Мария Лошкарева – История государства и права России. Часть I (страница 3)

Важнейшими памятниками законодательной деятельности русских князей являются дошедшие до нас церковные Уставы (Владимира и Ярослава). Уставы регламентировали взаимоотношения государства и церкви, определяя юрисдикцию киевской митрополии.

Рассуждая о княжеском законодательстве, следует, прежде всего, определиться с терминологией: уставная грамота – документ, определяющий взаимоотношения властей (светской и церковной или центральной и местной, действие уставной грамоты обычно ограничено во времени и пространстве), уставом называют памятник более сложного состава (как правило, без ограничений во времени и пространстве). Списки княжеских уставов принято делить на: редакции – крупные переработки памятников, отражающие серьезные изменения юридического быта, социально-экономической сферы (например, Оленинская и Синодальная редакции Устава князя Владимира, Краткая и Пространная редакции Устава князя Ярослава), изводы – менее значительные переработки текста (появляющиеся при интерполяции их в другие тексты, а также при приспособлении к новым условиям места и времени) и виды – списки памятника, имеющие общие (порой ошибочные) чтения, восходящие, видимо, к одному источнику – архетипу данного вида.

Уставы дошли до нас в виде позднейших переработок XIII–XIV вв., включенных в тексты XV–XVIII вв. Это дало основание для предположения о том, что Уставы являются подделками (такого мнения придерживался Н. М. Карамзин), однако впоследствии было доказано, что памятники являются подлинными и восходят к тому времени.

Текст Оленинской редакции устава князя Владимира:

«1. Во имя Отца, и Сына, и Святаго духа.

2. Се яз, князь великий Василей, нарицаемый Володимер, сын Святославль, внук Игорев (и) блаженыя Ольгы, усприал есмь крещение святое от греческых цареи Констянтина и Василия и Фотея патриарха, взях перваго митрополита Михаила на Киев и на всю Русь, иже крести всю землю Рускую.

3. И по том летом минувшим, создах церковь святую Богородицю и дах десятину к ней во всеи земли Рускои княжения от всего суда 10-тый грош, ис торгу 10-тую неделю, из домов на всякое лето 10-е всякаго стада и всякаго живота чюднои матери Божии и чудному Спасу.

4. И по том возрех в греческии номоканун и обретох в нем, юже не подобает сих тяжь и судов судити князю, ни бояром, ни судьям его.

5. И сгадав аз со своею княгиною Анною и со своими детьми, дал есмь святой Богородици и митрополиту и всем епископом.

6. А ты не ступають ни дети мои, ни внуци мои, ни род мои в люди церковныя и во все суды.

7. И по всем городом дал есмь, и по погосттом, и по свободам, где крестьяне суть.

8. А кто вступит на мое дание, суд мне с тем пред Богом, а митрополиту проклинати его сбором.

9. Дал есмь: роспусты, смильное, заставание, умыкание, пошибание, промежи мужем и женою о животе, или о племени, или о сватовстве поимутся, ведство, урекание, узлы, зелье, еретичество, зубоядение, иже отца и матерь бьют, или сын и дочи бьетася, иже истяжются о задници.

10. Митрополичи люди церковныи: игумен, игумениа, (поп, попадья), поповиче, чернец, черница, дьякон, дьяконовая, проскурница, пономарь, вдовица, калика, стороник, задушный человек, прикладник, хромец, слепец, дьяк, и все причетници церковныи.

11. Аще их кто внидет в вину, судити тех митрополиту и епископом опрочи мирян»[8].

Уставом князя Владимира Святославича была введена десятина (1) (примечательно, что она не всегда составляла десятую часть доходов, ее размер зависел от облагаемых выплат: десятина от судебных пошлин составляла 1/8, от даней – 1/6), установлены пределы светской юрисдикции (4). Устав определяет действие закона в пространстве: «где христиане суть», устанавливает бессрочность его действия («ни дети мои, ни внуци мои, ни род мой…»). Уставом определен круг лиц, подлежащих церковному суду (10), а также круг дел, входящих в юрисдикцию церкви (9). Брачно-семейные дела, преступления против нравственности, половые преступления, а также дела духовенства были исключены из сферы светской юрисдикции. Церковь наказывала и за преступления против чести и половой неприкосновенности женщины. Примечательно, что Устав Владимира не содержит санкций за преступления, подлежащие суду церкви. При вынесении решений церковный суд пользовался византийскими памятниками права, в том числе «Эклогой». Устав князя Ярослава, помимо значительного объема норм, уже содержит санкции.

На Руси использовались византийские Сборники Иоанна Схоластика (VI в.) и патриарха Фотия (IX в.), содержавшие законы церковные – canon и светские – nomos. Переводы сборников на церковно-славянский язык получили название Номоканон (Кормчая книга).

Древнейшим памятником светского права Руси является Русская правда – свод норм обычного права и княжеской судебной практики.

До нас дошло более 100 списков памятника, которые традиционно делятся на три редакции: Краткую (Древнейшая), Пространную и Сокращенную из Пространной. Краткая Правда по составу делится на четыре части: Правда Ярослава (ст. 1–18) записана в годы правления Ярослава Владимировича (1019–1054 гг.), Правда Ярославичей (ст. 19–41) записана не ранее 1068 г. (на это указывает статья, упоминающая решение Изяслава «когда дорогобужцы убили его конюха» – событие, имевшее место в 1068 г.), Покон вирный (ст. 42) – нормы содержания вирников, Урок мостникам (ст. 43) – правило оплаты работ строителей деревянных мостовых и мостов. Краткая правда дошла до нас только в двух списках XV в. – Академическом и Археографическом (в составе Новгородской первой летописи младшего извода).

Пространную правду исследователи делят на две части: Суд Ярослава (ст. 1–52) составлен на рубеже XI–XII вв., это переработанные нормы Краткой редакции, и Устав Владимира Мономаха (ст. 53–121), составленный после восстания в Киеве 1113 г.[9] Древнейший список Пространной редакции называется Синодальным, ибо входит в состав Синодальной кормчей, датируемой концом XIII в.

Сокращенная редакция Русской правды (по одной из версий) возникла в результате сокращения текста Пространной правды в первой половине XV в. Дошла до нас в двух списках Кормчих книг XVII в.

Происхождение (киевское или новгородское, возникла она в светской или церковной среде) и датировка отдельных частей Русской правды до сего момента остаются дискуссионными вопросами в науке.

Русская правда представляет собой свод норм уголовного и гражданского права и процесса. Основными источниками Русской правды являются обычай (например, нормы о кровной мести – КП-1, дикой вире – ПП-4), а также княжеская судебная практика (например, постановление Изяслава о двойной вире за убийство княжеского конюха – КП-23), решения княжеских съездов (ПП-2). Русская правда характеризуется казуистичностью: каждая из норм представляет собой имевший место и определенным образом разрешенный случай.

Гражданское право по Русской правде. В Русской правде отражены основные институты вещного, обязательственного и наследственного права.

Предусматривалась правовая защита как движимого, так и недвижимого имущества (ПП-41–43,69–73). В тексте памятника не упоминаются сделки с землей.

Обязательства возникали из договоров и из причинения вреда. В случае ранения виновный обязывался уплатить продажу и возместить стоимость лечения раны (КП-2, ПП-30). Заметим, что граница между наказанием и возмещением ущерба очевидна не всегда. В Краткой редакции отсутствуют указания на то, кто (потерпевший или князь) является получателем выплаты, обязательной в случае причинения вреда. В Пространной правде уже очевидны различия между продажей – штрафом в пользу князя и уроком – урочной ценой утраченного имущества (ПП-84) – возмещением вреда потерпевшей стороне.

Русская правда содержит упоминания договоров купли-продажи (ПП-35, 37), займа (ПП-50–53), поклажи (ПП-49), личного найма (ПП-111). Важным условием действительности сделки была правоспособность совершавшего ее лица: ответственность за сделки, заключенные холопами, ложилась на их господ (ПП-116,117). Для заключения важных сделок требовались свидетельства послухов (ПП-52).

Русская правда, как и прочие средневековые своды, уделяет много внимания договору займа, различая займы денежные и вещные: «деньги в рез, мед в настав, жито во просоп» (ПП-50). Законом регулировался не только порядок заключения этого договора, но и размер процентной ставки (месячный рез – процент взимался по соглашению сторон, если же срок займа превышал год, то ставка не могла превышать 50 % годовых («рост с него на два третий» – ПП-51).

Для обязательственного права этого периода характерно обращение взыскания не только на имущество, но и на личность должника. Так, Русская правда различает злостную и несчастную несостоятельность: согласно ст. 54 Пространной правды купец, утративший вверенные ему товары в результате обстоятельств непреодолимой силы (пожар, кораблекрушение, нападение воинских людей), имел право на рассрочку платежа, в то время как пропивший, проигравший или испортивший товар по глупости, мог быть продан кредиторами в рабство. Устанавливает закон и очередность кредиторов при взыскании долга: приоритет отдается чужеземцу (его требования удовлетворяются в первую очередь), вне очереди также взыскиваются «княжи куны», а затем удовлетворяются требования прочих кредиторов (ПП-55).