Мария Коваленко – Жена на один год (страница 21)

Приглашать Наташу выпить кофе не пришлось. Видимо поняв, что из меня впервые можно вытянуть целую романтическую историю, она сама подхватила под руку и повела в кухню.

Там снова без разрешения на столе мигом появились фирменные эклеры Галины, две чашки и коробка с моими любимыми шоколадными конфетами, которые Наташа гордо извлекла из своей сумочки.

Ни за время лечения в больнице, ни час разговора с лучшим питерским организатором торжеств, а именно с Наташей я наконец начала понимать, что действительно мне предстоит.

Параллельно с этой мыслью стала доходить и другая — для всех мы с Никитой должны быть настоящей парой. С клятвами верности, с традиционным поцелуем в ЗАГСе и с медовым месяцем. Пусть коротким, символическим, но на нас двоих.

Голова шла кругом от такого открытия. Пальцы на ногах поджимались. От волнения и не чувствовала ни аромата кофе, ни вкуса эклеров.

— Ладно, все ерунда, — вырвала меня из размышлений подруга. — Жениха без меня ты себе выбрала. Но свадебное платье только со мной. Завтра с самого утра начнём поиск. Мне обещали сбросить контакты самых лучших салонов и дизайнеров.

— Агентство, которое занялось свадьбой, обещало помочь и с платьем… — попыталась отбиться я.

— Нет! Все эти агенты только как на обложках журналов умеют делать. А нам надо, чтобы твой жених дара речи лишился. Чтобы у него дыхание от счастья перехватило и захотелось прямо в ЗАГСе начать первую брачную ночь.

— Может… не нужно?..

Если чем-то меня и можно было добить, то этим. Щеки, наверное, уже не розовели, а краснели. Но Наташа, как ищейка, коротая уже взяла след, и не думала отказываться.

— Надо, родная! Для тебя же надо!

Никита

В моей жизни уже была свадьба. Не слишком пышная. Без сотни гостей и первых полос во всех модных изданиях. Тогда мне не хотелось чужого внимания, и важна была лишь женщина, которая скажет «Согласна».

Наивный, я считал, что повторения точно не случится.

Но жизнь на наглядном примере уже показала, что значат все мои планы. Пшик!

Сегодня в полдень во Дворце бракосочетаний мне предстояло снова повторить свое «Согласен» и надеть на женский палец обручальное кольцо.

Эта идея мне не нравилась с самого начала. Стоило Пашке лишь заикнуться ещё в самолёте, когда летели в Питер, я сразу ответил «нет».

Не нравилась она мне и тогда, когда сам преподнес ее Лере в качестве «единственного выхода».

Это был скорее тупик. И не столько для меня, сколько для самой Леры. Двадцать два года бывает лишь раз в жизни. Мало какая девушка с радостью согласилась бы разменять год своей молодости на фиктивный брак. Без встреч, расставаний, шумных вечеринок и безумных поисков себя.

Неправильно было воровать у Леры этот год. После её ворованного детства и юности под тотальным надзором приемных родителей такой брак казался продолжением пытки.

Я чувствовал себя не спасителем, а таким же преступником, как и те гады, которые пытались ее отравить.

Сегодня идея с браком не нравилась мне ещё сильнее.

Глава 16

Никита

Настоящие женихи ещё до ЗАГСа представляют встречу со своей невестой. Они ждут этого момента. Настраивают себя на белое платье, прическу и макияж, которые даже жабу превратят в принцессу.

Настоящие женихи хоть как-то морально готовятся.

Ненастоящим хуже.

Я смотрел свадебные макеты Изольды Генриховны. Ее специалисты продумали каждую мелочь: от речи регистратора до цвета пуговиц на платье невесты. Но между макетом и той невестой, которую я увидел сейчас у чёрного входа Дворца Бракосочетаний, не было ничего общего.

Вместо молодой светской львицы, увешанной бриллиантами и золотом, передо мной стояла другая. Больше всего, как ни странно, она напоминала соседскую девчонку с огромными испуганными глазами и моим портретом, написанным карандашом.

Даже сквозь фату была видна закушенная губа и растерянный взгляд. Даже, несмотря на роскошное платье, Лера сумела остаться собой.

Если бы к слову «хрупкость» нужно было бы найти образ, моя невеста подошла бы идеально.

Она казалась хрустальной фигуркой. В меховой пушистой накидке, но без бронежилета в виде корсета. В мягких облаках белоснежных кружев, но без длинного шлейфа, способного отгородить от посторонних на несколько метров.

Она была нереальной, нежной, парящей над ступенями в тонкой паутине прозрачной фаты.

Девочка-видение, не похожая на питерских и московских модниц. Скорее юная наследница королевской династии или даже будущая принцесса.

«На своей настоящей свадьбе Лера могла выглядеть только так», — не знаю, почему мне пришла в голову эта мысль. До последней секунды я вообще не представлял ее в свадебном платье или с обручальным кольцом.

Лера была знакомой, соседкой, человеком, которого я по каким-то до конца не понятным для себя причинам записал в короткий список близких.

В «женах», «любовницах» или «подругах» она не значилась. И только сейчас я осознал, что даже не поинтересовался: был ли кто-то у нее в личных списках… мечтала ли она о белом платье… планировала ли быть такой ослепительно красивой для любимого.

Как ни паршиво было это понимать, Алине я и на шаг не позволил бы приблизиться к ЗАГСУ ради такой аферы. А эту девочку просто поставил перед фактом: надо.

— Если что, я тебя предупреждал. — Пашка заметил мой взгляд и понимающе хмыкнул.

— Предупреждать следовало конкретнее, а не этими твоими импотентскими намеками. — Мое и так не самое лучшее настроение скатилось до отметки «плинтус».

— Ну, извини. У меня, в отличие от некоторых, здоровая мужская реакция на женскую красоту.

— Хотя бы на свадьбе постарайся обойтись без демонстрации этого своего здоровья.

В нынешней ситуации отступать было некуда, потому я лично перепроверил цветы в петлице, затянул ненавистный галстук-бабочку и взял с заднего сиденья букет.

Осталось выйти и завершить работу на сегодня. Двадцать минут на церемонию и еще максимум полчаса на фотосессию. Терпимо.

— Знаешь, Лаевский, я тебя второй раз в ЗАГС везу. А ощущения, словно в первый, — неожиданно совсем другим тоном произнес Паша. — Серьезно. Тогда все так тихо, скромно было. Словно репетировали.

— Тебе напомнить, что это на самом деле не брак, а сделка?

Казалось, более гадко на душе быть не может, но вышло, как в том анекдоте про колодец: «Снизу постучали».

— Эх, зря я не настоял на своей кандидатуре в женихи. С такой невестой не грех любую сделку превратить во что-то серьезное.

Ещё минуту назад я бы точно заехал бы этому гению в челюсть. Для бодрости духа! И свежести ума!

А сейчас резко остыл, словно бабка отшептала.

— И чтобы ты сделал? Украл бы у нее ещё пару лет? — Я в последний раз обернулся к Паше.

Дальше тянуть не стоило. Фотографы, прорвавшиеся к черному входу, уже заметили нашу машину, и вспышки фотокамер начали слепить глаза.

— Вот ты, Никита, умный, а иногда… — Подняв взгляд кверху, он произнес что-то еще. До меня донеслись лишь некоторые слова — весьма сомнительные комплименты. Но они уже не имели значения.

Дальше была работа. Чересчур крепкое рукопожатие СанСаныча, который так спешил, что привез невесту раньше срока. Полные ненависти взгляды Биркина и ещё парочки гостей из числа акционеров. Сощуренные глаза свидетельницы — лучшей подруги Леры. И протянутая мне узкая ладонь в белой перчатке.

Дурацкой была идея приезжать по отдельности. Нужно было метлой гнать эту организаторшу свадеб вместе с её «персональным» подходом. Для огласки вполне хватило бы несколько фотографий с росписи.

Но даже сейчас, после нескольких минут ожидания на холоде, Лера не произнесла ни одного упрека. Ее ледяная рука утонула в моей. И послушная, тихая, она пошла рядом к тяжёлой двери Дворца.

За ней нас ожидал уже знакомый ритуал. Для меня он не был волнительным в первый раз. Не стал он таким и во второй.

Белый потолок давил не больше, чем потолки в судебных залах. Свидетели сторон испепеляли друг друга недоверчивыми взглядами.

На словах о возражениях против брака один из акционеров нервно закашлялся. На словах клятвы верности моя невеста побелела больше прежнего, но подрагивающие пальцы смогли надеть кольцо.

Все прошло почти идеально. Так, как рассчитывала Генриховна, и представлял я сам. Лишь в конце одна деталь, вернее разрешение регистратора, пустила под откос весь выверенный план.

Сейчас уже сложно сказать, был ли я хорошим мужем, но нормальный жених из меня так и не получился.

После слов: «А теперь можете поцеловать невесту!» я взял Леру за руку и чуть не потянул к выходу. На автомате. Без всякой задней мысли или гениального замысла.

Остановил взгляд. Удивленный. Сквозь фату.

Вместе с этим взглядом на голову ледяным водопадом обрушилось и понимание, что я делаю не так.

Чтобы мысленно врезать себе по щекам и начать действовать, понадобилась несколько секунд.