Мария Киселёва – Игра в нападении (страница 29)

Надела первые попавшиеся джинсы, любимый синий пуловер и кожаную куртку, уже достаточно прохладно, чтобы ее застегивать.

И я обожаю разбалтывать все! Но сейчас молчу, потому что не могу лгать себе и Крохе. Нужно разобраться? Начну с головы. Только чистота, экологичные мысли и марципан.

Еду в торговый центр недалеко от университета Лойолы, где преподает папа. Здесь же поблизости музей Контемпорари искусства. Может, это станет неплохим местом для прогулки после магазина.

Обычно, найти парочку элитных кондитерских в торговый центрах просто, но в два часа дня вторника здесь куча персонала, устанавливающих каркас елки. Не успел пройти Хэллоуин, как мир капитализма готов к Рождеству. Каждый Новый год я провожу с семьей, а состав в Рождество меняется. Сначала это была шумная компания моего парня на полторы недели — Кайла. Затем Крис и Беттс. Этот? Только Крис? Бетс наверняка захочет с Андре, но не будет нас ставить в неудобное положение. Кстати о праздниках…мной было подсчитано приблизительное количество выпитого за время беременности и…я ужасная мать, которая тогда еще не знала о своем положении. Не больше трех бокалов, и все же ужасно на себя зла.

В магазине мармелада покупаю сотню кислых червячков на развес. Думаю между двумя шапками, в которых максимум буду добегать от парковки до корпуса факультета, беру третью.

Не люблю ходить по магазинам одна, но все на работе, у меня язык без костей, и я по-прежнему не нашла идеальный марципан.

— Джуди! Удивительно видеть здесь кого-то в рабочий день. Специально забегаю, чтобы не утонуть в толпе.

Миссис Эйнер в милой водолазке, дутой жилетке и искренним радостным взглядом. Она покрывается обнять, я — пожать руку, так что меня заключают в односторонние объятия.

— Добрый день, Мэрилин. По вторникам на кафедре выходной, так что развлекаюсь.

Замечаю марципан.

— Ты закончила? Может, заедем к нам? Буду делать вид, что развлекаю тебя разговором, а на самом деле наслаждаться тобой в доме.

Что за железная хватка…

— Мэрилин, это очень мило, но мы с Мэтом — вроде как — расстались.

— Маттиас заезжал в воскресенье. — без какого-либо пояснения — Между вами и тогда ничего не было! — улыбается — Тебе нужно переключиться, я вижу.

И это не суетливые уговоры. Мне серьезно хочется поехать к ней? В дом, купленный им.

Женщина следит за моим взглядом.

— У меня дома полно самодельного, начала готовить, когда ты меня пристыдила. До этого всегда покупала марципановую картошку, так что даже не смотри на этот.

Я пытаюсь не поднять глаза к потолку, сжимаю пакетик с мармеладом.

— Хорошо, мисс Эйнер, но я правда ненадолго. — вежливо улыбаюсь.

— Отлично, ты на машине?

Больше двадцати минут еду за Мэрилин в элитный жилой поселок. Ее дом все так же кажется, словно с картинки риелторской Sothys.

Осторожно прохожу в дом, сажусь на кресло в гостиной, словно за любым углом мог спрятаться Мэт. Но я знаю, что ночью он улетел на дружескую игру, и что бы ни произошло, но собираюсь смотреть ее в восемь вечера.

— Итак, что стряслось? А то этот мутант молчит.

Улыбаюсь. Мутант? Я не додумалась шутить таким образом над его ростом.

Почти обжигаю руки о кружку с зеленым чаем, но не отпускаю его.

— Никто ничего не…совершил. Просто оказалось, мы разного мнения друг о друге.

Оба думаем, что можем изменить другому. Или я одна?

Не жду ее комментария.

— Вы нас видели, мисс Эйнер. Как считаете, если бы мы были героями вашей книги, как бы все закончилось?

До какого момента мне вести…разбирательство, чтобы я могла идти дальше с моим новым напарником?

— Джуди, я не всегда заканчиваю хэппи эндом.

Пережевываю еще червячков, мне так и не принесли марципан. Смотрю в сторону, чтобы стена помогла не заплакать.

— Mu jumal! Вы никуда от него не уйдете, пока я на страже обоих. И тебе не стоит есть столько красителей, они вредят малышу.

Меня так пробивает на слезы, будто лавина за последние пару суток. Боже, мне стоило пойти к подругам, чтобы все это выплакать.

— Я не под-под-умала-а…

— Успокойся, милая. От упаковки мармелада ничего не будет.

Она садится на подлокотник кресла. Обнимает, растирает мои предплечья, как делают бабушка и мама, передавая тепло.

— Хочешь мульгикапсад? — эстонское блюдо с нашего ужина.

Вытираю щеку, хорошо, что я не красилась, все время допускала эту ошибку.

— Я не люблю свинину. — это правда, тогда ела ради приличия.

Мэрилин хохотнула.

— Вы ему не скажете? — смотрю на сидящую правее женщину — Я рано или поздно сама расскажу, и как вы…

— Это просто. Каждая опытная женщина с ребенком поймет. Волосы куда гуще, чем были, и дело не в укладке. Лихорадочный взгляд по полкам в поисках марципана. И ты такая нежная.

— Кстати, можно мне марципан?

— Около месяца?

— Да.

Бабушка. Вот о чем она, а я так перепугалась. Она говорила про пенсию, трастовый фонд. Профессор, практикующий юрист миссис Кэмпбелл готова положить это на внука, если я останусь одна. Мне нужно к ним с дедушкой.

И мне наконец дали действительно хороший марципан, хватило двух шариков. Затем без прошлого энтузиазма и на кухне ели эклеры.

Это забавно, что я могу выпить стакан воды, и это будет в сотни раз больше моего ребенка. Теперь Кроха-марципан или эклерчик. Улыбаюсь от этой мысли, чтобы тут же замереть. Это страх? Ужас?

— Черт.

Это не проезжающая мимо машина, а он. Всегда знаю, что это Мэт. И прятаться бессмысленно, машина у въезда. Стоп. Я серьезно думала спрятаться?

— Миссис Эйнер, мне действительно пора.

Я беру с крючка куртку, думая выйти, разойтись по дуге на улице, но не успеваю.

Мы оба замираем в коридоре. Что же, время…разобраться? Это должно было произойти. Надо составить гештальты по пунктам и приоритете. Как я об этом не догадалась?

Итак, разбор. Что между нами? Разрыв, громкая ссора? Ничего подобного. Это было подтверждение недоверия, отсутствия какой-либо безопасности. А мне это ни хрена не нужно.

— Тебя не было дома. — сглатываю и от его мягкого взгляда и чуть хриплого голоса — И в Чикагском, и у Бетс…

— Понимаю, это удивительно, но человек не может быть в двух местах одновременно.

Пытаюсь обойти, но он делает шаг в ту же сторону, не пропуская. Мне остается только глубоко вздохнуть и поднять голову, а еще проклинать каждую минуту, в которую согласилась приехать сюда.

— А ты должен быть на игре.

Даже не вздрагиваю, когда Мэт большим пальцем стирает заварной крем с уголка моих губ. Медленно переводит взгляд с них на глаза.

— Я поступил отвратительно. Пожалуйста, поговори со мной.

Решаю, что нечего продолжать держать куртку в руках. Отступаю, надеваю ее, что парень воспринимает за осознанное бегство.

— Я не знаю, как все исправить. Умоляю, Тыковка, я больше никогда не скажу подобное и не отвечу на слова под чертовыми эмоциями.

Это отлично, что я все выплакала на Мэрилин, потому что сейчас держусь…не так жалко, как думала. Но больно. Сильно.

— Мне давно говорили, что мы не подходим друг другу, Мэт. И мне стоило прислушаться. — тихо всхлипываю — Особенно к тому, что я не смогу быть с человеком, в котором засомневалась. Давай…ты дашь мне еще время. — смотрю на дверь — Нам все равно придется поговорить.