Мария Кострова – Незаурядная Маша Иванова (страница 9)

– Чего вздыхаешь, как больной слон? – Машка оторвалась от созерцания заоконных пейзажей и повернулась к Краснову.

– Учиться надоело, – соврал он о причине своих вздохов. – Домашку делать, к репетиторам ходить.

– Ничего, еще два с половиной класса – и мы студенты. Или ты в колледж после девятого?

– Да ты что? Меня предки закопают, если я в МГИМО не поступлю.

Маша присвистнула.

– Серьезная заявка на успех!

– А то! И им наплевать, чего я сам хочу.

– А чего ты хочешь?

– Я живу ради трех слов, – улыбнулся Петя и продолжил после вопросительного взгляда девушки: – Завтра. Будет. Суббота.

Маша искренне рассмеялась и показала большой палец вверх.

– Выходить собираетесь? – нервно пробасил таксист. Оказывается, они уже пару минут как подъехали к кинотеатру.

– Ой, конечно, спасибо! – пискнула Маша.

– До свидания, – попрощался Краснов, поспешив вылезти и обогнуть такси, чтобы подать руку девушке.

Петя пошел вперед, прокладывая своей спутнице путь ко входу в здание кинотеатра сквозь немалое скопление людей, собирающихся группами и парами в ожидании опаздывающих к началу сеанса. Впереди уже маячили стеклянные двери, когда Маша вдруг вскрикнула. Краснов обернулся. Девушка стояла на тротуаре и обреченно осматривала свое пальто, весь подол которого был вымазан в черной грязи.

– Что случилось? – Петя подбежал и стал ее тщательно осматривать. Маша молча показала налево, где по велодорожке от них быстро удалялся юнец на двухколесном скакуне.

– Он тебя из лужи окатил?

– Ну да… Прям на пальто грязью… Как думаешь, она лечебная?

– Вот на нем и проверим, – махнул Краснов в сторону велосипедиста. – А ну стой! – заорал парень и рванул с места, как заправский спринтер.

– Петя, Петя, не надо! – попыталась остановить друга Маша. Но он ее не слушал.

Через пару минут перед девушкой уже стояли одноклассник и мальчишка лет десяти. Одной рукой пацан придерживал свой велосипед, а второй – растирал красное ухо, за которое Краснов его хорошенько оттаскал.

– Извиняйся давай, – приказал Петя. – И быстро. Мы в кино опаздываем.

– Извините, – промямлил парнишка.

– Я больше так не буду, – подсказал Краснов.

– Я больше так не буду.

– Ладно, Петь, хватит. Он все понял, – сжалилась Маша.

– Понял? – уточнил парень у пацана. Тот быстро закивал в знак согласия.

– Ладно, езжай. Но чтобы больше не гнал по лужам рядом с пешеходами!

Пацан снова кивнул, оседлал велосипед и поехал прочь. Надо сказать, и правда довольно аккуратно.

– Идем? – Петя протянул Маше руку. Он твердо решил, что больше не отпустит ее, пока не посадит на место в зале кинотеатра, а то вдруг эта особа еще в какие-то неприятности вляпается!

– Идем. Только у меня вид так себе, – вздохнула девушка, пытаясь ногтями отскрести грязные брызги, застывшие на подоле пальто.

– Там темно, никто и не заметит, – подмигнул Петя.

– А ты?

– Я? Я ничего не вижу! – Петя даже закрыл глаза и для убедительности начал шарить вокруг руками, изображая слепого.

Маша улыбнулась и, подхватив «слепого» под локоть, повела к дверям киноцентра.

Попкорн и напитки они купить не успели – сразу побежали в нужный зал, где уже царила кромешная тьма, прерываемая вспышками света от рекламируемых фильмов.

– Петь, дай руку, пожалуйста, я ужасно боюсь ходить по лестницам в темноте, – шепнула Маша.

Краснов молча взял ее ладошку и бережно повел за собой. Конечно же, на последний ряд.

Фильм оказался довольно коротким – всего-то три часа! «Надо было Машу на «Войну и мир» Бондарчука вести. Старое, зато такое длинное кино», – подумал Петя, вспомнив, как родители в целях внедрения в ребенка общего советского культурного кода включали ему это эпичное шестичасовое произведение. И без всякого там попкорна!

– Тебе понравился фильм? – поинтересовался он у Маши.

– Честно?

– Конечно. Я точно не обижусь, не я ж его снял.

– Наши старые фильмы мне нравятся больше.

Петя мысленно хлопнул себя по лбу, еще раз вспомнив про «Войну и мир». И с надеждой спросил:

– Какие, например?

– Например, про Ихтиандра. Там такой актер красивый играет…

– А «красивый» – это какой?

– Не знаю.

– А ты подумай.

– Хм. – Маша закатила глаза в поисках ответа от Вселенной. – Это смешно, наверное, но мне у него профиль нравился, нос такой прямой, аристократический…

– А как тебе мой профиль? – Петя повернулся к ней боком. – Не менее аристократический вроде бы?

– По-моему, ты слишком задираешь нос.

– А так? – парень чуть наклонил голову.

– Я вообще-то в переносном смысле, – хмыкнула девушка.

– Эх, Маша, не дождешься от тебя комплимента. Пойдем домой пешком, а? Я тебя провожу.

– Что, деньги на такси кончились?

– Нет, просто на машине слишком быстро.

– Мне еще уроки делать, помнишь?

– Точно, – вздохнул Петя. – Тогда вызываю такси… Диктуй свой адрес.

Краснов вернулся домой в прекрасном расположении духа. Маше вечер точно понравился, она долго и от чистого сердца благодарила его за приглашение, когда они стояли возле ее подъезда. Пете ужасно хотелось поговорить с Машей еще. Или просто погулять по улицам вместе, даже молча. Но пришлось отпустить.

– Явился! – Петин папа в строгом офисном костюме (видимо, только недавно вернулся с работы) вышел в прихожую. – И где ты был?

– В кино, – парню был непонятен недоброжелательный тон отца.

– А должен был быть у репетитора! Вадим Иванович позвонил и сказал, что ты к нему не приходил. А деньги на занятие мы тебе давали.

Петя опустил голову. Он напрочь забыл про сегодняшнего репетитора по английскому. Да что говорить, он в последнее время вообще обо все забыл. Кроме Маши.

– Сынок, я понимаю, что тебе сейчас очень сложно. И учеба, и гормоны, – мама заняла сторону «хорошего полицейского». – Но экзамены – это очень важно. Это твое будущее. В кино ты сможешь и после окончания школы сходить сколько хочешь раз! А поступить в хороший вуз шанс выпадает, может быть, вообще один раз в жизни! Понимаешь?

Она обняла сына за плечи. Добрые теплые мамины руки, как всегда, успокоили его. От мамы пахло хлебом и, немного, луком. Петя мечтательно подумал о сытном ужине и горячем чае с медом.