Мария Летова – Будь моим. Книга 1 (страница 10)
По крайней мере, я тоже оставила ему подарок. Он испарился, прихватив с собой свою чертову эрекцию.
Это самая будоражащая тайна за всю мою почти двадцатилетнюю жизнь. Эрекция Градского, упирающаяся мне в живот.
Он хотел меня.
Мое удовлетворение гаснет в ту же секунду, как понимаю, что после своей выходки я не увижу Градского очень-очень долго. От этого мне дурно.
Я проваливаюсь в свои мысли так глубоко, что в какой-то момент они, кажется, становятся сном, но потом машина тормозит, и этот толчок выбрасывает меня в реальность.
В квартире Андрея прохладно и темно. Он включает тусклую верхнюю подсветку по периметру коридора и широко зевает, прислонившись плечом к дверному косяку. Вальяжно расстегивает манжеты своей рубашки, пока мы с Крис цепляемся за стены и хихикаем, пытаясь избавиться от обуви.
Она осматривается, заглядывая в глубь квартиры. Изучает стены коридора, обвешанные разным коллекционным барахлом, которое мой брат собирал по всему миру в своих путешествиях.
– Это древнее порно? – Крис тычет пальцем в деревянные фигурки двух спаривающихся слонов, прибитые к стене.
– Это народное балийское зодчество, – проходит мимо нас Андрей. – Чистые футболки в комоде, – бросает через плечо. – Вода на верхней полке в холодильнике. Аспирин в аптечке. И не высовывайтесь из комнаты до десяти утра. Дайте поспать.
– Ты мог и не просить об этом…
В ванной я не вижу никаких признаков присутствия Стаси. В любом случае моя голова слишком тяжелая, чтобы думать о чем-то, кроме того, как раздеться и рухнуть наконец в постель.
Стащив с себя платье, быстро надеваю огромную футболку брата и забираюсь под одеяло, чувствуя, как гладкое постельное белье холодит кожу. Примяв щекой подушку, наблюдаю за тем, как Кристина пошатываясь заходит в комнату и расчесывает волосы пальцами.
– Я приму душ… – говорит еле слышно. – Я не могу спать грязная…
– Как хочешь, – шепчу, глядя в незашторенное окно от пола до потолка.
– Ты как, Арина? – Крис трогает меня за плечо. – Ты его что, лапала? Вас чуть Андрей не спалил.
– Давай не сегодня… – прошу ее тихо.
Я проваливаюсь в сон, как только эти слова вылетают из моего рта.
Меня будит жажда. Ощущение, словно во рту пустыня Гоби и я не видела воды дней десять. Я не хочу умирать от обезвоживания, поэтому трясу головой и опускаю ноги на холодный паркет. На ощупь добираюсь до кухни и задеваю ногой стоящую у стены банкетку.
– Ай… – вою в полутьме. – Твою мать!
Коридор освещает только тонкая полоска света из-под двери ванной. Иду к ней, прихрамывая, топая босыми пятками по полу.
– Крис? – стучу по двери пальцами. – Ты там? Все в нормально?
Я слышу возню и хриплое:
– Да-а-а… я… в туалете…
– Я за водой. Тебе налить?
– Д… да.
– Тебе плохо? – Дергаю дверную ручку вниз.
– Нормально! Сейчас приду!
– Ладно… – бормочу, направляясь на кухню.
Нырнув в холодильник, достаю с верхней полки маленькую бутылку воды. Она холодная, и я пью ее, захлебываясь, а когда возвращаюсь в постель, та все еще пуста. Почти отключившись снова, я понимаю, что Андрея на диване в гостинной тоже не было.
Глава 9
На аватарке отправителя знакомое лицо. Это хорист. Тот самый, с юбилейного концерта на прошлой неделе.
Вот так сразу?
Все мои свидания, как правило, заканчиваются ничем. Только пару-тройку раз я позволила закончить их поцелуями. Было приятно, но я тормозила задолго до того, как парни начинали распускать руки.
Я не собиралась беречь себя для Градского, я просто не хотела этого с теми парнями… Желание узнать, что значит почувствовать на себе мужские руки, каждый раз боролось во мне с глубоким внутренним сопротивлением, которое не давало расслабиться и получать это пресловутое удовольствие.
Очевидно, я устроена так, что могу получать удовольствие только одновременно и телом, и головой.
Может, это лечится?
Пф-ф-ф…
Никнейм парня не дает никаких подсказок по поводу имени, а сама я его вспомнить не могу. Будто мне ластиком начисто стерли этот участок памяти.
– Видел твой концерт в сети, – отвлекает меня Егор.
Он сидит за рулем своего внедорожника рядом со мной. На нем майка с глухим горлом без рукавов, и его бицепсы выглядят особенно впечатляющими.
Повернув голову, я ловлю его взгляд на дисплее своего телефона, а потом и на своих голых коленях. Блокирую экран, не прочитав ответ на последнее сообщение, и убираю гаджет в карман сарафана.
– Он был не «мой», – имею в виду концерт. – Общий. Коллективная работа.
– А, ну да, – отзывается Егор. – Но я в любом случае посмотрел только твое выступление.
– Не люблю смотреть на себя в записи… – делюсь с ним.
– Зря. Ты очень красивая.
Комплимент вызывает легкий прилив стеснения, потому что взгляд Рязанцева за этот короткий миг успевает коснуться моей груди в вырезе летнего сарафана, потом плеч и только после этого – лица. Но уже в следующую секунду Егор опускает на глаза солнечные очки и отворачивается.
– Спасибо, – бормочу, глядя в окно на стык яркого голубого неба и ровного полотна дороги.
На небе ни облачка. Асфальт плавится на солнце, за бортом почти тридцать градусов жары.
– Заскочим на заправку.
Машина принимает правее, а я зависаю с ответом. Осязаемый интерес Рязанцева заставляет меня тормозить. Я знаю его не так давно, может быть, пару лет, до этого нам не приходилось пересекаться, но он, кажется, никогда не смотрел на меня вот так…
– Угу… – опускаю глаза и чешу за ухом Беню, бульдога своих родителей. – Купишь нам воды? – делаю самый непринужденный голос на свете.
Несчастная морда Бени лежит на моей коленке. Он тяжело дышит, даже несмотря на то, что салон машины комфортно охлажден. Здесь не жарко и не холодно. В окно бьет солнце, от которого мое лицо спасает козырек бейсболки. Я прячусь за ним, пока Егор выбирается из машины.
Мой брат решил провести выходные на родительской даче вместе с друзьями.
Мама с папой на выходные улетели в Стамбул, так что мне пришлось взять собаку с собой. Я почти силой выволакивала ее из дома, потому что, в отличие от меня, выходные за городом Беню не радуют, он предпочел бы целый день проспать на ковре перед телевизором, вместо того чтобы тащиться куда-то вместе со мной.
Час потолкавшись в пробках, мы добираемся до поселка, в котором пятнадцать лет назад мои родители приобрели дом. В гараже и на парковке три машины, и ни одна из них не похожа на темно-синий «БМВ», который я так надеялась увидеть…
Мое настроение реагирует мгновенным падением, но мне ничего не остается, кроме как проглотить свое разочарование вместе со своими надеждами.
Выйдя из машины, достаю из салона Беню, который с нулевым энтузиазмом осматривается по сторонам.
– Привет! – Андрей появляется из открытого гаража и жмет руку Егору.
– Здорово… – отвечает тот. – Как сам?
– Говённо. Контракт с финнами третий раз срывается.