Мария Карташева – Сломанный лёд — 4 (страница 6)

– Превосходно. – пробормотала Юля.

Конечно, она могла вернуться в гостиницу, прожить там около месяца, на это наличных средств точно бы хватило, и решить, что делать дальше, но сейчас она хотела только одного – чтобы рядом было как можно меньше незнакомых людей и не нужно было думать. Втащив по скрипящим ступеням багаж, Юля смахнула со стоявшего стула пыль, тяжело опустилась на него и долго неотрывно смотрела в окно. Калейдоскоп событий, произошедших с ней за последнее время, был настолько живописен, что кто-то наверное бы позавидовал такой бурной погоде в житейском море.

– Милочка, а что вы сидите как на именинах?

Юля испуганно вздрогнула, когда в мерный строй мыслей врезался высокий голос Ольги Петровны.

– Я что-то задумалась. Простите, – девушка покачала головой, – навалилось, знаете ли, в последнее время.

– Все душевно-бытовые проблемы прекрасно лечит генеральная уборка. Так что быстро переодевайтесь и будем наводить в вашем новом царстве красоту, я собрала по дому всё что нужно. – весело сказала Ольга Петровна. – Я вернусь через несколько минут и начнём.

Уже ближе к вечеру Юле казалось, что Ольга стала ей чуть ли не родным человеком. Они вдвоём довольно быстро привели в порядок крохотное жилище, с помощью степлера и одеял утеплили одну из стен, где сквозь рассохшиеся планки проникал сквозняк, повесили весёленькие занавески, прикрыв тем самым облупившуюся краску на рамах, и последним штрихом стал уютный настольный торшер, скрывший в тени всё неприглядное и высветив нарядное покрывало на кровати и кусок мягкого пледа, что постелили вместо ковра.

– Ну что же, – резюмировала Ольга, – жить можно.

– Ольга Петровна, вы просто волшебница. – Юля опустилась на кровать и пожала плечами, – здесь и правда стало так хорошо.

– Чуть позже можно небольшой косметический ремонт сделать и будет прекрасно.

– А вы родственница Кати? – подтаскивая к себе чемодан, проговорила девушка.

– Нет. У меня своя несколько сложная история и теперь так получилось, что живу здесь. Но изначально да, я с Катей приехала, так сказать, в нагрузку. – расхохоталась пожилая дама. – Тю-ю-ю, сколько времени, – ужаснулась она, – скоро дети вернутся, а у нас ни крошки готовой еды. Юля, скоренько разбирайте чемоданы и айда мне помогать. Готовить умеете? – с прищуром покосилась на неё Ольга.

– Конечно. – девушка почувствовала, как внутри неё разливается уютное домашнее тепло и что впервые за долгое время ей становится спокойно.

Оставалось только выровнять отношения с Ксенией и можно будет прикорнуть в этой тихой бухте возле домашнего очага.

Когда Юля спустилась, она увидела, что дети с Катей уже вернулись. Зоя с Колей носились кругами под окрики Ольги, хватали с тарелок разложенные бутерброды, Екатерина вынимала из коляски Кирюшку, а только что вошедшая Ксения выкладывала продукты на стол.

– Коля, ну хватит носиться. – раздосадовано сказала Катя. – Лучше притащите манеж для Кирыча, а то пол ещё не мыли, он весь изгваздается. Да и холодно.

– Давайте я принесу. – вырвалось вдруг у Юли, дошедшей до середины лестницы.

– Он в комнате Ксюши. – помешивая жаркое, кипящее в большой сковороде, сказала Ольга.

– Не нужно. Я сама.

Ксения отложила сумку в сторону и, кинув пальто на вешалку, стал быстро подниматься. Поравнявшись с Юлей, она на секунду задержалась, но потом, словно передумав что-либо говорить, пошла дальше.

– Прости меня. – вдруг громко сказала Юля.

– За что? – Ксения остановилась и через плечо посмотрела на девушку.

– За предательство. Я просто бросила вас.

Юле не хотелось сейчас как-то оправдываться тем, что у неё тоже всё было нелегко: то что ей рассказала Ольга Петровна, пока они наводили порядок в мансарде, легло тяжёлым камнем поверх всех проблем Юли. По сравнению с тем что пережила Ксения, собственные тревоги казались пустым звуком.

– Хорошо что ты это понимаешь. – после некоторого молчания уронила Ксения. – Пошли, поможешь мне донести манеж.

Ужин прошёл весело под весёлый стрёкот детского смеха, в сопровождении откупоренной бутылки красного вина и бесконечно весёлые жизненные истории от Ольги. И Юле показалось, что наконец-то она в безопасности, девушка встала из-за стола, подошла к окну, прислонилась лбом к холодному стеклу и, вглядываясь во тьму, закрывающую пространство, вздохнула, здесь можно будет спокойно отсидеться и понять, что делать дальше.

А за забором, как раз на пригорке, откуда был виден дом, стояла машина. Внутри неё сидел человек, который уже долгое время вглядывался в новое жилище Юли, он методично обыскивал взглядом все подходы, уже рассмотрел замок на калитке, отметил, что нет собак и камер видеонаблюдения, и вскоре, собрав достаточно информации, включил зажигание и уехал.

***

Вечер, наполненный примирительными разговорами, лёгким хмелем и сытным ужином, совсем разморил Катю, и она, попросив Ольгу уложить детей, пошла спать. Завтра предстоял тяжёлый день: сдача отчётности в налоговую. И в этот день нужно было встать с ясной головой. Катя зашла в свою крохотную комнатку, раньше служившую кабинетом отца Ксении, улыбнулась, увидев на кровати хрусткое, свежее бельё, заботливо оставленное Ольгой Петровной и, выключив свет, подошла к окну. После всего что с ней приключилось, Кате было невероятно уютно в этом доме, здесь, казалось, можно укрыться ото всех невзгод, не переживать за детей и просто жить. Сейчас был как раз тот благостный момент, когда вроде всё вокруг пришло в гармоничный покой и наполнилось безмятежностью.

Вздохнув, Катя уже хотела задёрнуть штору на окне, как вдруг густую ночную темноту прострелили две яркие вспышки, на секунду замерли на месте и стали уползать подальше от их дома. Женщина задержалась, пытаясь рассмотреть, кто в такую пору может ездить по обычно безлюдному посёлку, но потом успокоилась, когда автомобиль развернулся, и красные сигналы фар пропали из вида, скрывшись в густой лесополосе, по которой пролегала подъездная грунтовка.

– Заблудился, наверное. – пробормотала женщина. – Надо куда-нибудь написать, чтобы хоть какие-то фонари поставили. – сонно проворчала она.

Дремота лёгким крылом коснулась усталых век, Катя провалилась в приятое марево сна, меняющего радостные картинки, где она смеялась и была любима, хотя наяву Екатерина не давала даже шанса мыслям о личной жизни. После последнего странного виража судьбы, подбросившего ей очередной ребус, который женщина не смогла разгадать, она решила, что амурных дел с неё хватит. Слишком тяжело было разочаровываться и потом собирать по кусочкам разобранное сердце. Приятные видения подёрнулись дымкой печали, Катя заворочалась, нехотя открыла глаза и увидела, что поставленный на беззвучный режим телефон истошно сигналит экраном.

– Алё, – выдохнула Катя, садясь на кровати. – Доброй ночи, Пётр Андреевич. Что случилось?

Кате крупно повезло: ровно через две недели, как они переехали к Ксении, она случайно наткнулась на объявление, где требовался главный бухгалтер, график работы был довольно удобный и зарплата приличная. Екатерину взяли сразу после первого собеседования, особо не придирались, начальство всегда шло навстречу, если нужно было уехать домой, а на Новый год даже обещали оплатить детям путёвки в лагерь.

– Екатерина, вы с ума сошли. – строгим тоном проговорил начальник. – Вы забыли целую кипу документов подписать. Завтра секретарша с утра должна в отчётные органы везти всё на проверку, а у нас нет подписи главного бухгалтера.

– Как же так, – Катин мозг напряжённо метался, пытаясь понять, какую часть она прохлопала, – давайте я сейчас приеду.

– Пока вы из своей глухомани добираетесь, уже утро будет, а мне тоже домой нужно. – проворчал Пётр. – Ладно, Катя, дайте мне доступ к вашей электронной подписи, я всё сам сделаю. – мужчина вздохнул. – Катя, вы очень ценный сотрудник, но, пожалуйста, на будущее повнимательнее. Я и так засиделся с оформлением нового проекта, а у меня тоже, между прочим, ребёнок. Полночи вчера кашлял, да и сейчас няня звонила, что температура поднялась у него. Так что давайте быстрее, я всё сделаю и побегу.

– Простите меня, Пётр Андреевич. Сейчас всё пришлю.

Быстро скинув пароли доступа, Катя расстроенно вздохнула, повозила ногами по холодному полу и, найдя тапки, поплелась по тёмным коридорам на кухню. Остановившись наверху лестницы, женщина вдруг до боли в пальцах вцепилась в перила и стала напряжённо вглядываться в мечущиеся на светлом кафельном полу кухни тени. Ей показалось, что она отчётливо видит среди обычного рисунка ветвей, фигуру человека. Катя сделала несколько шагов вниз, откуда бы незваный гость её точно не заметит, а вот она могла бы рассмотреть, если за окнами и правда кто-то прячется, но небо за ночь очистилось от туч, диск луны ярко светился и стало понятно, что Кате просто показалось.

***

Каждый день последнего года у Насти складывался в одну и ту же картинку будней. Она устроилась на работу в магазин, и теперь почти каждый день от звонка до звонка крутилась между полок с продуктами, приёмом товара, нехитрой отчётностью и боролась с желанием хозяина сельского гипермаркета сблизиться с бойкой и красивой продавщицей.

– Вардан, почему помидоры опять мятые? – поставив руки в боки, громко спросила Настя, стоя на пороге кабинета начальника. – Я не буду ими торговать.