Мария Карташева – Штопая сердца (страница 18)

— Ладно, — наконец сказал Стас, — поехали в контору к Ковбойкину. Пока наш единственный шанс — это то, что компьютерщики смогут что-то нарыть.

— У нас совсем не осталось людей, — устало проговорила Анна. — Только мы с тобой и Кирилл. Новых сотрудников нужно вводить в курс дела и смотреть, чтобы не напортачили, и, возможно, ставить под удар, потому что, — Анна помолчала, — недочеловек, который всё это устраивает, сказал, что в этом безумии должны участвовать все, кто ведёт дело.

— Но Журавлёв-то вроде без проблем уволился, — проговорил Визгликов.

— Точно! Марк! — воскликнула Анна Михайловна и стала набирать номер оперативника. — Марк, это Лисицына. Я слышала, ты в Питере. Отлично! С твоим начальством я договорюсь, ты нам сейчас очень нужен. Я тебе скину адрес, приезжай.

— Одним Журавлёвым сыт не будешь, — Стас со вздохом встал со стула, задержал взгляд на картинке монитора и пошёл к двери.

— Ну хоть что-то, — Аня покивала головой. — Сейчас нужно максимально сосредоточиться на том, чтобы всех спасти живыми. И заметь, если Ковбойкин и ребята знают, в чём дело, то Глаша и Казаков не знают. И мы не знаем, как там обстановка.

— Ну да, — вздохнул Стас, — и сколько есть времени у Андрея? И где Мишка? Одни вопросы без ответов.

— Поехали. У нас осталось очень мало времени, — Анна подхватила сумку и вслед за Визгликовым вышла из кабинета.

После того, что Глаша услышала, она сидела словно оглушённая. Окружающее пространство буквально погрузилось в вакуум, и сквозь толстую прослойку боли, саднившей во всём теле, не проходил даже голос Казакова.

— Глафира, очнись. Глаша! Глаша! — Юрий Арсеньевич уже несколько минут пытался привести девушку в чувство, но Польская сейчас была словно тряпичная кукла.

После того как в склепе проявился голос, она словно впала в анабиоз. Девушка сползла по стене, сложилась на полу в калачик, закрыла лицо руками и не двигалась.

— Да что ж такое, — Казаков с досады несколько раз стукнул по каменной двери, потом махнул рукой. — Бесполезно.

Внутрь склепа не проникало ни звука. Сейчас здесь стояла густая неподвижная тишина, изредка нарушаемая судорожными вздохами Глаши. Девушка сидела тихо, но иногда всхлипывала и затихала снова. В Глашином живом воображение было видно, как прямо отсюда, из этого склепа тянется невидимая нить к могиле Ильи. К человеку, который погиб исключительно по её вине, и чья тёплая кровь лилась ей на руки. Глафира не особо распространялась обо всех обстоятельствах того случая, она старалась как можно глубже засунуть в закоулки памяти звуки, запахи, ощущения и молящие последние слова Ильи:

— Ты ни в чём не виновата.

А сейчас хрупкую плотину внутри прорвало, и девушку затопила жгучая боль, душа обуглилась, сознание раскололось. Глафире показалось, что она даже разучилась говорить, потому что когда ей хотелось крикнуть: «Я выбираю свою смерть», получалось лишь неясное протяжное мычание.

— Тише, Глаша. Тише, — Казаков светил девушке в лицо фонариком, пытаясь понять, что с ней произошло. — Сейчас мы что-нибудь придумаем. Мы выберемся отсюда обязательно.

— Я уже придумала, — девушка наконец выдавила из себя членораздельные звуки. — Найдите, найдите, откуда шёл этот голос, наверняка там есть обратная связь.

— Глаша, я уже всё оглядел, нет здесь ничего, наверное, просто динамик вмонтирован. — Казаков замолчал. — А раз вмонтирован динамик, значит, он проводной, потому что сюда не проходит радиосигнал, — криминалист задумался. — Значит, есть отверстие, где можно попытаться уловить сигнал. Ну-ка, Глаша, соберись, — прикрикнул он на девушку, — давай вместе искать, пока фонари горят. Подадим весточку наружу, нас вытащат, — попытался он приободрить её.

— Нет, я должна остаться здесь. На этот раз он заберёт меня и всё закончится.

— Глаша, — устало произнёс Казаков. — Ты себя-то послушай, что ты несёшь. Ты следователь! А человек, который затеял эту дикую игру, сейчас совершает преступление, а ты хочешь добровольно стать пособником. Ты должна предотвращать такие деяния, а не складывать лапки. Если бы каждый так просто сдавался, то не осталось бы системы правосудия.

— Но тогда я выбрала не Илью, а свою семью, — бесцветным голосом отозвалась Глафира.

— Да. Мы не можем спасти всех, но также мы не имеем права показать преступнику, что он сильнее. Нужно бороться, Глафира, ты выбрала для себя непростой путь и сейчас, пожалуйста, прекрати ныть и соберись. Мы с тобой непосредственно на месте преступления, ты должна убрать эмоции и фиксировать происходящее, хотя бы у себя в памяти. Всё, что сейчас происходит, поможет нам поймать преступника.

— Юрий Арсеньевич, вы не понимаете…

— Глафира Константиновна, — вдруг жёстко сказал Казаков, — сейчас вы должны принять решение. Либо вы сотрудник правоохранительных органов и тогда мы работаем в команде, либо вы истерзанная жертва и тогда остаётесь в стороне, а я буду вас спасать. Третьего не дано. Это понятно?

— Предельно, — после некоторого молчания приговорила Глафира.

— Вот и прекрасно, — Казаков выпрямился, потирая спину, и стал повторно, но уже более тщательно осматривать стены, ниши, где лежали тела, и даже потолок.

Через несколько минут он заметил, что к его поиску присоединилась Глафира. Девушка ползала по полу, высвечивала все углы, неровности стен, стыки между плитами.

Визгликов с Лисицыной подъехали к массивному зданию, больше напоминавшему торговый или офисный центр, нежели управление, где им теперь предстояло работать. Стас критически оглядел сверкающую новизной вращающуюся стеклянную дверь, оценил систему пропускных турникетов на входе и вместительный лифт, который довольно быстро поднял их на третий этаж, где располагались помещения, напичканные самой современной компьютерной техникой.

— С такими возможностями, я полагаю, мы должны его быстро найти, — пробормотал Стас.

— Ты знаешь, — отозвалась Лисицына, идя рядом с ним по коридору, втиснутому между стеклянными перегородками, выполняющими роль стен, — это мой сын дрессирует компьютеры, но я совсем не разбираюсь в этой сфере. Но так как сейчас это превалирующая часть окружающего мира, то нужно хотя бы понимать, с какой стороны ко всей этой теме подходить.

— Аня, давай на потом оставим праздные разговоры, — грубо оборвал её Стас и повернул в просторное помещение, где заметил сидящего за одним из столов Кирилла. — Привет, — он скоро поздоровался с молодым человеком. — Что-то удалось понять?

— Пока ничего, — Кирилл вяло ответил на приветствие. — Первоочередная задача — выяснить, где находится Андрей, я же правильно понимаю? — он кивнул на один из мониторов, где картинка с изображением лежащего на кровати человека была увеличена.

— Да. Где находятся остальные, мы знаем, — Визгликов подкатил одно из кресел и, плюхнувшись в него, стал рассматривать помещение, где находился Лопатин-старший. — А можно как-то запустить поиск похожих фотографий или видео? Ну, я имею в виду помещение.

— Уже делается, — отозвался один из молодых людей, работающий за соседним столом.

— Слушай, я пытался дозвониться Глаше и Казакову, но они не в зоне действия сети. То есть в склеп сигнал не проходит. Как тогда картинка оттуда идёт?

— Значит, там установлена проводная камера. И это хорошо, потому что источник приёма выносной и находится снаружи. Его можно поискать, но есть большой риск, что возле него стоит ещё одна камера и этот товарищ увидит, что мы пытаемся прорваться в склеп. Что он может сделать, никому не известно.

У Лисицыной зазвонил телефон, она глянула на экран и пошла на выход, по дороге обронив:

— Марк приехал, я пойду встречу, — она остановилась. — Кирилл, а у нас здесь есть какое-то помещение для работы? Не в курсе?

— В курсе. На пятом этаже. Выходишь из лифта и направо, там пол-этажа вам отвели.

— Поняла, — Лисицына быстро пересекла холл, спустилась к проходной и, увидев Марка, помахала мужчине. — Пойдём. Марк, я тебя сразу введу в курс дела, времени очень мало, — женщина нажала на цифру пять на сенсорной панели управления, и стеклянная коробка лифта быстро поползла вверх.

По дороге Лисицына описала сложившуюся ситуацию, потом с удивлением остановилась перед дверью, где значилось название их отдела.

— Как всё быстро, хоть бы известил кто, — мельком заметила она. — Ладно, пошли приземлимся где-нибудь.

Анна распахнула дверь, где ей навстречу сразу же поднялась тоненькая девица в идеально сидящей форме и представилась:

— Здравствуйте, Анна Михайловна, меня зовут Злата. Я буду координировать вопросы делопроизводства.

— Сколько сложностей, — отмахнулась Лисицына. — Был бы толк. Где нам можно организовать рабочее место? — она зло посмотрела на девушку.

— Я могу показать все кабинеты, — нерешительно произнесла барышня. — Просто не везде ещё закончены подготовительные работы.

— Не нужно, — оборвала её Лисицына и толкнула первую попавшуюся дверь. — Заходи сюда, — кивнула она Марку. — Сейчас нужно организовать выезд на место оперативной группы, нужен, скорее всего, дрон, чтобы они могли рассмотреть, что там есть поблизости. Марк, только очень аккуратно. Если мы накосячим, то ребята в живых не останутся. Значит так, твоя первоочередная задача — выяснить, кому принадлежит земля и строение, где находятся наши ребята. Сейчас нужно собрать любую информацию, нам могут помочь даже мелочи.