Мария Киселева – Бывшая принцесса - Мария Киселева (страница 9)

Анна говорит не так жестко, как ей хотелось.

— Ты не устала от Острова?

— Здесь есть всё, мне нечего делать за его пределами.

Она кусает пухлые ненакрашенные губы. Не собираюсь продолжать этот раунд, как минимум потому что девушка не способна принять самостоятельного решения. Это не то чтобы ее вина.

— Залив свободен. — раздается за спиной.

Десять минут назад Глава рвал и метал насчет предателя, а теперь приходит с предложением прокатиться. Я несколько раз говорила, что хочу научиться водить катер, чтобы в нужный момент сбежать. Николаю было некогда, но видимо, сегодня у него полярное настроение.

— Я переоденусь.

Несмотря на жару я ношу закрытые вещи, пока не пройдут синяки от похищений, некоторые замазываю маскировочным средством, которым пользуются артисты — самое плотное. Так что меня спасает простой льняной костюм. Мы встречаемся на причале. Уже знаю, к какому из катеров идти, Николай подает сильную руку, которую я не принимаю, практически привычно забираюсь на борт.

Сажусь в кресло водителя, а не на соседнее. Я уже знаю расположение переключателей и зажигания на панели, так что мне нужна практика и страховщик. Не то чтобы я предпочла Николая, стоящего за спиной. Но именно с ощущением его груди позади, рук на спинке кресла и строгих комментариев я провожу больше часа, кружу у берегов Острова.

— Отлично, — удивляюсь комплименту, но ненадолго — доберешься до берега быстрее каноэ.

Закатываю глаза.

— Как насчет чего-нибудь побыстрее? — уже на причале складываю руки под грудью.

— Тебе это не нужно.

Николай смотрит на свои любимые часы. Мужу нужно на…работу. Удивлена, что он не был на связи с Братвой все это время.

— Гидроцикл. Больше пары километров.

Смотрю чуть западнее причала Атлантик-Сити.

— До контейнеров.

Николай подает знак и нам приносят жилеты.

— Что там?

— Ржавые коробки с партией военных очков ночного видения, бронежилеты и детали АК.

Иногда я забываю, что Громов занимается не только перевозками и камнями.

Николай бросает мне ключи, когда подходим к гидроциклам. Разумеется…я их не ловлю, поднимаю с деревяшек причала.

Теперь принимаю помощь и замечаю взгляд мужа на свою задницу, когда седлаю транспорт. Показательно быстро надеваю жилет, он большой, так что закрывает мой корпус и ниже. Солгу, если скажу, что не наслаждалась этими секундами. Я провожу с Николаем каждую ночь и почти каждое утро и знаю, что мужчина хочет меня.

Эти мысли прерывает работа мотора гидроцикла. Вспоминаю, как устраивали гонки в выпускном курсе Академии от яхты Ричарда. Как после проводили время там вместе, с приятелями и даже бизнес-партнерами. Крепко сжимаю ручки.

Мы едем до неприметных охраняемых контейнеров, мне нужно запомнить ориентиры, чтобы передать информацию Марте. У нее уже достаточно пометок. Она должна сказать, когда получит достаточно, чтобы суметь ослабить Братву и дать Коза Ностре шанс на рывок. Но главное — нужна информация о пути на Остров, и пока я добираюсь до города не самостоятельно, мне не видать навигационных схем и разрешений на швартование. Скоро, может, неделю или две, и я буду дома. В заботе и безопасности.

— Эй, уважаемая чета Громовых, мы будем заниматься делами или как? — раздается вдалеке голос Павла.

Блондин приложил ладони рупором.

— Какой идеальный момент. — смотрю на усмехающегося Николая.

Он кажется большим даже на транспорте-монстре.

— Один выстрел в бензобак и…

— Мое счастье, что я учу тебя стрелять и водить, не знает предела, Львенок. — ядовито улыбается.

— Ты ужасный учитель. — без предупреждения газую.

ГЛАВА 6

КВИН

Я уже несколько дней занимаюсь финансами Братвы в кабинете мужа. Мне потребовалось больше суток, чтобы вникнуть в половину процессов. Два дня подряд я отключалась в кабинете Николая, а просыпалась в нашей постели.

У меня не было сил и времени заниматься чем-то помимо поисков утечки средств и наблюдений за ближайшим кругом Николая. Некоторые из них (Павел) слишком часто пытаются вывести из себя комментариями о нашем с мужем сходстве. Сергей же наоборот слишком молчалив, словно сидит разозленный на весь мир, но полоска шрама у глаза разглаживается, а губы разжимаются, когда он видит Анну. Это настолько же сказочно, насколько и глупо для взрослых людей обмениваться одними взглядами, ощущая взаимность. За эти дни мне так и не удалось вывезти золовку в город, я прекратила попытки, но что-то в Анне меня тревожит.

В этот вечер я закончила проверку таблиц отдела и решила отдохнуть. На телефоне были десятки сообщений от подруг, но неожиданно ни одного от Ричарда. Первой же ссылкой от Таиши были фото с моего аккаунта. Но я ничего не выкладывала…Пост с кадрами со свадьбы, и недавний, где Николай окатил меня водой после победы, а когда я захотела взять реванш, пересел ко мне, начав раскачивать гидроцикл. Мне было так весело, я чувствовала тепло при его улыбке, но воспроизводя это в памяти, содрогаюсь. Конечно, Ричард увидел мой взломанный аккаунт и решил, что я не нуждаюсь в нем.

Почти все хотят комфорта, остатки — вызова. Всю свою жизнь я балансировала между ними. Но сейчас у меня один вариант и задача — вернуться к жениху. То есть настоящему жениху, которого тоже выбирала не я, но…неважно.

Я забираюсь с ногами на диван, лениво ем ягоды. Не планировала ужинать.

Николай возвращаться к десяти, так что уже смыла макияж и переоделась. Муж оглядел мои ноги и открытые запястья с пропадающими следами похищения.

— Почему Анна не выезжает за пределы Острова?

Николай сидит за стеклянным столом у арочным окон. Обычно он и два стула располагаются на балконе через гостиную, но я попросила перенести его, чтобы в уединении заниматься изучением языка.

За десять минут Николай едва притронулся к углеводному ужину, его что-то беспокоит.

— Наши родители погибли над Поинт Бар. — залив, разделяющий Остров и Атлантик-Сити — Останки и вертолет вытащили из воды, но Анна думает, что я каждый день езжу по их могиле.

— Почему ты ее не переубеждаешь?

Николай окончательно вышел из своих раздумий, передал все внимание мне.

— Лгать, что за пределами дома настолько же безопасно?

— Она живет в дне сурка! — меня возмущает его наивность — Ты прекрасно знаешь, что можешь вытащить ее отсюда, к тому же всегда есть человек, с которым ей ничего не угрожает. — он игнорирует мой намек на Сергея.

— Я не собираюсь делать сестру частью сделки и устраивать брак. — мне почти нравятся разговоры с ним, жесткий тон — Рабах хотел ее в жены. Были разговоры и с Главами Братвы Лас-Вегаса и Лос Анджелеса.

— И почему Анна все еще в этом доме, — с первым мужчиной все понятно — если в Братве с женщинами хорошо обращаются?

— Они ей не понравились. — пробормотал и до скрежета тарелки разрезал холодный стейк.

— Или тебе? — наклоняю голову в бок — Слишком далеко от дома?

— Эта тема закрыта.

Тон не подразумевает пререканий, но, как сказал муж, я не могу с ним спорить только на людях.

— Господи, почему ты так эгоистичен? — Николай окинул меня привычным сожги-взглядом — Ты хочешь испортить ей жизнь?

— Какое тебе нахрен дело, Квин? — отодвигает ужин.

— Я может и сука, но хочу, чтобы хотя бы один из Громовых был счастлив!

— И каким, блять, — дышит, раздувая ноздри — ты видишь счастье Анны?

— В свободе от твоего мнения и этого места.

— Не приравнивай всех к себе.

— С тобой под одной крышей и отсутствием имени у нее никогда не будет личной жизни. Единицы зовут ее Анной, в основном “сестра Главы” или “мисс Громов”. Ей двадцать четыре!

— Будь твоя воля, ты бы за это время сменила четырех мужей, я прекрасно все понимаю.

— Мне откровенно плевать, но в конце концов дай им шанс. На это тошно смотреть.

Николай понимает, о ком я.

— Она не будет с гребанным монстром.