Мария Киселёва – Игра в нападении (страница 4)

— Так сделай так, чтобы ей хотелось только твой.

Блядь. Что у нас за разговоры? Все так пекуться о малышке-Джуди, которая на вид сама, кому хочет глотку порвет. Посмотрим, Ведьмочка, все намного интереснее.

ГЛАВА 3

ДЖУДИ

Стоит ли говорить, что я в шоке и два раза пропускаю поворот? А все из-за того, что с парнем Бетти приехал ярчайший поцелуй за последние годы, если не жизнь. Вспоминала ли красавчика? Ну…два оргазма без секс-игрушек считаются? Фантазии о нем сидят в голове по данный момент, а внизу жарко. У нас совпадают феромоны? Я случайно включила подогрев сидения?

Незнакомец оказался игроком NBA. Просто шик. Мэт действительно здоровый, но без очевидного набора массы, тяжести. Так и должны выглядеть профессиональные баскетболисты. Верно?

Он был в черной футболке, бордовых длинных шортах. Волосы высоко уложены с выбритыми висками, при солнце глаза еще ярче, шоколаднее. И да. Он из Чикаго Буллз, Бетс болтает всю двадцатиминутную дорогу. Мне удалось убедить подруг, что между нами ничего не было. Правда, наш поцелуй едва ли не приравнивается к оральному сексу. Крис с этим согласна.

Наконец мы на Айлене. Пляж принадлежит бывшему однокурснику Крис, в принципе, тот связующее звено между всеми. И я обожаю правило: без студентов. Еще не хватало настолько неформальной обстановки с учениками, даже с другой кафедры. Чикагский — жуткая цепь сплетен.

Оставила обувь в машине, загнула штаны, обновила солнцезащиту. Разложила тонкий плед, Крис убрала длинные волосы в пучок, достала упаковку из шести бутылок сидра. Бетс подает открывашку, вытягивает ноги. К шести вечера температура двадцать шесть градусов.

Здесь умиротворенно. Уже собралось более двадцати человек.

Дальше всего от парковки — волейбольная площадка, по центру — огромный уже разведенный костер, он исключительно для маршмэллоу и тех, кто останется до утра. Здесь все работают, так что такие вряд ли найдутся. Правее в открытой машине — стерео. Здесь куча компаний для общения, легкой выпивки.

— А я не верю, что ты не поехала домой к сексуальному миллионеру, и не поимела его. — неожиданно в тишине произносит Крис.

— Я реально сразу направилась домой, и это было безрассудство! Я была пьяна. Поцелуй оттуда же.

— Ты не занималась сексом с одним из самых высокооплачиваемых игроков Буллзов?! — Крис.

Она это прочитала по пути на пляж.

— Еще у него классный рейтинг, говорил Андре, но я не разбираюсь.

— Никакого секса, прекратите. Мы не школьники, чтобы после поцелуя играть свадьбу, да даже после секса! Так что все. Тема закрыта. — встаю — Я играть, пока не состою на пятьдесят процентов из сидра.

— Мы тебя еще расколем!

Если подруги хотят думать, что я с кем-то переспала, значит, так и есть. А с чего бы мне не согласиться? Не согласиться не переспать с Мэтом, а не переубеждать девоч…хватит. Моя голова — чистое научное место, куда влезают только самые близкие и надежные люди. Я контролирую свои мысли, а не они меня. Вперед на площадку.

Я не спортсменка. О волейболе знают: сетка-аут-гол. И что после него глаза, одежда, машина будут в песке. Игроки радушно встречают на площадке. Через час будет наплыв народу, тогда и начнутся шуточные матчи на счет в полном составе, а пока перекидываем мяч.

Затягиваю хвост повыше, переговариваюсь со знакомыми, помогаю подняться неловкому игроку. Мои девочки не играют, но когда “объявляют” что-то спортивное, сидят и болеют за меня, как ненормальные. Стоит признать, они не одни такие.

МЭТ

Приезжаем через час, когда парковка забита до предела. На пляже больше сорока человек, территория позволяет.

Несколько месяцев назад провел двое суток на Бали, перед этим между играми с одной девчонкой летали на Мальдивы. Так что песок, мягко говоря, не впечатляет, но все равно иду, держа в руках ящик пива, а в другой газировки. Тот же набор у Андре. Он показывает, где это оставить — в теньке у красного пледа, а затем показывает на Бетс и Джуди.

Недалеко от машины с колонками стоят несколько групп из девушек. Джуди, Бетти, Крис поют в стеклянные бутылки. Они смешно прыгают, поднимая песок, на Джуд его больше, чем на остальные. Когда начинается припев, окончательно сходят с ума.

— Shake it off, I shake it off!

— I, I, I shake it off, I shake it off!

— Hoo-hoo-hoo!

Подходим ближе. Андре заливается смехом, но на него не обращают никакого внимания. Джуди допивает бутылку, улыбается, смотря на подруг. Кажется, от этого получает больше удовольствия, чем от участия в происходящем.

Затем к ним подходит компания из парней и одной девушки.

— Погнали, мне надо показать, какой я брутальный собственник. — хохочет друг.

Слышим больше.

— Супергерл? Утром преподаватель абстракции, вечером — певица. — смеется один из парней, выглядящий не моложе Андре.

— Стью, не заставляй читать лекцию о том, что без слов не было бы предметов.

Он явно преподаватель другой специальности, и шутки насчет бесполезности наук не доходят до скандала.

— Кстати! Знаешь, кого видела сегодня на кафедре!? — неожиданно вспоминает Джуди.

Она и вправду совсем другая с друзьями. Что за глупая мысль? В баре мы “говорили” с ней не больше трех минут.

— Только не говори, что Рамзи. — скрещивает пальцы Стью.

— Рамзи! Как тебе?

— Студент машиностроения решил перейти на программу философии. — поясняет Бетс, заметив нас.

Джуди обводит меня взглядом, но тут же передает внимание друзьям. Прокручивается у одного под рукой, рассматривает браслет девушки азиатской внешности, что протянула руку.

Ее любят. Джуди шумная, но не пробивается в лидеры, замечает мелочи, не выражает злобных эмоций. Про таких говорят, что они идеальные поверхностные коммуникаторы, но знаю о глубине ее дружбы с Бетс и Крис, что разбивает теорию. Она абсолютно нетипична для своих ролей. И все же из Ведьмочки вырывается недовольство, когда меня начинают узнавать.

ДЖУДИ

Маттиас Эйнер. Только сейчас слышу полное имя баскетболиста.

При нем меня обуревают три чувства: неловкость, раздражение, похоть. Да, именно похоть, библейский грех.

Мне бы хотелось прояснить ситуацию. В конце концов, мы взрослые люди. Я взрослый человек и могу расставить все на свои места. Но что если строю из себя непойми кого? Он всего-то приехал с другом на пляж, периодически смотрит на меня настолько тяжелым взглядом, что я не могу пошевелиться. Избегание — самое бесполезное из действий, но выбираю эту тактику.

— Даже не пытайтесь со мной разговаривать, пока не найду в ближайшее время маршмэллоу. — отделяюсь от подруг.

Бетти и Крис явно хотят быть в центре внимания со звездой NBA. Повторюсь, здесь только взрослые серьезные люди от двадцати пяти до сорока. И они очень пытались сохранять иллюзию таковых. Надо признать, некоторым действительно было плевать на Маттиаса. Не то чтобы я входила в их число, но меня с ними связывало нулевое или поверхностное знание баскетбола.

Я знаю историю Чикаго Буллз, биографию Джордана, стадион Юнайтед-центр, в котором ни разу не была. Но нынешний рейтинг, позиции, за что дают фолы — вне моего кругозора. По правде, это стоит исправить, не люблю быть “не в теме”. Так что ем не поджаренные сладости приготовления Лукаса. У них с сестрой четыре кондитерских по Чикаго. И кажется, мужчина делает все, к чему прикоснется — волшебным.

Снимаю зубами очередной маршмэллоу со шпажки, прикрыв глаза от удовольствия. Замираю. Чувствую взгляд, ну а кто еще…Мэт. Без стеснений продолжаю так же медленно стаскивать сладость, а затем надкусываю, облизывая губы от тонкого слоя сахара. Кто-то горит. Четверо. Я, костер, подгорает шпажка незнакомой девушки и чертов Каланча. Это доставляет удовольствие, но развеиваю его.

— Лукас, чем ты их покрываешь?

— Джуди, ради всего святого, поджарь их. Ты убиваешь мой гений.

— И ни разу не самовлюбленно. — слушаюсь.

Через минуту не успеваю спрятать в песок уже второй растекшийся маршмэллоу, как меня кричат левее.

— Эй, Кемпбелл! Ты с нами?

Зовут играть в волейбол, но увольте. При чемпионе я бы еще сыграла, и было бы плевать на свои умения, но с ним — увольте!

Уверена, Мэта долго уговаривать не пришлось. Такие любят покрасоваться, те же интервью, шумная машина. Да черт. Взгляд.

— Пасс! — машу рукой.

— Да ладно тебе, спасай, училка. Ты нужна мне. Мы ради смеха.

Я нужна Оливеру, огромному темнокожему брокеру, ради числа в команду. А, ну и в качестве шута.

— Джуди! Джу-ди! Дужд! — кричат подруги, подхватывает Андре.

Показываю этому трио средний палец и захожу на поле. Через полчаса зайдет солнце, станет прохладно, но все равно встаю на мокрый песок.

Разумеется я в команде против Мэта. Мне плевать. Да, вот красавчик, который сейчас “всем покажет”, и я стою в переднем ряду правее Оливера.

— Моя девочка. — чмокает в воздух — Не кипятись, я любя.

Морщусь, качаю головой. Одно время мы вместе ходили на пробежку, живем неподалеку, так и познакомились. И еще парень профессиональный консультант парочки бизнесменов поблизости, вроде бы подкатывал к Бетс. Чикаго тесен.