Мария Карташева – Тыкулкас (страница 7)

В ответ из глубины дома послышался глухой возглас, детина подвинулся, и Малинин протиснулся в узкий проход. Егор в полутьме знакомого ему жилища глянул в сторону дымящегося на железе печки чайника, втянул крепкий аромат кофе, бегло оглядел невысокого, довольно современно одетого мужчину, споткнулся о его не по годам морщинистое и сильно обветренное лицо, и проговорил:

— Я Малинин. Что вы хотели?

— Здравствуйте, — медленно проговорил человек и указал рукой в сторону печи. — Кофе хотите? Пью его редко, у себя не могу, но этот вкус — моя слабость.

— Некогда мне кофе пить, — отрывисто сказал Егор. — Я вас слушаю.

— Присядьте, пожалуйста, — жестом пожилой мужчина пригласил Егора присесть рядом с собой. — Спасибо, что приехали, мне в посёлок заезжать нельзя.

Малинин сделал пару шагов, нарочито шумно подвинул стул и сел с выжидательным видом, давая понять, что ему с огромным трудом удалось выкроить время для этого визита.

— Айнана она глупая, она хочет идти по моим стопам, но не она продолжатель традиции, — цыкнул языком шаман. — Этот ребёнок ещё не родился, — покачал головой пожилой эвенк, — но Айнана подарила себя Тыкулкасу.

— Чего? Какой ребёнок? — покривился Малинин.

— Тыкулкас, в переводе с нашего языка, это злой. Наш посёлок это, — мужчина задумался, — как спокойная колыбель для сна, оно здесь живёт, спит, хранит свои силы. А мы стараемся сделать всё, чтобы оно проспало как можно дольше.

— Оно это кто? — шумно выдохнул Егор.

— Тыкулкас. Зло. Сила, — отдельными словами постарался объяснить шаман.

— Я наверное туповат, — покачал головой Егор, — чтобы понимать все эти ваши верования. Да и не хочу. Зачем вы меня позвали? Странно, вы говорите совершенно без акцента, — неожиданно для себя сказал Егор.

— У меня докторская степень по филологии, я окончил МГУ, но это к делу не относится, — он помотал головой. — Сейчас нужно найти Айнану, пока она других дел не натворила.

— В смысле других? — Малинина, параллельно блуждавшего в своих мыслях, зацепила последняя фраза, и он вернулся к разговору.

— Она Тыкулкасу подарки делает. Айнана хотела стать женой Тыкулкаса, а он женится, если невеста приведёт к нему четырнадцать дев, а пятнадцатой станет сама.

— Где-то я это уже слышал, — поджав губы, сказал Егор, и вдруг в голове ясно расцвёл смысл того, что ему хотел сказать этот человек. — То есть то, что мы нашли на берегу реки, это был первый подарок товарищу Тыкулкасу? И это сделала Айнана?

— Да, — покивал шаман. — Но раз девушка осталась жива, значит, он не принял её дар.

— Ага, то есть вы сейчас говорите о том, что ваша дочь похитила человека и пыталась его убить. Так? — уставившись на мужчину, переспросил Малинин.

— Именно так.

— Хорошо, а вы мне можете технически это объяснить? — резанул голосом Малинин. — Тем более, что в палатке с Айнаной спал её муж.

— Женщине несложно утомить мужчину, — уклончиво объяснил шаман.

— Допустим, — неприязненным тоном сказал Малинин, — Юргинай спал, как сурок… — он осёкся, чтобы не добавить «после случки». — Но я что-то не совсем понимаю, как она уговорила девушку прийти, чтобы та жертвой стала? К тому же и избушка вот эта вот, совсем недалеко, и Кадарий мог заметить их. Я уже не говорю про то, что ночью здесь хватает всяческой живности. Как она могла её сюда притащить?

— Я не знаю. Она просто верит, что Тыкулкас примет её подарки, — шаман провёл рукой по щербатой поверхности стола. — Но он не женится на моей дочери, он ждёт свою невесту, но она не из этих краёв.

— Давайте мы будущую семейную жизнь товарища Тыкулкаса обсудим позже, — подняв на шамана тяжёлый взгляд, сказал Малинин. — Вы сейчас можете мне сказать, где находится ваша дочь? И почему вы сразу не связались со мной, чтобы донести столь ценную информацию.

Шаман помолчал, покосился в узкий проём окна, через которое было видно, как ветер хлещет пространство мокрым кнутом дождя, стряхивая с деревьев листву, где запечатлелись последние лучи засыпающего солнца. Он повернулся к Егору и негромко проговорил:

— Я узнал только сегодня утром. Там, где я живу, нет связи, за мной приехал мой старший сын, и мы сразу поехали в обратную дорогу. До моего дома день пути. На вертолёте я не летаю, мы ехали на машине.

— Насколько вы уверены, что это сделала ваша дочь? — Малинин встал, по-хозяйски взял с притулившегося к стене стеллажа чашку и налил туда всё ещё горячий кофе.

— Первый подарок для Тыкулкаса должен выглядеть именно так.

— Это как, так?

— Лодка — это судно, которое связывает мир профанный с миром сакральным, — медленно проговорил шаман. — Крест — это символ времени, стихий и сторон света. Если вы проверите, или можете поверить мне на слово, — пожал плечами шаман, — ветви на её голове — ива. А ива — символ бессмертия.

— А почему именно так всё должно быть? — Малинин с содроганием вспомнил, как снимал с головы девушки колючую проволоку.

— Об этом мало кто знает, точнее, никто, кроме шамана, а дочь ко мне приезжала прошлым летом, проситься, чтобы я научил её всему, — шаман покивал.

— Вы меня извините, но я просто утомился уже немного ловить эти бессвязные крохи информации. Вы если специально делаете такой загадочный вид, то зря. Мне по жизни не нравятся запутанные люди и ситуации.

— Это обряд, доставшийся нам от предков, — со вздохом сказал шаман. — Обряд для пробуждения Тыкулкаса. Есть специальное время, когда его можно разбудить, но для этого обязательно принести жертвы. И я боюсь, что Айнана могла украсть мои записи, я ими практически не пользуюсь, я всё держу в голове, поэтому пропажи не заметил.

— Н-да, ситуация, — неопределённо протянул Малинин и покосился на оживший телефон. — Извините. Да. — отозвался он на звонок Антона Павловича.

— Алё, это я, Антон Павлович, участковый.

— Антон Павлович, поверьте, у меня ваш номер записан, и я давно знаю, что вы участковый, так что каждый раз представляться не нужно, — раздражённо сказал Егор.

— Агась. Тут такое дело: с больницы, значит, поступила информация, там в старой части, где закрытая, нашли тело девушки.

— Какой девушки? — у Малинина даже сел голос, и он почувствовал, что под его ногами разевает чёрную пасть бездна отчаяния.

— Говорят, вы её фотографию в регистратуре показывали.

— Я понял, еду, — ему внутренне стало даже неловко от того облегчения, которое он испытал, от услышанного. — Ехать мне нужно, — вставая, он посмотрел на собеседника.

— Что тебе нужно, чтобы искать мою дочь? — серьёзно спросил шаман.

— Запасной комплект нервов. Ехать мне нужно, срочно. Если что-то понадобится, я сообщу.

— Я надолго свой дом не покидаю, — спокойно сказал мужчина, — но до утра останусь. Скажешь, что нужно, — увидев лицо Малинина, шаман поднял руку и быстро проговорил: — Не нужно эмоций, я вообще не могу с тобой встречаться, но мне нужно найти дочь. Фактически я должен был с тобой через сыновей говорить, но ни один из них не сможет донести то, что нужно.

— Хорошо, я понял, — Малинин встал и пошёл на выход, но остановился. — А периодичность у этих подарков есть? Или она их как-то оптом должна подарить?

— Первый — Тыкулкас не принял, а значит, она должна пройти очищение и попробовать ещё раз.

— Это как?

— Долго. Неделю где-то. Сначала пост должна пройти три дня, ей нельзя двигаться, есть, пить… Ничего нельзя.

— Так, я понял, — кивнул Малинин. — Если появятся мысли, где она может территориально поститься, буду рад услышать ценную информацию.

— Я подумаю, — кивнул мужчина.

Малинин резко встал, вышел из дома и, добежав до машины, рванул с места, взрыв ломкую от холода почву колёсами машины. Он нёсся по направлению к больнице, постоянно набирал номер Софьи, которая никак не брала трубку, и думал только о том, что он хочет собрать вещи, забрать Соню и уехать куда-нибудь, где они будут только вдвоём и не будет никаких ямов, Тыкулкасов и прочей мракобесии.

Софья же, ожидавшая Малинина, где и договаривались, увидела, что в кафе вошёл доктор, приглашающей её на свидание, и ей стало несколько не по себе. Конечно, и речи быть не могло о каких-то отношениях, но, видимо, чашку кофе с этим человеком выпить придётся.

— Привет, — заметив Софью, мужчина поспешил к ней.

— Добрый день.

— Пообедать зашли?

— Нет, друга жду, — улыбнулась Софья.

— Ревнивого следователя? — заметил Сергей.

— Он не ревнивый, — с некоторым облегчением сказала Соня, поняв, что ничего объяснять не придётся, — просто мы давно не виделись.

— Но теперь-то всё в порядке?

— Да-да, — несколько смешавшись, отозвалась Соня. — Лучше расскажите, как вы здесь оказались? Вы обещали отгадку на загадку.

— Здесь никакой загадки нет. Я поехал по программе, которая материальными благами зазывает молодых и небогатых специалистов по разным городам и весям нашей обширной родины, — развёл руками Сергей. — Сначала было очень тяжело, потому что у меня дома, так сказать, потеплее.

— А вы откуда? — с улыбкой спросила Софья.

— Калининградская область. Учился в Москве, там практику проходил, но устал постоянно подрабатывать, чтобы хотя бы приличное жильё снимать. Домой было ехать не вариант.

— Почему?

— Я же говорю, математика простая, чисто финансовая. Да и мест здесь побольше, в тёплых краях не протолкнуться, а у меня связей нет.