка Изольда Наумовна. Она была вполне живая, энергично размахивала пакетиком с котлетами и кричала диким голосом:
– Убийцы! Вы меня специально отравить хотите!!!
Наш охранник Сергей Фёдорович стоял белее мела, лепеча что-то невнятное.
Оказалось, что Изольда Наумовна купила в кулинарном отделе свежеприготовленные котлетки, надкусила одну прямо в магазине и тут же под шумок заявила, что умирает и её отравили «именно здесь».
– Где директор? Немедленно вызовите полицию! – кричала она, крепко держась за живот.
Директор магазина, мадам Шкурина, подошла тихо, словно крадучись, и в ужасе вытаращила глаза.
– Что случилось, Наумовна?
– Отравили вы меня! Вот, на полу валяюсь! Умираю! – жестко сообщила Изольда.
Приехавшие с мигалками медики почему-то не разделили драматизма ситуации, внимательно проверив давление клиентки, пульс и утащив её в «скорую».
– Скорее всего, просто истерика, – сказал усталый врач, – но мы, конечно, осмотрим.
Но на этом мои беды не закончились. Когда я наконец сняла костюм пингвина и собралась домой, меня настигла неожиданная новость: в нашем соседнем доме, как раз там, где жила тетя Люба, случилось настоящее убийство.
Наш местный сплетник и пенсионер, дядя Миша, шепотом сообщил мне душераздирающую новость прямо на лавочке у подъезда:
– Представляешь, Кать! В 34-й квартире Тамару Степановну того… порешили.
– Что!? – Я едва не потеряла дар речи от неожиданности. – Как порешили?!
– И не говори, ужас ужасный. Вот только что полицейские там были. Я сначала думал – просто шум какой-то, скандал, ну сама понимаешь, Тамара как никто другой любила поспорить с соседями. А тут слышу шум гам, сирены, полицейские в подъезд бегут как на пожар… самому страшно стало.
– Ого, – только и смогла произнести я.
Тамара Степановна Раскольникова была дамой весьма неприятной. И хотя фамилия ее была знаменитой, жить в её соседстве не стремился никто: она устраивала всем постоянные скандалы, жаловалась на громко идущих соседей, ругалась с продавцами в магазинах, обвиняла дворника в шпионаже и даже неоднократно пыталась судиться с тетей Любой этажом ниже за то, что та якобы «беспрестанно жарит лук и этим подрывает ее здоровье».
– И как же это произошло? Может, просто сердце прихватило? – с надеждой спросила я у дяди Миши.
– Сердце-то не болело у нее вовсе, – сокрушенно покачал головой сплетник. – Ее кто-то из наших домовых грохнул, точно тебе говорю. Говорят, нашли бедную Тамару на полу, рядом какие-то котлеты разбросанные валялись. Может и отравили! Теперь полиция всех спрашивает – кто заходил, кто выходил. У нас теперь и правда «Преступление и наказание» получается, может, кто из соседей Раскольниковым оказался?!