Мария Кузнецова – Из воска (страница 4)

– Это с вами мне предстоит совместная фотосессия? Потрясающе. Что ж, давайте начнем? Лика, куда мне вставать?

Девушка, не слушая его, направилась к Олегу. Ей отчаянно хотелось знать, где выпускающий редактор нашел этого странного человека, но тот, заметив Лику, только махнул рукой и покинул студию. Как во сне, она снова повернулась к моделям, чувствуя озноб по всему телу. Какое странное состояние, почему она так реагирует на этого парня? Какое ей дело, где его нашел Олег? Привлекательный, умеет себя держать, на фотографиях должен получиться хорошо, это все, что ей нужно. Хватит терять время, пора приступать к работе. Глубоко вдохнув и выдохнув, Лика, стараясь не смотреть в глаза незнакомцу, начала раздавать указания.

– А он хорош, – с завистью в голосе резюмировал Олег несколько часов спустя, рассматривая получившиеся снимки.

– Модель как модель, – скептически пожала плечами Лика. – Не лучше и не хуже других.

Редактор направил на нее взгляд, полный искреннего удивления. Всеслав явно не подходил под прохладное описание «модель как модель», он был невероятно эффектным и наверняка привлекал к себе немало женского внимания. Но Лику он действительно не впечатлил. Она смотрела на мир, на людей через объектив фотоаппарата, и красивыми для нее были те люди, которые хорошо получались на снимках, независимо от того, какими они были в реальности. Девушка искренне считала, что камера проявляет всю фальшь. А этот парень, несмотря на красивую внешность, не добавил жизни в ее работы. Наоборот, рядом с Дианой он смотрелся безжизненной куклой, пусть и с привлекательным лицом. Но другого искать времени нет, вот-вот наступит дедлайн.

– Тебе нравится то, что получилось? – спросила она у Олега.

– А тебе? – поинтересовался он в ответ.

– Это неважно, – поморщилась Лика. – Если тебя все устраивает, оставляем так, потому что ничего лучше я сделать уже не смогу. Эта фотосессия вытянула из меня все соки.

– Хорошо, тогда на этом твоя работа на сегодня заканчивается, – вздохнул Олег, разлохмачивая себе волосы. – Завтра тоже отдохни, если нужно будет что-то переснять, я тебя вызову.

– Отлично, мне завтра как раз в музей надо. Диана какого-то организатора ночных квестов позвала.

– Ну, удачи вам, – ухмыльнулся мужчина.

Лика вернулась в студию, упаковала фотоаппарат и уже собралась уходить, когда ее перехватил Всеслав.

– Мне было приятно с вами поработать, Лика, – сказал он. – Возможно, я снова обращусь к вам, когда мне понадобятся услуги хорошего фотографа.

– Вы знаете, я так занята на своей основной работе… возможно, но я не уверена…

Лика сама не понимала, почему отказывает ему. Если этот Всеслав работает на хорошее модельное агентство, она может получить солидный дополнительный заработок. Руководство журнала никогда не мешало своим сотрудникам заниматься дополнительное работой, если это не мешало их работе в журнале, поэтому она сама себе не могла объяснить свое поведение. Но этот парень вселял в нее безотчетный страх.

– У тебя все в порядке?

В первый раз за несколько недель она была рада появлению Стаса. Увидев, что с его девушкой беседует парень с внешностью Аполлона, он тут же очутился рядом, съедаемый ревностью.

– Я собиралась домой, тебя ждать сегодня? – мило улыбнулась ему Лика, поворачиваясь спиной к Всеславу, чтобы показать, что разговор окончен.

Но он не собирался так просто сдаваться. Стоило девушке сделать несколько шагов вперед, как она почувствовала ледяную руку этого странного парня у себя на плече.

– Возможно, вы не отказались бы встретиться со мной вне работы? – спросил он.

Лика оторопела от такой наглости. Рядом с ней стоял ее парень, они недвусмысленно сообщили о своих отношениях, а он только что пригласил ее на свидание?

– А ты ничего не попутал? – Стас тоже не стал скрывать своего изумления. – Это моя девушка, вообще-то.

Всеслав хмыкнул, обогнал их и покинул студию, бросив прощальный взгляд на хмурую Лику.

– Ты знаешь этого парня? – вспылил Стас, как только Всеслав скрылся за дверью.

– Давай мы не будем выяснять отношения на глазах у всех, – рассердилась девушка.

Она терпеть не могла публичные разборки, а на них и так уже глазела половина студии. Стас рассержено фыркнул, но послушался. Как только они оказались на улице, он снова набросился на девушку с упреками.

– Так что у тебя с этим смазливым парнем?

– Ничего, – отрезала Лика. – Я его в первый раз сегодня увидела.

– Но смотрела ты на него так, как будто вы уже знакомы, – не отставал Стас. – Или просто понравился?

– Слушай, ты меня достал своей ревностью! – вспылила девушка. – Я теперь даже просто пообщаться с парнями не могу? Все, с меня хватит, можешь больше не звонить.

– Что? Ты меня бросаешь? – возмутился Стас. – Ладно, возможно, я просто вспылил, но это потому, что ты мне очень нравишься. Я постараюсь больше не устраивать тебе сцен…

– Нет, Стас, – мягко перебила его девушка. – Я просто больше так не могу. Ты хороший, но я остыла к тебе, понимаешь?

– Значит, дело все-таки в этом красавчике? – злобно бросил парень. – И я не зря ревновал?

– Думай, что хочешь, – махнула рукой Лика, направляясь к машине.

Конечно, некрасиво было пользоваться этой вспышкой ревности как поводом для расставания, но она действительно больше не хотела быть рядом с ним. Ладно, переживет, не любит же он ее, в конце концов. Просто взаимная симпатия. Была. Лика завела машину и покатила в сторону дома. Скоро должны прийти родители, чтобы помочь ей с документами и счетами, надо хоть в магазин за тортиком зайти. Подземная парковка возле дома еще пустовала – большинство жителей элитной многоэтажки, в которой жила девушка, возвращались домой намного позже. Бизнесмены, актеры и актрисы, художники, находившиеся под покровительством меценатов – здесь жила особая каста людей. Лике пришлось бы долго работать, чтобы купить такую квартиру, о ней позаботились родители, сделав подарок на совершеннолетие. Девушка любила свою небольшую студию и никого туда не пускала. Парни, с которыми она встречалась, приходили туда только переночевать, она не была готова к совместной жизни.

Закрыв машину, Лика направилась в магазин. Парковка ярко освещалась, и обычно здесь девушка чувствовала себя уютно и безопасно, но только не сегодня. Как только она вышла из машины, ей сразу почудился чей-то пристальный взгляд. Лика обернулась, внимательно осмотрела бетонную платформу, аккуратно разлинованную белой краской. Ей кажется, или там кто-то стоит? За столбом с жирно намалеванной цифрой «8»? Сердце заходило ходуном, но Лика все-таки сделала два маленьких шажочка в сторону, так, чтобы ей было видно, есть там кто-то или нет. Но за столбом было пусто, и девушка, глубоко вдохнув, зашагала к выходу с парковки.

Что это? Ее шаги отдавались гулким эхом, но к ним примешивались дополнительные звуки. Дыхание? Рычание? Лика вдруг вспомнила свой сон и резко развернулась, стремясь увидеть неведомого преследователя. Никого. Когда девушка снова повернулась, чтобы продолжить путь, краем глаза она заметила неясную тень, которая мелькнула и пропала, слившись с темнотой неосвещенных уголков парковки. Нервы Лики не выдержали. Больше она не стала оглядываться и понеслась вперед, стараясь как можно быстрее добраться до выхода. И в глухой стук ее шагов опять вплелись звуки, напоминавшие чье-то хриплое дыхание.

Глава 3. Гавайская рубашка

Папа, сдвинув брови, сосредоточенно просматривал документы на музей. Он был не в восторге от «подарка», свалившегося на его дочь, но делать было нечего. На белоснежной бумаге четко, по пунктам, были прописаны все указания Бориса Витальевича Всеславского. Музей должен принадлежать Ангелике и только ей. Она может управлять наследством по своему усмотрению, но ни в коем случае нельзя продавать фигуры, находящиеся в постоянной экспозиции. Ни один член семьи Бориса Витальевича, кроме Лики, не может претендовать на это наследство, какими бы близкими родственниками они не являлись.

– Потрясающе, – процедил, наконец, Анатолий Владимирович, откладывая бумаги и потирая уставшие глаза. – Все оформлено грамотно, но совершенно непонятно, к чему эта категоричность, что только Лика может быть хозяйкой музея. Кристина, может, ты сможешь объяснить мне решение своего родственника?

Мама Лики лишь покачала головой. Когда было обнародовано завещание, родственники сначала дружно на нее обиделись, думая, что это она подсуетилась ради дочки и уговорила старика на такой щедрый подарок. А потом, когда увидели музей и его содержимое, также дружно заявили, что претензий не имеют, и вообще, желание Бориса Витальевича – закон, который надо уважать. Кристина Максимовна раздраженно хмыкнула. Она была больше чем уверена – если бы этот музей приносил прибыль, а не сплошные убытки, эти блюстители закона вытянули бы из них не один пучок нервов.

– Ладно, – проворчал отец, снова углубляясь в документы. – Некоторые задолженности я могу погасить…

– Пап, – остановила его Лика, отрываясь от окна. Она стояла там уже сорок минут, перебегая напряженным взглядом от одного темного угла к другому, сама не понимая, что пытается там увидеть. – Нужно погасить только коммуналку. Диана предложила мне один проект, я, наверно, на него соглашусь. Возможно, музей начнет приносить хоть немного прибыли, и я смогу закрыть остальные долги.