Мария Лунёва – (Не) детские сказки. Невеста черного медведя (страница 9)

– Наверное, туда, где покормят и помогут согреться, – быстро сориентировался он.

– Да, – я встрепенулась, и даже как-то радостно закивала, – туда я и иду? А это где такое место?

– В лагере лесных, – ответил он, гипнотизируя меня темно-карими очами.

Услышав про лагерь, я вздрогнула. А вдруг сейчас за ним пойду и вернусь обратно. Где гарантия, что это не один из тех, кем правит тот лысый князёк. Хотя, нет, как он его назвал – чёрный медведь, воевода. Кажется, до меня кое-что стало доходить. Это с его женщиной меня спутали и хотели ему же назло прикопать. Интересно всё получается.

– В лагерь не нужно, мне желательно от него, – глухо пробурчала я и отошла на шаг.

– А ты была в лагере людей? – заметив мой манёвр, он подошёл ближе и встал почти вплотную.

– А это, где правит расфуфыренный сморчок с безволосым озером на голове? – уточнила я на всякий случай и снова отошла.

По берегу разнёсся громкий смех. Сухой камыш качнулся. Над нами вспорхнула ворона, и огласила лес мрачным карканьем.

Незнакомец явно оценил мою не совсем шутку. Правда, теплее мне от его веселья не становилось, а холоднее очень даже.

– Послушайте, я не знаю, кто вы, но я не воин, и мне нужно туда, где спокойно и безопасно. И желательно, есть работа, – процедила я.

– Дровосеком? – уточнил он.

– Да, – я кивнула, но, быстро спохватившись, исправилась, – нет, поваром.

– Повар?! – незнакомец опять подошёл. Казалось, он, вообще, не желал соблюдать дистанцию.

Смущённо я перевела взгляд на озеро.

– Я Иоран Калле. Слышал обо мне, парень? – раздалось надо мной.

Я покачала головой.

– Я предпочитаю, когда мне отвечают, – склонившись, шепнул он, согревая дыханием мой лоб.

– Нет, – с трудом отстранившись, пробурчала я, – не слышал.

– И хорошо, меньше предрассудков, – хмыкнул он, и схватил меня за руку. – Я военачальник армии лесных. Здесь нет безопасного места, кроме моего лагеря. К людям я тебя выводить не собираюсь. Хотя, их лагерь недалёко отсюда.

– Мне туда не надо, – быстро отчеканила я, – мне туда, где работа и еда, можно работу за еду. И безопасно. Чтобы никто не тронул, – дёрнувшись, я освободилась из его захвата.

– Тогда давай сюда свой мешок и пошли. Он протянул руку, но я крепче вцепилась в своё имущество, не желая его кому-либо отдавать.

– Не доверяешь? – лесной воевода поджал губы.

Нахмурившись, промолчала.

– Ну, что же, тащи сам, значит, но придётся поспешить: после заката лекарь наш отправится в ближайшее селение, а у тебя пол-лица опухшее, нужно подлечить.

Развернувшись, он пошёл в сторону узенькой звериной тропы, сверкая накачанными упругими ягодицами.

– А, может, вы всё же оденетесь, – пробурчала я.

Ну, смущал он меня жутко. Ни то чтобы я столь мускулистых мужчин не видала, но вот конкретно этот индивидуум меня волновал.

Обернувшись, он как-то подленько усмехнулся, и вдруг меня ослепило странным сиянием. Проморгавшись, я увидела перед собой снова огромного чёрного медведя.

Подавив жгучее желание закричать, я встала истуканом. Это как? КАК?

– Так, спокойно, – шепнула сама себе.

Ну, чего я разволновалась? Просто передо мной оборотень. Кивнув самой себе, продолжила глазеть на зверя. Медведь недовольно зарычал и головой указал в сторону тропы.

В общем, мне было страшно, но перспектива замёрзнуть или умереть с лютого голоду быстро придала мне смелости и отваги. Медленно словно старуха, я поплелась куда позвали.

Глава 5

С трудом поспевая за медведем, я передвигала ноги на чистом упрямстве. И пыталась не сойти с этой узкой звериной тропы. Правда, всё больше мои мысли занимали местные кустарники, наверное, под ними так удобно лежать. От усталости я дремала на ходу.

Кровь на спине пропитала подклад куртки и запеклась. При этом я чувствовала, что ткань прилипла к ранам, и каждое движение причиняло боль. Не сильную, но дёргающую.

Как я куртку снимать буду, ума не приложу?!

Это же отдирать придётся. И пусть на спине раны неглубокие, судя по ощущениям, но менее болезненными они не становились.

Не умела я терпеть такие муки. Да, я даже в детстве коленки не раздирала. Синячок – уже трагедия. Порез на пальце – сразу пластырь и мирамистин в ранку. А тут высекли! Ни за что! Ну, дай Боги, свидимся с этим сморчком, удушу гада и не пожалею.

Никто никогда не смел поднимать на меня руку!

Сердито вздохнув, осознала, насколько устала. Я не бегала, наверное, со времён учёбы: тренажёры в спортивных залах не в счёт. Это совсем не то. Моё тело оказалось просто не готово к таким нагрузкам. Да и по голове меня знатно приложили.

Перед глазами плавали странные чёрные мушки, а в висках отдавался каждый звук. В какой-то момент я просто остановилась и согнулась пополам. Мне нужен был передых.

Хотя бы пару минут.

На яркую вспышку я даже внимания не обратила.

– Что такое? – голос перевертыша резанул по ушам, и я сжала голову ладонями.

– Помолчи, – взмолилась, мечтая прилечь, где в тепле и темноте. И ещё есть хотелось страшно.

– Так устал? Или рана серьёзная? Только не ври и не умалчивай, – мой нежданный спаситель положил ладонь на мою спину, отчего я зашипела змеёй и выгнулась, сделав шаг вперёд.

– Спину покажи, – скомандовал воевода.

– Нет, – рыкнула я.

– Я сказал, спину оголи? – рявкнул он и дёрнул за полу куртки.

– А больше ничего тебе не оголить?! – не разгибаясь, проворчала я и выдрала из его ладоней ткань.

– Рана серьёзная? – не унимался лесной перевертыш.

– Нет, я просто устал. Меня ударили по голове и всё, что я хочу – это минута отдыха.

Зажмурившись, я глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь справиться со слабостью.

Вспышка света и перед моими глазами появились две мощные звериные лапы.

– Я не могу дальше, – шепнула заплетающимся языком. – Иди сам. А я отдохну.

В голове помутилось, и я качнулась. Попыталась за что-нибудь ухватиться и поймала рукой шерсть, дёрнув её. Но зверь и виду не подал, что я причинила ему боль. Уткнувшись носом мне в колени, медведь просунул между моих ног свою голову, и буквально взвалил меня на себя. Правда, при этом, мой нос ткнулся в его короткий хвост, что меня слегка в чувство-то привело. Встрепенувшись, я села ровнее, но всё равно как-то это неправильно было – спиной вперёд ехать.

– Погоди, – захрипела я, – дай перевернуться.

Как древняя старуха, проклиная этот мир и его обитателей, что организовали мне огромную шишку на затылке, я перекинула ноги и села правильно.

Мы снова двинулись вперёд.

Я старалась не думать на чьём горбу еду к вечерней трапезе. Всё, что меня волновало – это как согреться и чего бы съесть.

Сжимая в ладонях густой мех, боролась с соблазном прилечь и использовать этого то ли медведя, то ли мужика, как мягкий матрасик. Спать хотелось ужасно.

Но нужно помнить, что в его глазах я мужчина, и вести себя соответствующе.

Мы все шли и шли.

Шли и шли.

И снова шли.