Мария Карела – Из Яви в Навь за любовью (страница 28)

— Поможем, — махнула рукой Премудрая. — Мы всё равно тебе должны — и за девочек, и за худов, — она кликнула слугу и приказала осторожно доставить Каю.

— Кая! — вскочил я, когда её привели. Усадил рядом с собой и взял за руку, чтоб она чувствовала, что я с ней и не оставил её одну с этими странными женщинами.

Премудрая присела рядом и положила ладонь Кае на глаза.

— Девочки, а это правда наше заклятье, — удивлённо — вроде бы искренне — сказала она. — Повторил, паршивец. Вот только завязано оно не на человеке. Ведёт это заклятье вас… — она протянула руку Прекрасной, и та подала блюдечко и яблочко.

— Возьми яблочко, Кая, — попросила Премудрая, вкладывая его Кае в ладонь. — Теперь думай о цели и опусти яблочко на тарелочку, она на столе под твоей рукой.

Кая так и сделала, фрукт быстро побежал по краю блюдечка, показывая сначала нас, потом терем, деревню, дорогу, отдаляясь всё сильнее, пока не увидели мы остров. Крошечный такой участок земли, где с трудом может расположиться человек десять, посередине огромный дуб. На дубе, ожидаемо, сундук…

— Это что, смерть отца?.. — удивлённо спросил я.

— Да нет, — ответила Прекрасная, — байки это всё про иголку, просто обычный тайник. Только вот что там такого, что вас он там видеть хочет?..

— Может, вместе слетаем? — спросила Вася. — Нас Ивану не одолеть.

— Слушайте, я уже понял, что нас обманули, нам на этот остров точно не надо. Верните Кае зрение и помогите найти Ольгу.

— Зрение вернётся само, как только вы побываете на острове, — ответила Премудрая. — Девушка добровольно взяла клубочек, согласившись с условиями.

— Хорошо, поехали на остров, — согласился я. Если клубочек не ведёт нас к Ольге, то какой смысл Кае страдать дальше, если всё равно мы потеряли след. — А яблочко это ваше не может показать, где Ольга?

— К сожалению, нет, — покачала головой Премудрая. — Итак, через трое суток отправимся. А пока вам нужно отдохнут и подлечиться.

— Мы не можем ждать! — вскочил я. Да, руки ещё саднило, и в спине что-то ныло, и бедро болело, но какая разница, ведь Ольга может быть в беде!

— Ты прав, — Вася тронула меня за плечо. — Ждать — это то, что у нас у всех получается плохо…

— Я принесла вам завтрак, просыпайтесь, — услышал я голос служанки и сел, чувствуя себя безумно голодным, а главное — совершенно здоровым. Я с удивлением посмотрел на руки. От жутковатых, покрытых коркой ран, осталась лишь розовая кожица.

— Твою дивизию! — рявкнул я, поняв, что хитрая Васька просто усыпила меня на те самые три дня. Да, теперь я здоров и бодр, но что, если с Ольгой за это время что-то случилось⁈

— Не злись, — Василиса младшая собственной персоной вошла в комнату. — Нашла я твою Ольгу.

— Нашла⁈ Где она⁈

— Она? — не отвечая на вопросы, Вася показала рисованный портрет.

— Она! — я рассматривал изображение. Ольгу нарисовали узнаваемой, с её хитрой ухмылкой на лице и блестящими глазами.

— Значит, никуда не денется, пока мы не побываем на острове. В тюрьме она.

— В тюрьме⁈ Как так⁈ В чьей⁈

— В Новгородской, — ответила Вася. — Говорят, за хулиганство. Не переживай, приедем, заплатим выкуп и вызволим твою подругу.

— Тогда не будем тянуть, — я встал.

— Поешь, — остановила меня Вася. — А я пока заберу твоих соратников.

Я проглотил еду, не чувствуя толком вкуса.

Собрав свой многострадальный, но всё ещё живой рюкзак, одевшись в приготовленную мне одежду — футболка моя досталась Наталии, а куртка разорвалась в хлам, как и штаны, — я вышел на улицу. Кир и Кая уже стояли там, тоже в новой одежде.

Василиса Премудрая открыла портал, по ту сторону виден был огромный дуб.

— Идём! — скомандовала она, и первая ступила внутрь. Прекрасная и Вася прыгнули за ней, потом Кир, и мы с Каей, держась за руки. Скоро всё кончится, и Кая вернёт зрение, мы выкупим Ольгу и вернёмся обратно в Явь. И неважно, что мы пропустили Новый год.

Что что-то не так, я понял, когда нас с Каей швырнуло в спину Киру, а затем всех троих — на песок и камни.

Я вскочил, озираясь. Где бы мы ни были, это не остров. И ни одной Василисы рядом тоже не было.

— Где мы? — спросила Кая. — Что-то не так?

— Да, — ответил я, стараясь оставаться спокойным. — Я не знаю, где мы. Василис нет.

— Это похоже на пустыню, — Кир заозирался. — Со всех сторон — песок и камни.

— Я всё ещё вижу, куда нам идти, — Кая показала в одну из сторон.

— Думаю, это единственное, что мы сейчас можем, — согласился я.

Вести Каю было тяжело. Дороги никакой не было, камни постоянно лезли под ноги. Солнце шпарило, заставляя нас обливаться потом. Время от времени кто-то из нас спотыкался, и только дружеская поддержка не позволяла упасть. Очень хотелось пить.

— Не раздеваться! — велел Кир, когда я попытался снять не только куртку, но и футболку. — Сгоришь моментально.

Он был прав, конечно, но мне уже было всё равно… А вдруг мы в самом центре огромной пустыни? Сможем ли мы выйти?

Кир заставил нас с Каей взять в рот камушки. Так и правда стало немножечко легче, но надолго ли?

К счастью, стало темнеть раньше, чем мы успели совсем потерять силы. К несчастью, стемнело настолько быстро и сильно, что мы едва различали друг друга. Я щёлкнул зажигалкой, но развести костёр было просто не из чего.

— Ляжем и обнимемся, — велел Кир. — Оружие держим под рукой. Главное, не расходиться!

Я почти не сомневался, что на нас нападут ночью. Наверняка пустыня обманчива — и полна тварей, которые знают, и где спрятаться, и где добыть воды. А мы станем очередным полуночным обедом…

В ответ на мои мысли в стороне кто-то завыл.

— Странно, — вдруг произнесла Кая. — Я не чую волков, а вой — волчий.

— Всё тут странно, — сдавленно отозвался Кир. — Это какая-то неправильная пустыня, будто…

— … придуманная, — закончил я за него. — Мне кажется, это мои мысли, мои идеи.

Около меня внезапно заплескала вода, стало светлее, над водой появились светлячки, вышла луна, засияли звёзды. Картинка давила ложной пасторалью, я почти не сомневался, что обернусь и увижу домики, дым из труб и даже услышу лай собак. Но какое-то чувство не позволяло мне отвести взгляда от воды, около которой мы оказались.

Очень хотелось пить, но я понимал, что сунуть в эту воду руку может только самоубийца.

— Ну что там⁈ — нетерпеливо спросила Кая. — Что происходит?

— Появилась вода, то ли озерцо, то ли речная заводь. Тишина, благодать, — тихонько прокомментировал Кир. Как и я, он не торопился совать туда руки или пытаться напиться.

— Попить не выйдет, да? — с грустью спросила Кая, а я, замерев, смотрел на всплывающее лицо. Череп, обтянутый зеленоватой кожей, волосы длинные, полные колтунов, глазки-бельма даже без зрачков прекрасно нас видят и полны дичайшей ненависти. Огромный мясистый нос и растянутые тонкие губы, демонстрирующие невероятный набор тонких и длинных зубов, завершали картину.

Тварь зашипела, приподнимаясь над водой. В одной руке она держала человеческий череп, во второй — острозаточенную крупную кость.

— Кир, ты видишь тоже, что и я? — спросил я, готовясь к атаке.

— Мерзкую тварь, похожую на смесь рыбы и человека с костями в руках? Да.

— Мне страшно! — пискнула Кая. Я левой рукой сжал её ладонь, не дожидаясь атаки твари, нанёс удар первым. Мой импульс пролетел насквозь, даже не шелохнув воду.

— Её не существует, — сказал я вслух для Кира, который уже приготовился атаковать, удерживая клинок в обеих руках.

— Ты уверен?

— Мне кажется, это какая-то ловушка. Чем больше мы дёргаемся, тем сильнее увязаем. Очевидно, что всё это — чьи-то проделки. Но я не знаю, как выбраться. Закрыть глаза и ждать — страшно.

— А если так? — Кая вырвала свою руку и быстро сделала несколько шагов, пробежав тварь насквозь. Мне показалось, что она стоит по грудь в воде, одежда намокла и прилипла, но одновременно я видел, что Кая стоит в нескольких шагах от меня, в абсолютно сухой одежде.

— Ты права, — я закрыл глаза и прошёл несколько шагов за ней. Никакой воды, как и никаких камней.

Я повернулся к Киру. Тварь и вода исчезли. Зато теперь рядом с Киром, покачивая крутыми бёдрами, облизывала губы полуголая… Камилла.

— Кир? — напряжённо спросил я.

— Ну что, я ж не увожу у тебя секретаршу. А в личное время…