Мария Камардина – След чужака (страница 32)

— Серьезно? — Доктор соскочил со скамейки и, подойдя ближе, легонько коснулся висков Ильнара ладонями и велел: — А ну-ка, смотри на меня.

Руки у него были теплые, почти горячие. Умом Ильнар понимал, что друг пытается вызвать отклик его собственного дара, но ничего не ощущал, лишь возрастающее раздражение. Ментальный блок, позволяющий защититься от чужих эмоций и скрыть собственную ауру, он кое-как освоил, но этим дело и ограничилось. Истинное зрение не возвращалось, несмотря на все назначенные доктором упражнения. Эл уверял, что восстановление чувствительности — вопрос времени, и интуит заставлял себя в это верить. Хотя бывали минуты, когда его едва ли не затапливало отчаяние — как он будет жить без дара?! Разум пытался побороть эмоции и возражал, что вот Фин, например, совсем не интуит, и это ничуть не мешает ему в работе. Это немного успокаивало. Совсем немного.

Потому что между тем, чтобы не иметь дара изначально, и тем, чтобы его лишиться, была существенная разница.

Ильнар сердито мотнул головой, освобождаясь, Эл нахмурился и потер переносицу.

— Что-то не нравишься ты мне. Говоришь, в больнице спал нормально? Хотя у тебя ж снотворное было… — доктор задумчиво пошевелил губами, глядя куда-то в пространство, потом решительно взялся за коммуникатор и, едва поздоровавшись, принялся обсуждать с кем-то список лекарств. Речь друга, почти целиком состоявшая из непонятных названий и дозировок, на слух Ильнара звучала непереводимой абракадаброй, и он снова закрыл глаза, пользуясь тем, что от него отстали.

Но заснуть окончательно ему не дали.

— Если ты все еще намерен притворяться здоровым человеком, — негромко произнес друг, — советую открыть глаза. Сюда идут наши сестры.

Сферотехник мысленно застонал — ну только сестер еще не хватало! Зачем, спрашивается, их сюда понесло? Он позволил себе еще пару секунд погрустить о безвозвратно потерянной возможности выспаться и, приподнявшись, выглянул из-за спинки скамейки. По садовой дорожке по направлению к беседке, шли, увлеченно болтая и смеясь, Кеара и Тарина. На какой-то миг Ильнару показалось, что они так и пройдут мимо — но его заметили.

— Вот вы где! — торжествующе проговорила Тарина, вставая на пороге беседки. — А мы вас по всему дому ищем!

— И зачем мы вам? — вздохнул Ильнар, выпрямляясь. — Доброе утро, кстати.

— Нам — ни за чем, — фыркнула сестренка. — Но мама сказала, что через час приедет Тео, он хочет тебя навестить.

— Оу… Передай, что я болею, у меня постельный режим и суровый доктор не разрешает мне вставать.

Суровый доктор, не далее как час назад на пинках выгонявший друга из кровати, неодобрительно покачал головой, но промолчал, явно не горя желанием общаться с сыном наместника.

Тарина хитро сощурилась:

— Что, и Карисе так сказать?

Ильнар с интересом обернулся на дом. Пожалуй, ради удовольствия видеть Карису можно немного потерпеть общество ее брата… Пока он пытался сформулировать свой ответ так, чтобы в нем не слишком звучала заинтересованность, Эл расставил на столике кружки и произнес:

— Отлично, мы еще успеем немного посидеть, а потом пойдем в дом все вместе, пока кое-кто не простудился.

— Даже не знаю, кто бы это мог быть, — пробормотал сферотехник. — И зачем было вытаскивать меня из дома, если тут же загонять обратно?

Эл закатил глаза, но лекцию об ослаблении защитных сил организма в связи с повреждениями ауры оставил на потом, и в качестве профилактики простуды протянул другу кружку с глинтвейном.

Последнюю повязку сняли вчера, но удержать левой рукой что-то тяжелее листа бумаги Ильнар все еще не мог, пришлось пристроить кружку на спинке скамейки. Мелкая моторика в полной мере не восстановилась, а коллекция шрамов на ладони пополнилась еще несколькими темными извилистыми полосами, и хорошо еще, что рукава у форменного комбинезона длинные и плотные. Лечащий врач уверял, что через месяц с небольшим пациент вполне может вернуться к работе — при условии, что будет выполнять все назначения и клятвенно пообещает соблюдать технику безопасности.

Тарина уселась рядом, поймала брата за руку и несколько секунд разглядывала шрамы на его ладони.

— А что было бы, если бы ты не подружился с Элом?

Друзья переглянулись.

— То же самое, — меланхолично изрек доктор. — Он точно так же попадал бы в больницу и я точно так же его бы вытаскивал. Как и любого из моих пациентов. Думаешь, он единственный оболтус в Оперативном отделе?

— Прошу заметить, один из лучших оболтусов оперативного отдела, — поправил Ильнар, обнимая сестру за плечи. Она тихонько вздохнула и прижалась крепче.

Эл кивнул с самым серьезным видом:

— Да-да, я помню. Первая группа в боевом рейтинге, и поэтому вас всегда отправляют в самые поганые места. На месте Кира я бы поговорил с полковником о том, чтобы дать и другим группам возможность возглавить рейтинг.

— Кир — ненормальный трудоголик.

— Кто бы говорил. У вас вся группа — ненормальные трудоголики.

Утверждение было спорным, но Ильнар только пожал плечами. Может, и трудоголики. Может, и ненормальные. С Кира сложно не брать пример. А может, все дело в том, что он выбирает подчиненных по своему, так сказать, образу и подобию?

— А может, мама права? — неожиданно проговорила Тарина, запрокидывая голову, чтобы взглянуть брату в лицо. Тот недоуменно поднял бровь, и девочка пояснила: — Это ведь правда опасно, в смысле, твоя работа. И ты…

Она не договорила и шмыгнула носом. Ильнар поймал взгляд друга, тот мимолетно нахмурился, но прежде чем кто-то из них успел что-то сказать, вмешалась Кеара.

— Рин, я думаю, с ним ничего не случится. И нарываться на неприятности он больше не будет.

— Почему это? — немедленно заинтересовался Ильнар. Он и сам готов был произнести эту фразу секунду назад, но такая вера в него со стороны Кеары настораживала.

— Например, потому, что твои друзья едва вытащили тебя в этот раз, и ты не захочешь их подводить.

Довод был логичным и возразить на него было нечего. Хотя и очень хотелось — просто потому, что когда на тебя смотрят с такой нахальной уверенностью в своей правоте, не возразить совершенно невозможно. Но пока Ильнар придумывал аргументы, девушка очаровательно улыбнулась и добавила:

— А еще дан Кириан пообещал тебя уволить, если еще раз нарушишь приказ. Мне Эл сказал, правда, Эл?

Сферотехник с досадой покосился на друга, и тот невозмутимо пожал плечами:

— Ты его достал до печенок. Да, именно так он и сказал, так что я бы на твоем месте поостерегся.

«До печенок» действительно было весомым доказательством раздражения майора. Впрочем, до того, чтобы разозлить командира всерьез, было еще далеко. Не говоря уже о том, что аргументы в свою защиту у Ильнара все-таки нашлись.

— Во-первых, — он наставительно поднял палец, — если бы я послушался приказа и никуда не пошел — увольнять вообще было бы некого. И некому. А во-вторых… — он взглянул на Кеару, и та заинтересованно приподняла брови:

— Что — во-вторых?

— Случись что со мной — тебе же лучше. Меньше потенциальных женихов — меньше проблем, разве нет?

Несколько секунд девушка разглядывала его со странным выражением лица — то ли развернется и убежит, то ли прямо сейчас начнет уменьшать поголовье женихов, причем голыми руками. Интересно, а что, если она и есть таинственная помощница колдуна?..

Кир, кстати, регулярно уточнял у Элори, как идут поиски, но тот отмахивался — колдун то ли где-то затаился, то ли вовсе покинул город. Правда, на всех выездах стояли полицейские посты, усиленные специалистами из Ордена Карающего пламени, которые бдительно проверяли документы чуть ли не у всех выезжающих, а по улицам бродили дополнительные патрули, но толку от поисков пока не было.

Лично Ильнар относился к постам скептически — колдун приложил немало усилий, чтоб попасть в город, и сомнительно, чтобы он планировал скорый отъезд. Идея проверить подходящих девушек выглядела более перспективной, а после слов напарника о его вероятных невестах интуит почти невольно при встрече с очередной маминой знакомой начинал прикидывать — а могла ли она помогать колдуну в его делах? Не то чтобы у него были большие шансы разыскать нужную девицу быстрее полиции, но сидеть на маминых чаепитиях стало немного веселее.

Ситуацию спас Эл — отвесил другу легкий подзатыльник и велел сменить тему. Кеара молча пожала плечами и отвернулась. Сидела она у самого входа, и на фоне полупрозрачно-серого сада напоминала теплый солнечный зайчик — золотистые волосы, золотистые блики от сережек, веснушки на носу, тоже золотистые, едва заметные. Ею хотелось любоваться — как произведением искусства, редкой бабочкой, первым весенним цветком…

Ильнар зажмурился и помотал головой, выгоняя из нее неуместные поэтические сравнения. Откуда только взялись такие мысли? Последствия травмы, однозначно. Не ляпнуть бы вслух чего-нибудь подобного, особенно при Фине, засмеет.

В дом в итоге так никто и не пошел. Стоило Ильнару высказать вслух идею, что гостей прекрасно можно принимать и в беседке, как все организовалось в течение десяти минут и без его активного участия: чай, пирожные, пледы и подушки, недостающие сестры и, собственно, гости. Доктор, задавленный большинством, лишь тяжело вздохнул и зловещим шепотом пообещал добавить в список назначений иммуностимулирующую микстуру — «а она противная, так и знай». Пациент выразительно закатил глаза — да не случится с ним ничего за пару часов! — и поднялся навстречу гостям.