Мария Лещенко – Благо во лжи (страница 6)
– Почему? Ты слышала, что она спросила у моего мужа? Где его родители… Ну это просто нелепо, ты же знаешь какая она…
– а… так, а где его родители?
с сочувствия её лицо окрашивается совсем другой эмоцией. осознание. и… похоже, злость.
– Так вот оно что… Ты просто сводишь меня с ума, – она закрывает дверь в гостиную, – ВЫ сводите меня с ума. Его родители умерли после свадьбы. Забыла? Ну, конечно, у тебя же одной люди вокруг дохнут и ведут себя, как мрази. Одна ты, бедная, несчастная, ангел, спустившийся к нам уебанам на землю.
– не перегибай…
– Я перегибаю? Да тебе всегда было на всех похуй. Ты думаешь, что, если у тебя было хуевое детство, можно вести себя, как сука, и считать, что никто вокруг тебя не понимает? У меня
– ты, правда, не понимаешь…
– Повторяешься. Я не удивлюсь, если это ты довела своего умершего до самоубийства. Потому что, знаешь что. Ты такая же, как она. Ты – копия мамы.
разворачиваюсь на ватных ногах. шум в голове.
что она сказала? мне же послышалось? копия мамы? …
нет.
я никогда не хотела.
я не хотела.
не хватает воздуха.
тело покрывается колючками. мне хочется что-то сказать, но всё исчезает.
глухой стук.
почему под головой так твёрдо? я опять упала с кровати?
открываю глаза.
надо мной два обеспокоенных лица. кто они? что я вообще здесь делаю?
– Прости, пожалуйста, я переборщила, мне очень жаль… Тебе больно? Ты с таким громким звуком упала на пол…
моргаю. осознание окатывает меня ледяной волной. оставляя на мягком песочном дне, но без возможности вдохнуть. хочу сказать, но изо рта выходят только пузыри… и рвота.
переворачивают тело на бок.
шевелю пальцами ног, а затем потихоньку подключаю всё тело.
– Милая, сможешь встать? – сестра и парень, проедающий меня взглядом весь вечер, помогают подняться.
– всё нормально… – на глаза наворачиваются слёзы. как же давно я себе не позволяла им вытекать из глаз. закусываю губу, – пойду…
из последних сил, отряхиваю от себя руки и на шатающихся ногах подхожу к входной двери.
– Я не оставлю тебя одну…
– Оставайся с мужем. Ему твоя поддержка нужна, как никогда. Видела его лицо, после слов вашей мамы? Я её провожу.
– не надо меня никуда, – накатывает ещё одна волна рвоты. жмурюсь, сдерживая это всё в себе. какая мерзость…
– Точно? Тебе не будет трудно?
– Я ведь сам предложил. Ты нужнее здесь. Не переживай, всё уляжется.
подхватывает меня под бок, ватными руками пытаюсь оттолкнуть от себя, но ничего не получается. бессильно размякаю рядом с ним.
– Позвони, как доберетесь. Я буду ждать…
– Обязательно, – открывает дверь, вываливаемся в подъезд.
слышу стук моих каблуков, эхом отбивающийся от стен.
это…
то, что она сказала… это ведь не может быть правдой? теперь слёзы градом катятся из моих глаз. не осталось никаких сил их останавливать.
пиликанье двери. свежий воздух. я сажусь на первую попавшуюся скамейку.
закрываю лицо руками.
всё, что могу сейчас делать – плакать.
рыдать.
до такого состояния, что невозможно разомкнуть глаза.
мне всегда казалось, что я становлюсь такой же, как отец. но быть, как мама – страшнее в сотни тысяч раз. мне больно. всегда было больно.
зарываюсь руками в волосы, видя перед собой мутную, из-за слёз, землю.
это невыносимо.
мне жаль, что я такая.
правда, жаль.
я всегда была всеобщей опухолью.
я всегда всё делала не так, как нужно.
чувствую, что с моего лица капают и сопли, и слюни.
я ненавижу тебя. ненавижу. сжимаю волосы. а потом кулаками начинаю бить себе по ногам.
ненавижу, просто ненавижу. ты портишь всё, чего касаешься. праздники, жизни других людей, свою собственную жизнь.
не чувствую боли в ногах, хотя продолжаю по ним бить. еле размыкаю опухшие глаза.
вижу перед собой мужские ладони. поднимаю голову. сидит передо мной на корточках.
– Можешь бить по моим ладоням, если тебе это нужно.
Издаю протяжный стон и закрываю лицо руками. почему бы ему просто не уйти? зачем он это всё делает?
– Возьми, – протягивает носовой платок.
не раздумывая, беру, вытирая все лишние жидкости с лица.
– Пользовался им всего один раз, – испуганно отрываю от себя платок, нахмурившись от накатившей брезгливости.
он смеётся:
– Да шучу я, – садится на лавочку рядом со мной.
– забери… – протягиваю платок обратно.
– О, нет. Оставь себе. Постираешь, потом вернёшь. Будет ещё один повод, чтобы встретиться. Ну, либо, можешь просто выбросить.
– зачем… боже, – по какой-то абсолютно иррациональной причине, складываю платок в несколько раз и прячу в карман.
– Всё-таки хочешь увидеться, я знал, что моё обаяние сработает, – заметив мой взгляд, меняется в лице, – Как себя чувствуешь?