Мария Кузнецова – Проклятый замок (страница 9)
С трудом подавив в себе страх, Камилла вернулась в свою комнату, взяла шитье и спустилась в любимую «зеленую» гостиную, чтобы хоть как-то отвлечься от того, что только что прочла в дневнике неизвестной.
– Эй! Где ты бродишь? Мне не с кем поговорить! – тут же раздался возмущенный Голос хозяина.
– Поговори сам с собой, – буркнула Камилла. И тут же испугалась – ведь она только что читала эти записи, с одной из девушек точно случилось что-то страшное. Так зачем она провоцирует его?
Но реакция Голоса оказалась весьма неожиданной.
– Я чем-то обидел тебя? – вдруг спросил он.
– А тебя это интересует? – удивилась Камилла.
– Если спрашиваю, значит да.
– И почему же? – поразилась девушка.
– Не бери на свой счет. Хотя, можешь и брать…
Они помолчали.
– Ты не ответила на мой вопрос.
– Я не обиделась. Но… я прочитала записи одной из девушек…
– Наверно, она рассказывала, какой я приятный в общении? – с издевкой спросил Голос.
– Это не смешно, – осадила его Камилла, в очередной раз удивившись своей смелости. Или глупости? – Она писала, что ты донимал ее вопросами и разговорами, от которых кровь стынет в жилах. Ты довел ее до безумия.
– Не совсем так, – помолчав, откликнулся Голос. – Не только я довел ее до безумия. То, что здесь происходит… Но не буду ничего говорить, скоро ты сама все поймешь.
Девушка похолодела. Что он имеет в виду? И насколько скоро она все поймет? Камилла снова взялась за шитье, стараясь не думать о зловещих словах хозяина замка. Но отвлечься у нее получилось, страх сковал тело. Она бросила пяльца. Подумав, взяла забытую здесь накануне книгу. Вздохнула, попыталась прочитать хоть несколько строк, но воцарившаяся тишина давила на нее, и она решила продолжить разговор с хозяином.
– Знаешь, как ни жестоки твои вопросы, они заставляют изливать душу, и от этого становится немного легче. По крайней мере, мне. Но я не хочу сойти с ума, как та девушка.
Голос не ответил. Видимо, хозяин замка покинул комнату. Камилла отложила книгу и начала ходить по гостиной, разминая мышцы. Дома она привыкла к постоянному движению, к физической работе, и заточение в этом огромном замке, где нечем было заняться, стало для нее настоящим испытанием. Как же хотелось вырваться на волю, пробежаться босиком по лугу, почувствовать на ступнях легкое покалывание от сухих травинок. Да она была бы рада сейчас даже укусу пчелы, лишь бы не чувствовать себя здесь заживо похороненной. Суждено гнить в этих стенах… Кажется, так было написано в дневнике неизвестной девушки? Камилла поежилась.
– У тебя есть жених? – вырвал ее из раздумий Голос. Оказывается, он все еще был здесь.
– Нет, – девушка обрадовалась – хоть с этим ей, можно сказать, повезло, хозяин не сможет мучить ее, вызывая ревность и убивая любовь.
– Хм… У такой красавицы? Не верю.
Камилла опустила голову, пряча улыбку: «Он что, кокетничает со мной?».
– Нет у меня жениха. Не полюбила я никого.
– А тебя?
– Я о таком не спрашиваю.
– Почему? Неужели неинтересно?
Камилла остановилась.
– Я же не могу подходить к каждому парню и спрашивать: «Скажи-ка, ты меня любишь?»
Голос засмеялся. Камилла тоже. И все вдруг преобразилось. Вроде ничего не изменилось, но комната теперь смотрелась как-то по-другому, как будто стала светлее. Камилла почувствовала легкое электрическое покалывание – невидимые обитатели замка ободряли ее. Девушка обрадовалась взаимопониманию, возникшему между ней и хозяином замка, но все же держалась напряженно – вдруг с предыдущими пленницами он первое время тоже так дружелюбно общался?
– Вообще-то есть один парень, – произнесла Камилла, поддерживая разговор. Ей не хотелось снова оставаться одной. – Его зовут Никола. Он никогда не признавался мне в любви, но я знаю, что он меня любит.
– А ты его?
– Не знаю… Скорее нет, чем да. Ведь я даже не вспомнила о нем за это время ни разу. Только сегодня…
– Жалеешь, что пришла сюда?
– Как ни странно, нет. Я могла бы и не встретить любовь. А у Элизы она уже есть.
– Боже, как это скучно, – презрительно хмыкнул Голос. – Отдать свою молодость и, можно сказать, жизнь за то, чтобы кто-то другой где-то там радовался. Это глупо!
– Ты действительно так считаешь? – холодно спросила Камилла. – Неужели в твоей жизни никогда не было человека, за которого ты был бы готов умереть?
– Да как ты смеешь? – крикнул Голос.
Мимо Камиллы пролетел подсвечник и ударился об стену. Девушка вздрогнула. «Ну вот, доигралась. Сиди, улыбайся и кивай, зачем ты с ним споришь, глупая?». Но остановиться было не так-то просто.
– Тогда и ты не смей упрекать меня в том, чего не понимаешь! – огрызнулась Камилла. И испуганно застыла, ожидая расплаты.
Но расплаты не последовало. Голос просто исчез. На этот раз по-настоящему. По окнам снова застучал дождь, девушке стало холодно и неуютно. Она укрылась лежавшим на диване покрывалом. Еще раз попыталась почитать книгу, но ни строчки не поняла, погрузившись в свои мысли. Может, и правда глупо было приходить сюда? Зачем только она это сделала… «Нет, хватит! – приказала себе Камилла. – Он этого и добивается, заставляет сомневаться в себе, в собственных поступках, навевает плохие мысли. Еще не хватало, чтобы я, в конце концов, начала обвинять во всем Элизу. Нет, Камилла, помни, почему ты здесь. В этом никто не виноват, кроме тебя, это было только твое решение».
Через некоторое время дождь перестал, и теперь в замке стояла оглушительная тишина. Внезапно девушку охватил панический страх. Она испугалась одиночества в этом мертвом месте, ей показалось, что над ней витают души прежних пленниц. Темнота под высокими сводами становилась все ближе, давила непомерной тяжестью. Громким неожиданно для себя самой голосом она крикнула:
– Ты здесь?
Молчание.
– Пусто… Не отвечает… Господи, как здесь страшно, – поеживаясь, прошептала Камилла.
Она побежала к своей комнате, но лестница и коридоры на этот раз тонули во мраке. Камилла в панике вернулась в гостиную, обратно к яркому свету.
– Где ты, хозяин замка? Прости меня за грубость, вернись! Где вы все? Почему не зажигаете свечи? Ответьте, пожалуйста!
Камилла в ужасе рухнула на диван и с головой накрылась покрывалом. Ей казалось, что со всех сторон на нее смотрят призраки пропавших девушек, пугая прозрачностью кожи и застывшими белками глаз. Длинные белые руки тянулись к ней, тонкие пальцы готовы были сомкнуться на загорелой шее. Камилла съежилась на диване и заплакала.
– Ответьте хоть кто-нибудь! – взмолилась она в пустоту.
Неожиданно свет в гостиной погас, по замку будто пронеслось чье-то ледяное дыхание. Сквозь тюль на окнах едва пробивался бледный звездный свет, луна то и дело скрывалась за облаками. Образы мертвых девушек стали ярче. Камилла закричала от испуга, срывая голос. Ледяной ужас сковал трепещущее сердце, ноги онемели. Перед ней вдруг встали как в реальности все ее страхи. Вот она видит родителей, погибших от нелепой случайности или от чьей-то злой руки. Они лежат как восковые в черном гробу в церкви, среди плачущих жителей. Камилла закричала, закрыв глаза, сжав голову руками. Видение сменилось. Теперь она видела Ганса и близнецов, отбивающихся от разбойников. Близнецы прижались друг к другу, плачут, а Ганс машет палкой… Вот его пырнули ножом, хлынула алая кровь… Камилла завизжала и уткнулась в подушку. Из груди вырвались рыдания.
– Хватит! Прекрати это немедленно!
Но видения не прекращались. Теперь перед ней стояла Элиза. Счастливая, в свадебном платье, с цветами. Она протягивает к ней руки, сзади Элизы видна вся Бриада. Неожиданно на деревню налетает сильнейший вихрь, который сносит все дома, и слышны лишь крики раненых и стоны умирающих…
– Хватит! Хватит! Хватит! – снова, срывая голос, закричала Камилла и зарылась под покрывало, накрыв голову подушкой.
На мгновение все стихло. Потом из темноты перед глазами начали выплывать лица погибших здесь, Камилла уже не сомневалась в этом, девушек. Они плакали, злобно смеялись, рвали на себе волосы, звали ее к себе…
– Мы ждем тебя! – шептали они совсем рядом, улыбаясь мертвыми губами. – Идем с нами, мы станем подружками! Мы будем с тобой, не то, что твоя Элиза! Она позволила прийти сюда вместо себя, она больше не подруга тебе, ведь она позволила отдать за нее жизнь… Идем с нами, Камилла…
Их было много, очень много. Девушка отмахивалась от них, кричала, закрыв глаза, звала родителей, Николу, Ганса, хозяина замка… Под утро, незаметно для себя, Камилла уснула. От глубокого беспокойного сна ее разбудил луч утреннего солнца, приютившийся в уголке правого глаза. Мгновенно все вспомнив, девушка резко села.
– Ты здесь? – хрипло крикнула она.
Ответа не последовало.
– Ну конечно, – прошептала она. И вдруг засмеялась. Хрипло, страшно, озлобленно. – Нет, ты здесь! Витаешь сейчас где-нибудь и наблюдаешь с любопытством, что я сделаю. Ну, так смотри!
Камилла подбежала к изящному резному столику, схватила фарфоровую вазу, швырнула ее на пол. Ваза мягко упала на ковер. Камилла взвизгнула от злости, подняла ее и бросила в окно. Ваза со звоном разбилось о раму, шум эхом раскатился по замку.
– Доволен? – крикнула Камилла. – Это только начало! Я весь замок сейчас разнесу!
Одну за другой пленница начала крушить вазы, хрустальные кувшины, огромные старинные блюда – все, что попадалось ей под руку. Она роняла изящные столики, рвала занавески из дорогой, наверное, ткани. Через полчаса веселая, солнечная «зеленая» гостиная превратилась в развалины. Повсюду царил хаос, пыль столбами вилась в лучах солнца. Камилла внезапно остановилась и осмотрелась вокруг себя. Ярость притупилась. Девушка почувствовала легкое покалывание, на ее глазах мебель вставала на свои места, вазы снова становились целыми. Ей вдруг стало стыдно.