Мария Каприсова – Выстрелы в джунглях (страница 8)

Мангала, скользнув в темноту пролома, оказался в небольшой камере, обсыпанной разломанными камнями, упавшими на что-то мокрое, скользкое и когда эти брызги расплескалась по сторонам, вонь, скопившаяся за годы в этой вязкой помойной жиже, наполнила воздух. Это зловоние раздирало ноздри Мангале своей вонючей резкостью. Услышав тихий стон, доносившийся из угла, отодвинув камень, Мангала увидел человека, подойдя ближе к которому он поспешил, и глядя в обросшее, перепачканное грязью, кровью лицо, он узнал своего друга, напарника, господина. Это был Раджа. Его рука была прикована цепью к стене, но по счастливому стечению обстоятельств, камень вылетел из стены и разбился на небольшие кусочки, высвободив узника от башни и ускорив освобождение. Мангала с лёгкостью подхватил его, и вместе с цепью передал в разлом Нортону, который так же легко, как пушинку, вытащил исхудавшего и находившегося почти в бессознательном состоянии туземца и повалив на себя потащил к спрятанным лошадям. Две секунды и сикх выскочил на верх, свистнул Вазу, и они бросились следом к Джону. Несколько солдат догнали их. Один, длинный и худой, как жердь, был в синем жилете, двое других, напротив, были невысокими в новеньких мундирах, остальные были тертыми опытными воинами и отлично вооружены. Мангала, ударом ноги, раскидал двоих, затем, выхватив наточенный метательный диск, чакру, он кинул его в третьего, в синем жилете, саблей ранил поднявшегося противника, чей новенький мундир обагрился кровью владельца и подхватил Раджу с другой стороны. Вазу, налегке добежав до лошадей, вывел их навстречу. Торопливо взобравшись на них, смельчаки галопом ускакали от пеших преследователей. Вазу ехал с Нортоном, а Мангала крепко придерживал спасённого пленника. Шум усиливался, военные стали собираться по тревоге, это было ожидаемо, надо было спешить изо всех сил, скоро на улицах будет светло как днём и солдаты станут обыскивать каждый уголок. Эмилия дежурила у черного входа в дом, держа наготове оружие. В доме царил полумрак, дети спали, а предупрежденные слуги и гувернантка были готовы ко всему, в том числе и к побегу.

Стук копыт в темноте, шорох, затем Джон и Мангала внесли индийца в дом. Перед отважным Вазу стояла задача избавиться от лошадей и вернуться незамеченным, с чем он отлично справился, бросив их в паре кварталов и тихонько, как мышка вернулся.

Глава 5. Неожиданный поворот

Джон и Мангала внесли индийца в холл и положили на быстро разложенный на полу суетящейся Амалой плед. Вид Раджи привел женщин в ужас. Эмилия заперла дверь черного входа, и они помогли мужчинам занести его на второй этаж, в заранее приготовленные покои и положили на разобранную постель. Внизу следовало быстренько убраться, чтобы замести все следы на случай обхода домов, и Эмилия проследила, чтобы служанка ничего не пропустила и вернулась, принеся теплый куриный бульон. В комнате царил полумрак, свечи горели. Рядом с изголовьем кровати, на которой лежал бывший узник тюремной башни, стоял небольшой столик из ротанга, на котором лежала сумка с медицинским оборудованием, лекарства, все, что хозяйка дома смогла заранее приготовить. Мангала осматривал раны, Амала протирала влажной тряпкой, в том время как Нортон, приложив нюхательную соль к носу лежащего без сознания, приподнял ему голову. Раджа стал приходить в себя и полу открыл веки и застонал.

– Он жив! – Воскликнула пожилая индианка, Мангала привычно прижал руки к груди. В дверь просунулась голова Вазу, и Эмилия приглашающе махнула рукой. Раздавшиеся тихие шаги сообщили о том, что Ханна ушла в детскую, а Энн, как и было условлено, дежурила внизу, на кухне. Довольствуясь скромным, леди давно держала рядом только доверенных людей и под предлогом вдовства вела крайне замкнутый образ жизни.

– Ничего серьезного, – тихо произнес Джон, повернувшись к Эмилии, – попробуйте покормить, он исхудал, весь в синяках и ссадинах, но для мужчины это все ерунда, он поправиться.

Эмилия перекрестилась и, присев рядом на край кровати, влила ему пару ложек теплого бульона.

– Тебе надо покушать, – и добавила что-то на хинди, услышав это, Раджа, поняв, закрыл и открыл глаза.

– Все, пока хватит, надо забинтовать грудную клетку, где срезана кожа, это повреждения от подрыва башни. Леди, мы сделали все возможное.

– Я понимаю, спасибо.

Эмилия кивнула и отставив бульон, привстал, давая возможность Мангале и Джону сделать это. Раздался металлический лязг.

– А что делать с цепью?

– Надо что-то придумать, эти инструменты не помогут, мы же не будем отпиливать ему руку, а металл ими долго пилить. Услышав про отпиливать руку, Эмилия вскрикнула. Нортон опустил Раджу на подушки:

– Амала, вам с леди надо срочно найти инструменты внизу, может быть на кухне найдете что-то подходящее.

Амала подхватила остывший бульон и понимающе вышла за дверь. Эмилия медлила. Джон, чтобы поскорее выдворить ее из покоев, где она только мешала, приобняв за талию, довел до коридора, – Эмилия, дорогая, дальше мы сами, – и, подмигнув правым глазом, закрыл дверь, ухмыльнулся подумав, что ей и правда очень шло быть сердитой.

Амала, обратила внимание на обыгранную ситуацию и посмотрев на покрасневшую от такой наглости изумлённую хозяйку, с улыбкой пройдя по коридору, спустилась вниз по лестнице. Эмилия спустилась следом, но зашла в темный кабинет, куда едва проникал свет от пары свечей, освещающих холл, достала бокал, налила в него вина, поставила на стол, потом вспомнила, что нужно проверить следы и прошлась до задней двери и на кухню:

– Энн, Амала! Все в порядке, чисто. Посмотрите, чем можно раскусить металл.

Вернувшись в кабинет, она достала второй бокал и опять налила в него вина и отпив, поставила на стол, удивившись, найдя там предыдущий. Она поняла, что вымотана, но было не время отдыхать – Амала позвала её, – Миледи! – и Эмилия, выйдя на свет, увидела в ее руках большой напильник.

– Это то, что надо! Я отнесу. Сделай нам кофе, может, еще свежую выпечку к раннему завтраку.

– Да, госпожа.

Индианка ретировалась стряпать на кухню, к Энн. Надо сказать, что кухня была отменно устроена и содержалась в чистоте и леди Лоуренс частенько удосуживалась принимать активное участие в приготовлении пищи, тем более что прислуги было мало, а баловать себя и детей очень хотелось, кто не любит вкусно поесть! Белые стены и деревянная мебель, шкафчики, столешницы, металлическая и деревянная кухонная утварь, щедро разбавленная красивой фаянсовой и фарфоровой посудой, но сейчас Эмилии было не до этого, вздохнув, она отнесла напильник наверх и протянула Нортону.

– Вот, я думаю, это поможет.

Он взял протянутый напильник, устало смотря в ее глаза.

– Все хорошо, думаю, что это как раз то, что нужно.

Кивнув Мангале, Джон захватил ими старый металл двух полу браслетов, соединенных с одной стороны цепью, с другой стороны навесным замком и что есть силы надавил, но без результата. Эмилия подхватила руку Раджи, который был слишком слаб, чтобы придерживать, а Мангала присоединился к Нортону и уже когда они вдвоем спилили заклепки шпилек на кандалах, поудачнее ими зацепив, металл стал резаться и треснул, повторив ещё раз, захватив дальше, у них все получилось, и рука освободилась от ненавистной цепи. Кожа под браслетами была стёрта и воспалена. Как следует обработав, Джон аккуратно забинтовал и ее тоже. Теперь бывшему узнику нужно было дать как следует отдохнуть, и Эмилия с Джоном оставили его под присмотром Мангалы и Вазу.

Стоило им только выдохнуть, как около дома раздались цокот копыт, крики и кто-то громко постучал в дверь. Эмилия побледнела и вцепилась в руку Джона.

– Леди, спокойнее, ведите себя уверенно, мы на готове!

– Дети, как же дети? -

– Сударыня, Вы меня слышите? Без паники, они ничего не знают, постарайтесь не впускать их, а если не получится, то мы готовы! Идите.

Эмилия досчитала до десяти мысленно, прикрыв глаза, выдохнула и стала медленно спускаться по лестнице вниз. У двери стояла в растерянности Энн, в испачканном мукой фартуке.

За дверью шумели сапогами и продолжали громко стучать.

– Открывайте немедленно! Открывайте, я офицер армии! Если не откроете немедленно, ломаем двери!

Наконец Эмилия протянулась к засову и открыла дверь:

– Что-то случилось?

Видя удивление на ее лице и растерянно моргающую служанку, солдаты слегка охладились и убрали сабли. Их было шестеро. Ими руководил британский офицер, он широко открыл входную дверь и зашёл в холл. Ему на вид было около сорока лет, мужчина невысокого и плотного телосложения, с длинными усами и пышными бакенбардами, курчавые волосы были растрёпанными. Он был на взводе и показывал всем видом свое недовольство тем, что пришлось заниматься поиском виновников ночных беспорядков, вместо сна в теплой кровати.

Обведя зорким взглядом холл и женщин, офицер чуть поклонился:

– Добрый вечер, леди Эмилия Лоуренс, мне очень жаль, что сложились такие обстоятельства, что мне приходится вас побеспокоить.

– Добрый вечер, но уже поздно для визитов. Кто вы и что вам нужно?

Эмилия недовольно смотрела, как двое солдат проследовали в дом.

– Позвольте представиться, вы, наверное, не помните меня, я служил с вашим мужем, примите мои соболезнования.