Мария Марцева – Детективные истории. Секреты домашней выпечки и одна смерть в духовке (страница 2)

Я покачала головой. Алину я видела впервые, и соседи ее тоже не знали – я успела расспросить хозяйку цветочного магазина.

"А документы у нее есть?" – спросил участковый.

Мы обыскали сумочку Алины. Паспорт, водительские права, банковские карты, немного наличных, помада, телефон. Все на имя Алины Сергеевны Северовой, двадцать шесть лет, прописка в Москве.

Телефон был заблокирован паролем. В кошельке, кроме денег и карт, лежала фотография – молодой мужчина в костюме, улыбается в камеру. На обороте надпись: "Моему любимому Игорю от твоей Алинки".

"Игорь…" – задумчиво произнес Сергей Иванович. – "Тот самый, который в кондитерской работает?"

"Похоже на то," – согласилась я. – "Значит, она действительно собиралась к нему."

Пока полицейские и медики занимались своими делами, я думала о том, что же могло произойти. Алина пришла примерять платье, зашла в примерочную, переоделась и… что? Внезапно умерла? От чего? И откуда взялись красные пятна?

Врач сказал, что это не ее кровь. Значит, кто-то их нанес специально. Но зачем? И когда? Я же была в соседнем помещении, если бы кто-то вошел, я бы услышала.

"Валентина Петровна," – обратился ко мне Сергей Иванович, – "а у вас есть камеры видеонаблюдения?"

"Только одна, на входе. Но она снимает только тех, кто заходит и выходит из салона."

"Давайте посмотрим запись."

Мы просмотрели видео с утра. В 9:30 зашла Алина, больше никого. Значит, когда она умерла, в салоне, кроме нас, никого не было.

"Может, она сама нанесла эти пятна?" – предположил участковый. – "У нее был с собой какой-нибудь красный маркер или краска?"

Мы еще раз обыскали ее сумку и одежду. Ничего подходящего не нашли.

К этому времени тело увезли в морг, а салон оцепили желтой лентой. Сергей Иванович сказал, что завтра приедут криминалисты и проведут тщательный осмотр.

"А пока что вы никуда не уезжайте из города," – добавил он. – "И если вспомните что-то еще о погибшей, сразу звоните."

Оставшись одна, я села в машину и долго сидела, глядя на свой родной салон, превратившийся в место преступления. А может, никакого преступления и не было? Может, у Алины был какой-то приступ, сердечный или еще какой, а пятна на платье – просто странное совпадение?

Но записка с адресом кондитерской не давала покоя. Почему Алина ее написала? И главное – почему сжимала в руке перед смертью?

Я завела машину и поехала домой. Но по дороге свернула на Тверскую улицу. Дом номер пятнадцать оказался старинным особняком, в первом этаже которого располагались несколько магазинов. Среди них – кондитерская "Сладкие грезы" с витриной, полной аппетитных тортов и пирожных.

Я припарковалась напротив и стала наблюдать. Через стеклянную дверь была видна торговая стойка, за которой стоял мужчина лет тридцати пяти в белом кондитерском халате. Высокий, темноволосый, с приятным лицом. Похож на того, что был на фотографии в кошельке Алины.

Что же связывало мою погибшую клиентку с этим кондитером? И стоит ли мне идти к нему прямо сейчас или лучше дождаться, пока полиция займется этим официально?

Я сидела в машине и размышляла, когда из кондитерской вышел тот самый мужчина. Он снял халат, запер дверь и направился к припаркованной рядом машине. Я решила последовать за ним.

Игорь – а я почти не сомневалась, что это именно он – поехал в сторону центра. Остановился возле жилого дома на одной из тихих улочек в районе Патриарших прудов. Я припарковалась в сотне метров от его машины и стала ждать.

Через полчаса он вышел из подъезда в сопровождении молодой женщины. Стройная, темноволосая, красивая. Они о чем-то оживленно разговаривали, причем женщина выглядела расстроенной. Сели в машину и уехали.

Я последовала за ними до ресторана в центре города. Они зашли внутрь, а я осталась дежурить снаружи, чувствуя себя героиней детективного романа.

Все это было очень странно. Утром умирает девушка с запиской, где упоминается некий Игорь из кондитерской. А вечером я сижу возле ресторана и слежу за мужчиной, который, возможно, и есть этот самый Игорь.

Надо было идти домой и дать полиции спокойно разобраться во всем. Но любопытство оказалось сильнее здравого смысла. Я решила подождать еще немного.

Игорь со спутницей просидели в ресторане около двух часов. Когда они вышли, женщина плакала. Игорь пытался ее успокоить, но она оттолкнула его и села в такси. Он проводил ее взглядом, затем направился к своей машине.

Я поехала следом и проследила его до дома. Он поднялся в квартиру, и в одном из окон загорелся свет.

Только тогда я поняла, что веду себя как полная идиотка. Что я собираюсь делать – всю ночь дежурить под его окнами? И главное – зачем? У меня нет никаких доказательств, что этот человек связан со смертью Алины. Есть только записка, которая может оказаться обычным совпадением.

Я поехала домой, но заснуть не смогла. В голове крутились события дня: мертвая девушка в свадебном платье, загадочные красные пятна, записка с адресом кондитерской, мужчина по имени Игорь.

А завтра мне предстоит объяснять полиции, почему мой салон превратился в место преступления. И хорошо, если это действительно окажется несчастным случаем, а не убийством.

Потому что если Алину убили, то убийца знает, где меня найти.

Глава 2: Крем с привкусом яда

На следующее утро я проснулась с твердым намерением разобраться в загадочной смерти Алины Северовой. Спала я плохо – всю ночь мне снились белые свадебные платья, залитые кровью, и мужчины с кондитерскими лопатками в руках. Сергей Иванович обещал прислать результаты вскрытия к вечеру, но ждать было невмоготу.

После завтрака я отправилась на Тверскую, к кондитерской "Сладкие грезы". Салон пока был опечатан, работать я не могла, так что свободного времени хватало. Лучше займусь частным расследованием, чем буду сидеть дома и накручивать себя.

Кондитерская встретила меня ароматом ванили и свежей выпечки. В витрине красовались торты всех размеров и расцветок: от скромных бисквитных до роскошных многоярусных конструкций, украшенных сахарными цветами. Мое внимание привлек особенно нарядный торт в виде белого замка с золотыми башенками – явно свадебный.

За стойкой стоял тот самый мужчина, которого я вчера видела. Высокий, темноволосый, с приятным открытым лицом. На белом кондитерском халате красовалась табличка "Игорь Михайлович – главный кондитер".

"Добро пожаловать в 'Сладкие грезы'!" – поприветствовал он меня с профессиональной улыбкой. – "Что вас интересует?"

Я растерялась. Как начать разговор? Прямо спросить, знал ли он Алину Северову? Или сначала изобразить обычную клиентку?

"Я хотела бы заказать свадебный торт," – соврала я, мысленно извиняясь перед своим несуществующим женихом.

Лицо Игоря сразу посветлело.

"Отличный выбор! Свадебные торты – моя специализация. Когда у вас торжество? Сколько гостей ожидается? Есть ли пожелания по дизайну?"

Он достал из-под прилавка толстую папку с фотографиями своих работ. Надо признать, торты были просто произведениями искусства. Особенно впечатляли многоярусные конструкции, похожие на сказочные дворцы.

"Ой, как красиво!" – искренне восхитилась я. – "А вот этот торт, чей заказ был?"

Я указала на фотографию особенно роскошного торта в виде белоснежного собора с множеством куполов и золотых крестов.

Игорь нахмурился.

"Этот… Это печальная история. Заказывала одна девушка, Светлана. Очень требовательная была, каждую деталь обсуждали часами. А потом свадьба сорвалась. Жених в загс не явился."

"Как ужасно! А что с тортом стало?"

"Пришлось выбросить. Такие специфические торты никто другой покупать не будет. Сплошной убыток получился."

Я листала папку дальше, а Игорь рассказывал истории заказов. И чем больше он говорил, тем страннее мне казались эти истории.

"А вот этот торт заказывала Анна. Тоже очень долго выбирала, хотела именно розовые розы, а не белые. Говорила, что жених обожает розовый цвет. А в итоге тоже свадьба не состоялась. Жених исчез за неделю до торжества."

"И этот красивый торт с лебедями?"

"Марина заказывала. Сказала, что жених – большой романтик, мечтает о сказочной свадьбе. Мы с ней два месяца дизайн разрабатывали. А он взял и женился на другой. Причем в том же загсе, в тот же день, когда у них должна была быть церемония."

У меня в голове начала складываться странная картина. Слишком много совпадений для простой случайности.

"Послушайте, Игорь Михайлович, а этих женихов как звали? Может, один и тот же человек всех обманывал?"

Игорь удивленно посмотрел на меня.

"А что, вы думаете… Знаете, я как-то об этом не задумывался. Но теперь, когда вы спрашиваете… Светлана говорила, что жениха зовут Виктор Романов. Анна – тоже Виктор, только фамилия Петров была. А у Марины жениха звали… дайте вспомнить… Виталий! Виталий Сидоров."

"Все имена на 'В'," – задумчиво протянула я. – "А как эти женщины выглядели? Может, есть какие-то общие черты?"

Игорь задумался, потирая подбородок.

"Все молодые, лет двадцать пять – тридцать. Симпатичные, ухоженные. Светлана была блондинкой, высокой такой, стройной. Анна – шатенка, тоже красивая. Марина – рыжеволосая, зеленоглазая. Все разные, но… Знаете, есть в них что-то общее. Все приезжие были, не москвички."

"Откуда приезжие?"

"Светлана из Екатеринбурга, Анна из Самары, Марина из Новосибирска. Говорили, что переезжают в Москву после свадьбы, хотят здесь жить."