Мария Карела – Академия севера: ставка на победителя (страница 19)

— Чары тебе на что даны?

— Я не умею…

— Думай.

Я подавила в себе раздражение. Раз он так говорит, значит, что-то есть, что я точно смогу использовать.

Мне надо подняться наверх, земля осыпается. Поднять себя я не могу. Заморозить землю — а смысл, будет скользко. Да и справлюсь ли?..

И тут до меня дошло.

Я просто спрессовала землю, выдавливая в ней подобия ступенек. Перестав быть такой рыхлой, земля перестала осыпаться, и я смогла начать подниматься наверх. Это было сложнее, чем кажется, но у меня получилось. К счастью, яма оказалась не слишком глубокой, и я надеялась, что Джин страхует меня снизу.

Наконец я выбралась, свет струился от почти полной луны, на небе не было ни облачка, поэтому было вполне светло.

Поблизости никого не было, хотя сердце у меня всё равно болталось где-то в районе пяток. Нужно дойти до ворот и вернуться на территорию…

Я обернулась, убедиться, что Джин тоже благополучно поднялся, и дальше счёт пошёл на доли секунды. Вот я поворачиваю голову, встречаюсь с ним взглядом, глаза его становятся всё больше и больше, рот открывается в окрике, но я уже сам чую, что дело плохо, падаю, падаю, падаю… Над головой проносится что-то страшное, я встречаюсь с землёй, время вновь набирает ход, и я с трудом успела откатиться от второго удара.

Надо мной рычала огромная тварь, с одним глазом посреди лба, дубинка вновь едва не опустилась на мою многострадальную голову, Джин успел подставить щит.

Лихо Одноглазое! Как с ним бороться?! Мы не проходили… Я так мало знаю!

В следующий миг дубина проломила щит, я завизжала… В тело впились когти, и я взмыла в воздух.

«Хватит орать!» — мысленный окрик заставил меня заткнуться. Обратившийся Джин, вытащивший меня из-под носа Лиха, уносил меня в небо. Было больно, но не больнее смерти, так что претензий я не имела.

Внизу было ещё много нечисти, некоторые поднимали уродливые головы и скалились, но, видимо, летать никто из них не умел. Мы влетели на территорию академии, где к нам уже бросились встревоженные учителя.

— Там тьма нечисти, — сообщил мрачно Джин, моментально обратившийся, в отличие от Тхэна, он не терял при этом одежды. — И Лихо. Еле успел вытащить первокурсницу.

— Как вы вообще туда попали?! — рявкнул Глеб.

— Мы упали в яму, там тоннель, — сбивчиво принялась объяснять я, — вот там, около корпуса. Ход вывел нас за территорию.

— Господа и дамы, нас ждёт охота на Лихо, спешите присоединиться, — сообщил ректор, — Джин с командой с нами. Михаил и Роса — займитесь тоннелем, зачаруйте и замуруйте. Руслана покажет. Третий и четвёртый курсы, отведите первый и второй в общежитие и организуйте охрану.

— Тхэн останется с Русланой, — негромко произнёс Джин. Ректор почему-то кивнул, будто тоже знал что-то, чего не знали все остальные, а главное, я! Почему мальчишка-пятикурсник командует, а глава академии принимает это как должное?!

Тхэн моментально вырос за моей спиной, неимоверно раздражая меня своей покорностью. Кипя от злости, я направилась ко входу в тоннель.

— Это где-то здесь, — сообщила я Михаилу. — Как будем его закрывать?

Он присел на корточки, водя руками, чтобы нащупать границы спуска, и отлетел в сторону от мощного удара дубиной.

Из невидимого прохода в полный рост поднималось Лихо Одноглазое.

30

— Твою ж… — прошипел Тхэн.

Роса за нашими спинами тоже выматерилась, но не сплоховала, сильный удар вбил Лихо обратно в тоннель. Тут же с её пальцев потекли нити, переплетаясь, будто на наших глазах плёлся браслет. Я попыталась понять узор, но не смогла — слишком сложно.

Тхэн встал за её плечом и в какой-то момент ловко всунул руки между её, я засмотрелась на них. Тхэн был куда выше и крупнее, Роса вполне соответствовала своему имени — нежная тонкая бледнокожая девочка-моль с бесцветными ресницами и бровями, тонкими, рыжеватыми волосами, коротко и не особо удачно остриженными. И вот она стояла между рук Тхэна, обнимающего её, и нити струились с четырёх рук, кот ловко встраивал свои в её узор, было видно, что они тренируются так очень давно.

Плетение завершилось и ударило Лихо в единственный глаз. Чудовище покачнулось и упало, а следом за ним на землю рухнули без сознания Роса и Тхэн. Я было испуганно заметалась, но потом поняла, что в тоннеле Лихо был не один!

Я оглянулась, но ректор с учителями давно уже вышли за стену, а другие ученики — в общежитие. Я была совершенно одна, и даже не могла убежать, оставив троих людей на смерть.

Господи, господи, господи…

Я лупила связками одной за другой, пытаясь вспомнить то, чему недавно учили меня Джин с Тхэном. Я переплетала красные нити с зелёными и старалась делать их максимально сконцентрированными. Одиночные нити работали плохо, я представила тонкую и едва насыщенную магией нить, буквально держащуюся на отдельных молекулах, и подвесила на неё плотные шарики. Такие нити выстреливали очередью, будто пулемёт.

— На помощь! Помогите! — кричала я время от времени, но бесполезно, никто не отзывался. Хотелось плакать от собственной беспомощности. — Тхэн! Очнись! Очнись же!

Магия кончалась, а из тоннеля продолжали подниматься какие-то твари. Я чувствовала, что меня хватит ещё максимум на пару ударов, а потом придётся всё же бежать, бросив ребят…

— На помощь! — я вдруг вспомнила про метку, связывающую нас с Тхэном. И вместо последнего удара оставшиеся капли магии я влила в неё.

Сработало! Тхэн, застонав от боли, открыл мутные глаза.

— Вставай! — воскликнула я. — Иначе мы все умрём! У меня кончилась магия!

— Я здесь, — на моё плечо легла рука Андрея. Запыхавшийся, с окровавленным рукавом толстовки на левой руке, он твёрдо стоял на ногах.

— Андрей! — я обняла его, ощущая непередаваемую благодарность. Услышал и пришёл! — Прикрывай, я пока приведу всех в чувство.

Я начала с Михаила, он же целитель, придёт в себя — поможет другим. Увы, магии у меня уже не было совсем, так что приводить его в чувство пришлось механически — я его трясла и била по щекам.

— Ммм… — он открыл глаза со стоном. Зрачки у него были заметно разного размера. Сотрясение. Его тут же вырвало, я едва успела отодвинуться.

— Миш, нужно уходить, — я поменяла план, понятно, что помочь он не сумеет.

Тхэн, хоть и пошатывался, но стоял с Росой на руках.

— Беги вперёд, проси о помощи, — велел он. — Андрей прикроет, пока может.

Я кивнула и бросилась к общежитию.

— На помощь! Помогите! — отчаянно кричала я, пока мне навстречу не выскочили Юлий с Ингой и ещё несколько ребят. — Там тоннель, из него лезет нечисть! — объяснила я, показывая, куда бежать.

Тхэн с трудом шёл нам навстречу, таща Росу и опиравшегося на его плечо Михаила.

Я поспешила помочь им идти, убедившись, что блондинистая парочка повела всех Андрею на помощь. Без магии от меня там толку уже не было.

Войдя в общежитие, я отправила следом ещё нескольких ребят постарше, опасаясь, что нечисти в тоннеле может быть слишком много, после чего вернулась назад, к Андрею. Он пришёл ради меня, раненый, может, где-то тоже пробивался с боем…

Мы встретились около тоннеля, он уже отошёл — силы кончились.

— Что с рукой?

— Да тварь одна когтём задела, — отмахнулся он. — Ничего серьёзного, честно.

Я с облегчением обнаружила, что Юлий и пара ребят помогают подняться на поверхность Джину. Значит, в тоннеле больше никого нет!

— Идём, я обработаю, — мне хотелось уйти раньше, чем Джин заметит меня и обнаружит, что Тхэна снова рядом нет.

В общежитии обнаружилась Мей-Мей, которая уже занялась Михаилом и Росой. Тхэн куда-то делся, надеюсь, поспешил исчезнуть из поля зрения Джина.

Мы поднялись в мою комнату, магия понемногу начинала восстанавливаться, войдя, я ещё и сунула сразу в рот шоколадку, чтобы ускорить процесс. Усадив Андрея на свою кровать, я хотела помочь ему снять толстовку, но поднимать руку ему явно было слишком больно.

— Разрежь, она всё равно испорчена.

Я вытащила нож и разрезала ткань, стараясь не причинить Андрею лишней боли — резать на человеке ткань совсем не так уж легко, как может показаться.

Рана оказалась неприятной, глубокой, и мне не понравился оттенок кожи вокруг, так что я постаралась в любом случае влить в неё максимум целительной магии.

Андрей поморщился.

— Больно?

— Не столько больно, сколько странно. Но когда ты рядом — всё не так уж и страшно. Я так испугался, когда услышал твои крики. Думал, не успею, — он привлёк меня к себе, целуя. Я не возражала. — Руслана, ты потрясающая совершенно девушка, поэтому я ревную, прости за то, что я тебе наговорил. Очень тяжело лежать в лазарете весь день одному, — я позволила ему обнимать меня и даже сама поцеловала его в шею. — Я рад, что твоего телохранителя наконец-таки нет рядом, и мы можем поговорить, — он ещё раз поцеловал меня, а мой взгляд упал на Женину кровать, под которой в темноте светились тлеющими углями два глаза.