Мария Коваленко – Не борись со мной, малышка (страница 16)

Егор

До китайского варева добираемся только в два ночи. Оба голодные и вымотанные как волки.

От усталости не хватает сил погреть еду и одеться. Как были голышом, так посреди кровати и едим.

Качественно намятая со всех сторон жрица даже не пытается изобразить гордую и независимую. Аленушка сама берет палочки, коробку с лапшой и, закатывая глаза от удовольствия, наворачивает острые макаронные деликатесы.

Вроде бы ничего особенного. Все остальное она проделывала с таким же наслаждением, но я как пацан залипаю.

Облизываю взглядом тонкие пальцы, полную грудь с подпухшими сосками, узкие плечи и породистое лицо.

Я никогда не был ценителем женской красоты. Чаще выбирал не по фасаду, а на ощупь – чтобы было за что подержаться и куда вставить. Даже женился, потому что понравилось вставлять, и никто не мотал на тот момент нервы.

Лицо и все эти тонкие изгибы были чем-то инопланетным, непригодным для регулярного использования по целевому назначению.

Но с Аленкой... член встает только от того, как она держит в ладони гребаные деревянные палочки и, смешно оттопырив мизинец, ест обычную китайскую лапшу с какой-то там уткой.

Возбуждает до чертиков!

Хочется выкинуть нахрен всю эту утварь и самому подставиться под руки. Сунуться к ней целиком. От макушки до пят! Чтобы гладила своими волшебными пальцами. Рисовала ими горячие узоры. И чесала за ухом.

Самое дебильное желание, которое когда-либо испытывал.

Не секс и даже не минет.

Стрёмное помутнение рассудка.

- Ты на меня так смотришь, словно съесть собрался. – Пока думаю, жрица протягивает мне палочки с лапшой. Подкармливает.

- Может, и собрался... – В коробке уже дно, а на южном полюсе полная боевая готовность. Как будто год не трахался!

Видимо, заметив мой одинокий парус, Аленка округляет глаза.

- Имей в виду, никакого секса! – нервно сглатывает. – Я после прежнего родео не отдышалась. А сейчас еще ужин переварить надо.

Она гордо демонстрирует мне упаковку с лапшой и грациозно отползает к спинке кровати.

- Да разве ж я садист?

Отставляю свою опустевшую тару на пол и забираю у Аленки ее полупустую упаковку. Последние минут пять она уже ничего не ела. Тыкала в несчастные макароны двумя палками и изображала полную занятость.

- Мы договаривались, никакого насилия! – В голубых глазах мелькает что-то странное.

- Глупая. - Вминая ноющий член в матрас, я раскидываюсь на кровати. – Я же съесть тебя собрался. Какое насилие?

- Во мне сейчас слишком много перца. – Аленка прижимает ладонь к алым губам. – Обожжешься.

- А кто говорил, что я хочу основное блюдо. – Целую эту недогадливую женщину в лодыжку.

- Только не говори, что у тебя еще и десерт в запасе.

- У меня был лишь натуральный белковый продукт. Без ГМО и прочей гадости. Но мы его уже весь извели. - Киваю в сторону кучки использованных презервативов.

- Тогда что?

Жрица, как веером, взмахивает ресницами. Всерьез не понимает!

Такая взрослая и не знает, где берутся лучшие десерты.

- У меня серьезные вопросы к твоим прежним мужикам. – Подняв красивую левую ногу, прокладываю дорожку из поцелуев под коленом.

- Их... – Алена вздрагивает. – ... было не так много.

- Понял. Придется и в этом перетрахивать.

Веду языком по внутренней стороне бедра, медленно раздвигая влажный фронт работы.

- Это совсем необязательно.

Чувствую женские ладони на своей голове. Алена и не тянет, и не отталкивает. Растерялась как девочка на первом свидании.

- Пиздец, как вкусно ты пахнешь!

Мажу носом по чувствительным лепесткам. Вдыхаю этот аромат и четко понимаю, что дыра в матрасе мне обеспечена.

- Егор... не надо... – Пытается отстраниться моя ванильная жрица.

- Поздно! – Руками фиксирую ее ноги. - Я зверски проголодался! – Посылаю воздушный поцелуй и ныряю языком в бархатную, влажную глубину.

***

Как выясняется спустя несколько минут, жрица мне досталась упрямая и неизбалованная.

Поначалу Аленка борется с собой. То пытается оттолкнуть мою голову. То закрывает руками глаза.

Вылизывать сладкую плоть приходится почти насильно. Не позволяя свести ноги, я приучаю Алену к своим губам. Шизея от редких стонов, объезжаю языком как дикую кобылку.

Самый необычный кунилингус в моей жизни. И самый сладкий.

По хребту словно удары тока фигачат от редких всхлипов и крупной дрожи. Чокнуться можно с того, как она отзывается и как борется с собой.

- Я тебя не отпущу. Доверься, - шепчу своей дикой амазонке и подключаю пальцы.

Посасывая набухший клитор, трахаю ее двумя пальцами. Поглаживаю изнутри чувствительное местечко под лобком. И кайфую от нереального аромата этой женщины.

Полный звездец!

Крыша ту-ту. Вниз без тормозов и страховок.

Ни с кем из прежних баб я не боролся за удовольствие. Ни от кого раньше не косел так быстро и мощно.

- Да... О, да! – Жрица уже не сопротивляется. Сама подается бедрами вперед и слепо хватается пальцами за простыню.

- Хорошая девочка. Вкусная. – Трахаю ее еще быстрее, и лижу все старательнее.

- Егор...

От собственного имени нутро в пружину скручивается. Выучила-таки, злючка. Запомнила, чего от нее жду.

- Давай! – Не прекращая работать рукой, смотрю в глаза.

- Е-гор...

Моя жрица с безмолвным стоном раскрывает рот и взрывается частой пульсацией.

Отрывая бедра от кровати, приподнимается на мостик. Падает. И смотрит на меня... шокированно, испуганно, как сломанная игрушка, которую внезапно починили.

Глава 22

Глава 22

Алена

Похотливый майор все же затрахивает меня до такого состояния, что воскресаю только утром.