Мария Карташева – Сломанный лёд — 3 (страница 23)

– Давай. – Андрей выхватил бумаги и скорым шагом вышел в коридор.

Они прошли несколько поворотов по длинному коридору и оказались перед кабинетом, судя по висящей табличке, принадлежавшему директору.

За столом, на котором был только ноутбук, сидел мрачный мужчина и с отстранённым взглядом в холодных глазах без эмоций смотрел в монитор. По поведению Андрея было понятно, что он чертовки боится побеспокоить человека, и поэтому они с Настей продолжали молча стоять.

– Она? – кратко спросил тот, которого окружающие звали Еремей.

– Да.

Еремей встал, обошёл Настю со всех сторон и, присев обратно, глянул на Андрея.

– Ты придурок, что ли? Ты реально меня вытащил, чтобы я её слушал сейчас? Она кто? – он полосовал тяжёлым взглядом лицо Андрея Михайловича. – Топ-менеджер с заграничным образованием? Финансовый аналитик? Медийная шлюха, рожа которой в каждом экране? Ты в себя-то приди, Андрей. Или ты её пялишь?

– А вы знаете, я сама говорить умею. – вдруг ляпнула Настя. – И с Андреем Михайловичем я не состою в связи. И хотя я и не торчу своим лицом в каждом экране, но использовать такое богатое на потенциал место, как забегаловку для вашей шпаны – неразумно.

Судя по тому как дёрнулся Андрей, стало понятно, что ему хотелось просто испариться, он даже стал отступать и почти был у двери, когда Еремей подошёл к Насте и чуть прищурившись смягчил лицо. Видимо, в его представлении это была улыбка.

– Продай мне ручку. – сказал он, приблизив своё лицо и глядя прямо в глаза.

– Да запросто. – тихо сказала Настя и отступила на шаг назад, не сводя с него взгляда. Она выдернула из рук Андрея бумаги, которые просили подписать, и сунула их Еремею. – Ваш сын не сможет научиться играть, если не доделать стадион до наступления сезона. – Настя и сама удивлялась, как в её голове складываются в единое целое все мелочи. – Подпишите разрешение на строительство.

Еремей ухмыльнулся, отступил к столу, но потом понял, что Настя заметила отсутствие каких-либо принадлежностей для письма, а когда он повернул голову, то она ему протягивала ручку, которую достала из сумки.

– Могу продать ручку.

Через секунду совершенно растерянный Андрей вылетел в коридор, а Настя отдалась во власть человека, который привык брать всё, что ему захочется. В тот момент, когда он сделал к ней шаг, завёл широкую ладонь за затылок, вынул заколку и распустил тугой узел волос, а потом впился поцелуем ей в губы, она подумала, что если и быть любовницей, то одного и самого главного, чем размениваться по мелочам.

Глава 7

Над озером, с бешеной скоростью разрезая сизые края туч, носились яркие молнии, ветер жёсткой хваткой тряс кроны деревьев, вздымал волны и бросал ливневые потоки во все стороны. Гроза разошлась не на шутку, и Алла Дементьевна уже не первый раз выходила на крыльцо, чтобы высмотреть в наступающей мгле жиличку.

– Алло! – она набрала номер сына, который уехал обратно на ферму ещё засветло. – Ярик! Юля пропала!

Буквально через двадцать минут Ярослав влетел в ворота, разбрызгивая грязь рифлёными колёсами внедорожника. Мужчина проскочил в дом, оставляя мокрые следы и длинные влажные полосы от льющейся с дождевика воды.

– Мама, что случилось?

– Ярик, она как с утра ушла, так и нет до сих пор. Я думала, может, ушла далеко, но уже темнеет. – заламывая руки, произнесла женщина.

– Так. Без паники. – быстро проговорил Ярослав. – Сейчас звони Коле и Вене, пусть берут своих кобелей. Они у них очень чуткие, должны след взять, – Ярик быстро взглянул на улицу и покачал головой, – хотя погода такая, что смыло уже весь запах. Но будем надеяться. И неси вещи её какие-нибудь. Всё, что можно дать понюхать собаке.

Алла Дементьевна бросилась в комнату Юли, схватила ночную сорочку, майку и лежащие на стуле брюки, вернулась и, засунув вещи в пакет, протянула сыну:

– Ярик, только будь осторожен. Я прошу тебя.

– Мама, пацанам звони! – мужчина успокаивающим жестом положил руку ей на плечо. – Я поехал к ним, пусть буду готовы.

Продираясь через непогоду, мужчины вскоре выехали на холм, где Юлю видели в последний раз. Её ещё утром заметил рыбак, когда она карабкалась вверх по извилистой, поросшей травой, тропинке. Местные прекрасно знали, что сюда лучше не ходить и её об этом предупреждали не раз, но девушка увязла в своей печали и потеряла связь с реальностью. И этот опрометчивый поступок сейчас выгнал на улицу всех способных к поиску мужчин, а женщины прилепились к стёклам домов лицами и смотрели в жерло разгорающейся бури с ужасом и надеждой, что всё будет хорошо.

Ярик, тяжело дыша, взобрался на очередной уступ, глянул на крутящуюся у ног собаку и подумал о том, что затея брать с собой гончих была глупой. Как распознать запах в этом месиве воды, грязи под канонадой постоянных всполохов молний и разрывов грома? Он уже готов был дать команду, чтобы Верный бежал домой, но гончак странно себя вёл, то нырял в густую тьму за пригорок, то возвращался и опасливо подходил к крошащемуся обрывистому берегу. Собака вскидывала глаза на Ярика и настойчиво скребла лапой землю.

– Что с ним? – прокричал Ярослав, когда подбежал хозяин собаки.

– Он её точно чувствует. Скорее всего, с обрыва упала. Верный не обманет. – пытаясь удержать на голове слетающий капюшон, проорал в ответ мужчина. – Это всё, Ярик! Утром надо спасателей звать, не найдём!

– Ага, сейчас! – зло огрызнулся Ярослав. – Гони мою машину сюда и верёвку надо покрепче, я спускаться буду. – сказал он и стал ногой хлопать по краю земли, чтобы понять, где безопаснее всего спускаться.

– Ярик, ты дурак, что ли? У тебя ребёнок!

– А там человек! – сверкнул глазами Ярослав. – Давай резче!

 Вскоре, рассеивая мелькающую в свете фар тьму, подъехал внедорожник. Жёсткая мокрая верёвка скользила в руках, но Ярославу удалось быстро закрепить её на железном остове рамы. Мужчина взялся за тонкую спасательную опору двумя руками, на секунду прикрыл глаза и прыгнул в бездну, шипящую волнами. Ярик упёрся подошвами сапог в уходящий отвесно склон и начал понемногу пробираться вниз. Вдруг он получил хлёсткий удар в лицо и присмотревшись увидел, что это шарф Юли, именно его он видел утром на девушке. Ярослав стал ещё быстрее скользить по податливой почве и уже через секунду завис над крохотным пятачком берега, который поминутно топили волны. И когда вода отступала, то фонарь высвечивал крохотную надежду на то, что Юля жива, если приземлилась сюда. Но теперь проблема была в том, как прыгнуть прямо на берег с раскачивающейся верёвки с двухметровой высоты и не попасть на ломанную линию острых камней. Ярослав выдохнул, сгруппировался и, отпустив верёвку, полетел в неизвестность, принявшую его пружинистой поверхностью. Ярик, удачно приземлившись, сразу же подумал, что теперь выбраться наверх будет невозможно, но всё это отступало на второй план перед тем, что ему просто необходимо было найти незнакомку, так стремительно ворвавшуюся в его жизнь и разбудившую его сердце.

Ярослав походил по пятнышку суши, утопая в набегающих волнах, но здесь никого не было. Он тщательно обшарил лучом света все закоулки стыка, где отвесная стена обрыва упиралась в землю, но везде были только камни и чёрная вода, похожая на тоску, которая затапливала мужчину изнутри. А вокруг буря только усиливалась и оставаться здесь уже было небезопасно. Сверху на голову Ярославу упала более длинная верёвка, которую скинули ребята, сообразившие, что их приятелю теперь не выбраться. Ярик огляделся ещё раз, впечатал кулак в осыпающуюся стенку и схватился за верёвку, обжигая содранные ладони жёсткой тетивой.

Вдруг мужчина заметил, что из-под стены, сверкнув в отблеске фонаря, выползла вода. Спрыгнув на землю и встав на четвереньки, он стал шарить рукой в образовавшейся полости. Земля здесь просела и было видно, что её постепенно вымывает водой и там под обвалом точно был проход. Яростно откапывая вход и захлёбываясь водой, Ярослав вскоре докопался до камня, упавшего сверху и загородившего проход, но в этом случае обломок упал удачно, оставался проход, чтобы проползти внутрь. Решив проверить, не могла ли здесь укрыться девушка, Ярик протиснулся внутрь и остановился на входе, потому что увидел, как недвижимо ничком лежит Юля. Холодея, он протиснул пальцы к бледной коже на её шее, но сразу же почувствовал, как в ответ на прикосновение отозвался пульсирующий толчок. Шумно выдохнув, Ярослав стал лихорадочно шарить по телу девушки, ощупывая целостность конечностей, и остановился, когда нащупал сильное искривление в ноге. Стало ясно, что, кроме переохлаждения и возможного сотрясения, у Юли была сломана кость.

Поднимать девушку в таком состоянии без специального снаряжения было невозможно, но вода стала заливать пещеру, и Юлю нужно было срочно вытаскивать. Ярославу ничего не оставалось, как выйти с Юлей наружу и решать, как теперь преодолеть клокочущее варево воды, не упасть на торчащие камни и не утонуть в страшной качающейся толще древнего озера.

Подниматься на верёвке было нельзя, потому что она точно не выдержит груз двух тел и есть вероятность, что они оба сорвутся в пропасть. Оставался только один путь, Ярослав прекрасно знал, что под самым обрывом был проход по кромке берега, но идти можно было только в очень хорошую погоду и полный штиль. Здесь любили уединяться те, кому помешали бы посторонние взгляды, а ещё мальчишки бегали удить рыбу и ловить раков, однако идти сейчас по этому пути было чистым самоубийством. Но Ярик другого выхода не видел, он закинул Юлю себе за спину, привязал к себе верёвкой и, встав на четвереньки, стал пробиваться сквозь воду, периодически выныривая, чтобы глотнуть воздуха. Колени и ладони были содраны в кровь, вода мотала его и нелёгкую ношу словно тряпичных кукол, иногда мужчина не справлялся и соскальзывал вслед за волнами, но упорно возвращался и снова вставал на еле заметную отмель. Добрую четверть часа Ярослав преодолевал короткий путь, который можно проскочить за несколько минут, но это, если тебя не сбивает с ног бушующее озеро, и ты не пытаешься втащить в жизнь ещё одного человека кроме себя.