Мария Ирисова – Берегись Горыныч. Я – ревизор (страница 4)
Варя взглянула на бабёнцию, что пылала негодованием в разные стороны, затем мельком – на её подопечных девиц, что томились за её широкой спиною и буравили Варю самыми недружелюбными взглядами.
Юные создания оказались близнецами, и вот так с ходу барышня не смогла разглядеть ни одного различия между ними. Причёски, наряды, ленты – всё было абсолютно одинаково, даже негодование они будто пополам делили.
Варвара вздохнула и попыталась немного сгладить ситуацию. В конце концов, ей тут ещё предстоит работать.
– Послушайте, уважаемая, я понятия не имею, о чём вы толкуете. В Златополь я прибыла исполнить княжеское поручение, а не жениха себе искать. Посему хватит клевету разводить, идите и высказывайте недовольство жениху ваших дочерей.
Женщина в ответ облила Варю сердитым взглядом, нахохлилась, губы раздосадовано поджала.
– Будет мне тут девка безродная указывать, что делать!
– Повторяю, я – уполномоченная проверяющая, и ваши оскорбления неприемлемы. Продолжите – и я подам жалобу! Мне рассказать, что с вами тогда случится? – добродушное выражение на лице Варвары исчезло, взгляд стал колючим, а спина – бессовестно ровной.
Собеседница растерялась. Перед ней стояла замухрышка в испачканном дешёвом платье. Она рдела от внимания Андрея, как невинная дева, даром что вышла из брачного возраста. А теперь вдруг плечи расправил, вон даже голосок окреп, еще и бляшкой размахивает, будто всамделишная служка князя. Да быть не может! Врет и не краснеет!
– Ты мне тут зубы-то не заговаривай! Врёшь, небось, и знак у тебя поддельный! Вот я сейчас стражу кликну… Они тебя уму-разуму научат, месяц сидеть не сможешь!
– Стражу? Ладно, будь по-вашему! Идёмте! – Варвара смерила скандалистку уничижительным взглядом и направилась прочь с внутреннего двора.
Барышня-проверяющая давно научилась ставить скандалисток на место, потому беспокойства совсем не ощущала. Куда сильнее тревожил приворот. Откуда он взялся именно на её шляпке? Только очень умелая ведунья смогла бы за столь короткое время сотворить настоящую вóлшбу. Вопрос в том – зачем это сделано?
– Стража! Стража! – заорала скандалистка, едва они вышли на оживлённую улицу.
Караульные шагали неподалёку, а услыхав крики, помчались в сторону женщин.
– Мы вот того, ведьму словили! – заявила скандалистка, ничуть не смущаясь своего вранья.
Варвара опешила. Обвинение в колдовстве являлось весьма тяжким преступлением, в столице для борьбы с этой напастью даже особый отдел имелся.
Стражники покосились на Варвару, нахмурив чело. Вот только признаков ведьмовства, разумеется, не узрели.
– Эта бессовестная девка Андрюшеньку околдовала! Сделайте же что-нибудь с этим бесовским отродьем!
Барышня вздохнула, мысленно поражаясь наглости мадамы.
– Ты кто такая будешь? – вопросил страж, разглядывая фигуру проверяющей. – Раньше я тебя в Златополе не видел!
От масляного взгляда захотелось помыться. Варя взяла себя в руки и вытащила знак с княжеским оттиском и сунула под нос стражнику.
– Я – Варвара Вестина, уполномоченная проверяющая княжеской счётной палаты.
– А документики у проверяющей найдутся? – глумливо усмехнулся всё тот же нахал, продолжая пялиться на пышную грудь девушки.
– Разумеется, всё в комнате на постоялом дворе.
– Пройдемте-с, – слащаво ухмыльнулся мужик, затем взглянул на зачинщицу скандала: – А вы, Павлина Марковна, ступайте. Мы разберёмся.
– Благослови вас бог, – заулыбалась скандалистка.
– Постойте-ка, – ледяным голосом изрекла Варвара. – У меня встречное обвинение – о клевете на должностное лицо!
– Ты сначала документики предъяви, а потом требуй! – рявкнул страж, да так громко, что его товарищ покосился на сослуживца с недоумением.
Варвара сложила руки на груди и смерила грубияна неприязненным взглядом.
– После предъявления документов я подам жалобу, а также составлю заявление на некую Павлину Марковну за клевету.
– Вот ещё, стану я опасаться угроз безродной девки! Ты сейчас палок схлопочешь, а потом тебя вышвырнут отсюда, чтобы больше ты Андрюше глаза не мозолила! Идёмте, девочки, нам здесь больше делать нечего.
С этими словами зачинщица скандала отвернулась и неспешно направилась прочь.
– Ну-ка, девка, давай, пошевеливайся! – стражник кивнул в сторону постоялого двора.
– Кто дал вам право так со мной разговаривать! – Варя разглядывала грубияна, пытаясь сообразить, чем так прогневила незнакомца.
– А какого отношения ты ожидаешь? Размахиваешь тут княжеским оттиском, а сама одета, как последняя… – страж проглотил слово, которое едва не сорвалось с его уст. – Видал я как-то настоящих проверяющих, у них одежда парчовая, сверху золотой нитью вышита. И на каждом пальце по кольцу с драгоценным камнем. Вот они – настоящие, а ты – лгунья.
Варя поджала губы и пошла в сторону гостевого дома, осознавая, что распинаться и доказывать что-либо этим чурбанам бесполезно. Второй же страж только наблюдал за происходящим да помалкивал.
Дорога не заняла много времени. Варя вновь миновала холл, поднялась по лестнице на второй этаж и замерла напротив двери в свою комнату. Почему она открыта?
Холодный пот скользнул по виску. Девушка толкнула дверь и вошла внутрь. Её сундук был раскрыт, а все вещи разбросаны.
– Документы! – охнула сударыня-проверяющая и бросилась к потайной дверце в сундуке, где обычно хранились ценные бумаги. Сейчас там было пусто.
Глава 3. Андрей Горыныч
Солнце припекало, но городской глава шел по улице неспешным шагом, вежливо кивал прохожим и благодушно улыбался.
Сегодня госпожа-удача сопутствовала ему как никогда.
Мужчина фыркнул, припоминая, сколько болтовни было, мол, княжеская проверяющая свирепее сотни голодных волкодавов, а оказалось – Варвара просто душечка.
Андрей вспомнил голубые глаза и мечтательно вздохнул.
«Хороша краса, да не наша».
Градоправитель шагнул под своды мэрии, не без труда согнал с лица неуместную улыбку, затем поднялся на второй этаж, и распахнул дверь в приёмную. Посетители уже были здесь, и ладно бы один или два – нет, в небольшую комнатушку набилось человек двадцать, а может, и того больше.
– Всем прекрасного дня, господа хорошие, – глава Златополя обвёл внимательным взглядом собравшихся.
– Братья Клыковы, сразу говорю – ваше дело ещё на рассмотрении. Ступайте отсюда, нечего обивать мой порог, таким образом всё равно женитьбу не ускорить. Свистунский? А ты чего там в закутке сидишь, как в засаде? Я тебе что сказал – иди и работай, нечего тут жалобы катать на всех подряд.
– Я буду жаловаться…
– Ага, в этом я как раз не сомневаюсь. А пока ступай. Вот соберёшь сразу три десятка жалоб, тогда и приходи!
– Так я это уже…
– Что уже?
– Собрал уже. Жалобы!
– Тогда иди и ещё собери, чтоб сразу сотня была. А как насобираешь, я тебе очную ставку со всеми обидчиками устрою. Выскажешь им всё, как на духу!
– Но-о-о! – лицо Свистунова сделалось растерянным, а сутулые плечи совсем поникли.
– Давай за дело, пока я добрый! – усмехнулся Андрей и перевёл взор на остальных посетителей. – У вас что?
– Просьбы…
– Жалоба!
– Протест!
– Брачный договор!
– О, договор! Давай-ка сюда, подпишу, – потер руки наместник. Быстренько пробежал взглядом документ и размашисто подписал внизу. – Остальные бумаги оставляем у Алисы Патрикеевны и двигаемся к выходу. Обещаю рассмотреть всё в течение трёх дней.
Спустя пять минут приёмная опустела. Затем дубовая дверь бесшумно распахнулась, и внутрь проник невзрачного вида мужчина в поношенной одежде, воровато оглянулся, а, увидав градоправителя, занервничал так, что даже руки за спину спрятал и принялся с ноги на ногу переминаться.
– Я тут того… – буркнул он и покосился на Патрикеевну.
– Архип, заходи уж, коль пришёл, – Андрей указал на свой кабинет, и гость размытой тенью юркнул внутрь.
– Да, вы сегодня в ударе, – прокомментировала Алиса Патрикеевна. – Что-то хорошее случилось?
Андрей усмехнулся, припомнив голубоглазую красавицу с веснушками, и пожал плечами.