Мария Карташева – Смерть в отпечатках (страница 3)

— Так, болезный, сиди и не возражай. Тебе доктор что сказал? — откашливаясь спросил Погорелов. — Побольше бывать на воздухе. Вот сиди и наслаждайся.

— А Кирилл-то где?

— Сейчас пивка захватит и приедет. О! Получилось!

Еле тлеющее пламя, наконец быстро забралось по сухим веткам в самую середину древесной пирамиды, и костёр весело заплясал под мелодичные аккорды слабого потрескивания.

— Мы ж на сухую решили, какое пиво? — удивился Латунин.

— Рома, кто ж такими природными красотами любуется на сухую? — Погорелов обвёл руками огромную заводь, колышущийся осенний лес и крохотную полянку, где они расположились на пикник. — Это ж не романтично, в конце концов.

— Ну тогда как-то нехорошо. Надо было Визгликова позвать.

— А, ну да, где водка там Визгликов, — прыснул со смеха Погорелов, — ты ему ещё ляпни, он тебе больняк продлит.

— Да не, я к тому, что он потом весь мозг выест, что бухать без него поехали.

— Ладно, не нуди, я его приглашал, но он дежурный сегодня. — отмахнулся Погорелов. — Сейчас мангал запалю, а ты пока шашлыки нанизывай. Как там Надя твоя?

— Отвали. — моментально оборвал интерес приятеля Латунин.

— Странно, а мне казалось, всё хоккей.

— В хоккей у тебя сорванцы под окнами играют, — буркнул Рома, — правда, Серёга, отвали, не расположен я что-то. — Латунин открыл контейнер с ароматно пахнувшим маринадом, подхватил шампур и, надев первый кусок мяса, вздохнул. — В больнице был, она чуть не каждый день ездила, как вышел, снова отстранилась. Не пойму её.

— А ты выведи на разговор.

— Серёга, вот ты такой смелый, я прямо удивляюсь. А, ну да, — зло всплеснул руками Латунин, — у тебя же богатый жизненный опыт в разрезе общения со слабым полом. Напомни, когда ты на свидание-то ходил последний раз? А, точно. Никогда!

— Ладно, не шуми. — миролюбиво отмахнулся Сергей. — Что там, кстати, по Кононову?

— Ничего. Там Визгликов с дэпээсниками весь лес исползали, девушка как сквозь землю провалилась. Неделя уже прошла.

— Слушай, а Кононов это тот, кто нашёл тогда газель с холодильником? — передавая готовые шампуры Погорелову, спросил Латунин.

— Ага. Там следак районный совсем юный приехал. А Кононов — калач тёртый, сразу понял, что сейчас всё загубят, и Визгликову позвонил.

Со стороны дороги послышался шум автомобиля, на полянку выкатился новенький внедорожник Кирилла, из-за руля выпорхнула красивая девица, с заднего сиденья ещё парочка таких же красоток, а с пассажирского места медленно и вальяжно вышел Кирилл.

— Здорово, отдыхающие. — захлопывая двери, проговорил он. — Принимайте пополнение.

— Это наш Кирилл? — переглянулись оперативники.

— Ну судя по оболочке, вроде да, только я не очень помню, когда он успел таким мачо стать, — расплываясь в улыбке, сказал Погорелов.

Выгнав за дверь чересчур суетливых и словоохотливых бабулек, Визгликов ещё раз осмотрел квартиру, но пока что ровным счётом ничего не нашёл.

— Здравствуйте. — с порога послышался приятный женский голос. — Криминалиста вызывали?

Выйдя из комнаты, Стас увидел высокую, темноволосую женщину, скромно одетую в джинсовый, нынче не очень модный, костюм и держащую перед собой чемодан с инструментами.

— Да. — вздохнул он. — Станислав Михайлович, можно просто Стас, так быстрее.

— Юлия Дмитриевна, можно просто Юлия Дмитриевна. Покажите фронт работ.

— Вот эту картинку мне на пальчики обработайте, пожалуйста. — Стас указал на фотографию. — И ещё обстановку нужно посмотреть на наличие следов крови. Хотя я очень сомневаюсь.

Женщина, вынув из кармана клеёнку, аккуратно поставила на неё чемодан, ловко натянула перчатки и, сняв раму со стены, рассмотрела её со всех сторон.

— Вы это видели? — спросила она, поворачивая рамку тыльной стороной.

Визгликов нахмурился, внимательно рассмотрел жирный отпечаток пальца и, шевеля губами, прочёл адрес.

— Нет, не видел. Не трогал ничего до вас. Так, давайте вы здесь осматривайтесь, а я по этому адресу метнусь, это недалеко.

— Но мы нарушаем процедуру…

— Юлия Дмитриевна, давайте вы будете выполнять указания следователя по особо важным делам без лишних слов. — оборвал её Стас и помолчав добавил. — Пожалуйста.

Во дворе, встретившись с запыхавшимся Астаховым, Визгликов махнул ему рукой и поманил за собой.

— Пошли дворами. Нам до проспекта, а там по прямой, так быстрее.

— А мы куда? — спросил Тёма.

— Надо кое-что проверить. — пространно ответил Стас, потому что и сам пока не очень понимал куда.

Добравшись до адреса, Стас походил вокруг жилого дома, потом его взгляд остановился на затянутых тканью витринных окнах с вывеской «АРЕНДА». Он подошёл к прорехе немного раздвинутых штор и, прислонившись к стеклу, посмотрел внутрь.

— Тёма, глянь туда, — оторвавшись от окна, сказал Стас.

— А что там? — быстро подойдя к витрине, проговорил Тёма.

— Вот ты мне и скажи. — раздражённо проговорил Стас.

— Палец, что ли, лежит на прилавке? — недоумённо протянул Астахов.

— Ну, значит, я не ошибся. — Визгликов быстро набрал номер и гаркнул Погорелову. — По коням, пьянь! Сейчас адрес пришлю, чтобы все были. — Стас снова набрал номер и произнёс. — Алё, Польская. — глухим голосом проговорил Визгликов. — Я тебя просто ненавижу.

— Я к вам так же трепетно отношусь. Что случилось?

— Польская. Ну почему там, где ты, там обязательно какие-то долбанные загадки. В этот раз у нас записка и отрезанный палец. Срочно возвращайся, у нас новое дело.

Ветер раздражающе стучал сухой веткой в окно кабинета, и Нинель Павловна всё время отвлекалась на этот монотонный звук, потом снова пыталась втянуться в чтение отчётов. Но мысли опять разбегались в разные стороны, и заведующая моргом, в конце концов, не выдержала, бросила ручку на стол и откинулась на хрустнувшую спинку кресла.

— Нет, они дождутся, что я шею себе сверну, когда эта рухлядь сломается. — погрозила она неизвестно кому кулаком.

— Можно? — в приоткрытую дверь просунулась голова Лисициной.

— А тебе что дома не сидится в выходные? Ладно у меня квартальные отчёты не оформлены.

Анна Михайловна вынула из-за спины руку и поставила на стол тортик.

— Поболтаем?

Сидящая перед ней женщина состроила кислую мину, похлопала себя по бокам и проворчала:

— Ну что, жировые складки, ждите прибавление. — Нинель вздохнула и добавила. — Аня, что встала-то, заходи, ставь чайник.

Лисицына подставила чайник под струю воды, набрала воду и, включив кнопку, тяжело опустилась на стул напротив Нинель Павловны.

— Я сплю с Визгликовым. — неожиданно для себя тихо проговорила она.

В какой-то момент Лисицына и Нинель Павловна вдруг поняли, что несмотря на разницу в возрасте они близки по духу, и это стало отправной точкой для ненавязчивой дружбы, где каждая могла открыть самый сокровенный секрет и не бояться, что это когда-то всплывёт.

— С ним теплее, что ли, спать? — не меняя выражение лица, отозвалась Нинель. — Или вы всё-таки какими-то взрослыми вещами занимаетесь?

Лисицына рассмеялась, выдохнула и почувствовала, что сковывающая её тайна теперь не такая тяжёлая.

— Да как-то всё глупо и сумбурно получилось. Выпили, поговорили и проснулись вместе.

— Один раз не считается. — отмахнулась Нинель.

— Так мы уже не один раз разговаривали. — Анна развела руками, встала и, покрутив головой, спросила. — А заварка у тебя где?

— В коньячной бутылке. — выдвигая ящик стола, вздохнула Нинель. — Вон в шкафчике возьми в упаковках баночки для анализов, вместо рюмок будут. Опять черти всю посуду растащили. — посетовала женщина. — Такие разговоры под чай как-то неприлично вести.

— Я честно не знаю, что делать. — опрокинув пряную жидкость в рот, развела руками Лисицына.