Мария Геррер – Развод и две свадьбы (страница 7)

– А ну вали отсюда! – зарычала на него. – Вон пошел! Денег тебе? Сейчас я тебе по полной отсчитаю!

Антон попятился в прихожую. Ксения за ним. Он судорожно нащупал замок на двери за своей спиной, открыл и выскочил на площадку.

– Ксения, не шути так! – Антон не решался повернуться к ней спиной, выставил вперед руку с растопыренной пятерней.

– Я и не шучу, – пошла в наступление Ксения. – Еще раз заикнешься, что я тебе что-то должна – пеняй на себя!

– Нам надо разобраться с расходами, – продолжал гундосить Антон. – Давай разойдемся как интеллигентные люди.

– Это ты что ли интеллигентный?

Антон резко развернулся и бросился вниз по лестнице. Ксения помчалась за ним.

– Кобель! Гад ползучий! Урод! – выкрикивала она, перепрыгивая через две ступеньки. – Катись отсюда, мерзавец недоделанный!

Так Ксения никогда в жизни не ругалась. Откуда только у нее такой запас неприличных слов?

Антон вылетел из подъезда как пробка из бутылки шампанского, прыгнул в машину. Автомобиль рванул с места. Ксения метнула вслед скалку. Она ударила по багажнику, оставив на нем вмятину.

– Сволочь! – прокричала Ксения срывающимся голосом.

И это мелочное убожество она любила? За него мечтала выйти замуж? И кто тут дурак? Вернее, дура? Ксения подобрала скалку с асфальта. К счастью, она не пострадала. Деревяшка от удара о машину даже не лопнула.

Скалка – оружие женщин в борьбе за свои права с древних времен и до наших дней. Ксения нежно провела по ней ладонью, как рыцарь по лезвию верного меча.

– Скотина, – вздохнула Ксения вслед умчавшегося автомобиля. – Редкая скотина.

– Что, с бывшим пообщалась? – рядом с ней стоял Стас.

– Пообщалась, – кивнула она на скалку. – А ты что тут делаешь?

– За твоим следил. Хотел узнать, поедет он к тебе прощения простить или с Анной останется?

– Тебе не все равно? Зачем тебе это знать?

– Сам не знаю, – пожал плечами Стас. – Сложно порвать с прошлым. С Анной все кончено, а все равно ноет в груди. И пустота какая-то внутри.

– Ага, обидно, – кивнула Ксения. – Мне тоже. Испоганили мне свадьбу. Хочешь кофе? Чего на улице торчать?

– Можно, – согласился Стас.

Они поднялись по чугунной лестнице. Ксения толкнула незапертую дверь:

– Проходи.

Стас огляделся:

– У тебя тут уютно.

– Стараюсь, – буркнула Ксения.

– Только тесно.

– Да, не царские хоромы, – парировала она. – Но мне нравятся.

– Я и не говорю, что плохо. Просто маленькое все.

– Уж какое есть, – она указала ему на дверь в ванную. – Руки тут вымой.

Кухня и правда крошечная. Для одного нормально, вдвоем уже тесно сидеть за столом. Зато это ее личная норка, в которой Ксении уютно. Куда можно забиться от злого мира и от гада Антона. Отгородиться и переждать до лучших времен. Вот только когда эти лучшие времена придут? Ксения вздохнула, вымыла скалку и убрала ее на место.

Поставила на стол чашки, банку растворимого кофе, сахар и пиалу с остатками печенья. Все, больше дома ничего нет. Она не планировала на следующий день после свадьбы возвращаться сюда. Ксения вообще планировала выставить квартиру на продажу.

После свадьбы Ксения и Антон собирались жить на съемной квартире, пока не купят свою. Антон нашел большую, в новом доме в отличном районе. Теперь, наверное, будет в ней кувыркаться с Анной.

– Слушай, а где тут ближайший супермаркет? – поинтересовался Стас, заходя на кухню.

– Рядом нет, есть магазин в соседнем доме, но так продукты так себе, и с наценкой. Не советую в нем ничего покупать. А тебе что надо?

– Да хоть шоколадку. Я не думал, что буду у тебя кофе пить. Ничего не захватил.

– Не надо, – махнула рукой Ксения. – Вот печенье, к кофе отлично подойдет. Или ты есть хочешь?

– Нет, я же к тебе не есть пришел, – заметил Стас. – А что, у тебя кофе только растворимый? – удивился он.

– Ну да. А ты такой не пьешь? Тебе вареный подавай? Может, еще и свежемолотый зерновой?

– Не поверишь, именно такой я и пью. Я гурман в вопросах кофе.

– У меня другого нет, – призналась Ксения.

– Тогда и такой сойдет.

– Рада, что тебя он устраивает, – хмыкнула она в ответ.

Хотя Стас и не оценил растворимый кофе, в воздухе витал приятный аромат.

– Разведешься со своим? – поинтересовался Стас.

– Нет, прощу и буду жить с этим уродом как ни в чем не бывало. А ты Анну простишь? Когда-нибудь?

– Ей это и не надо, – вздохнул Стас. – Она к твоему вернется. У них давняя любовь. Мне в ее сердце места больше нет.

– Очень печально, – Ксения разлила кипяток по чашкам, размешала для Стаса. Антон приучил ее к этому.

– На удивление вполне приличный растворимый кофе, – пригубил напиток Стас. – Спасибо. Следующий раз я тебя угощаю. Ощутишь разницу.

– Ты говорил, что из Анны сделал красавицу. Она теперь вся из себя какая королевишна, леди, гламурная штучка. А раньше была гопница гопницей.

– Гопницей она никогда не была. Была просто красивой девушкой. Но вульгарной. Ты тоже симпатичная.

– Но не красавица?

– Красота понятие растяжимое, – уклончиво ответил Стас.

– Что со мной не так? – в лоб спросила Ксения. Друзья и мама с Филиппом наверняка ей правду не скажут. А Стасу врать не за чем, они чужие люди. – Я просто симпатичная и все? Красивой никогда не буду? – ей вдруг стало обидно и захотелось заплакать.

– А тебе это надо? Почему все девушки хотят быть красавицами? Мало вам быть милыми и симпатичными?

– Хочется… – призналась Ксения. – Можешь из меня если не красавицу, то хотя бы что-то интересное сделать? Посоветовать, что исправить, что одевать.

– Я не стилист, я автослесарь, – пожал плечами Стас. – Анна мне нравилась всегда. И я сразу понял, что надо добавить, что убрать. Тебя я почти не знаю. Нельзя просто изменить внешность и стать другой. Это зависит от характера, от внутреннего мира.

– Может, ты и автослесарь, но говоришь, как настоящий стилист. Так что во мне не так? Почему Антон прямо на свадьбе мне изменил?

– Потому что он кобель. Обычный кобель. Мы, мужики, такие сволочи. К нему вернулась прошлая любовь, вот он и потерял голову. Забыл и о тебе, и об элементарных правилах приличия. Мужики не головой думают, если что.

– Это я уже поняла, – вздохнула Ксения и захрустела печенькой. – Мне Антон нравился с первого курса. Я в него была влюблена и на других не смотрела. А теперь понимаю, что и на меня особо никто не смотрел. Я что, совсем серая мышка?

– Для начала называй себя по-другому. Будь не мышкой, а летучей мышью.

– И что, это большая разница?

– Конечно. Ты не серость, а свободное, загадочное ночное существо. Слышишь, как изменилось звучание?

– Ага. Продолжай, – попросила Ксения. – Мне такой подход нравится. Итак, я летучая мышь. «Вино и мужчины моя атмосфера»? – процитировала она старую песню.

– Не утрируй. Подойди к проблеме серьезно. Если на то пошло, Бэтмен тоже летучая мышь. И он не проститутка. Так что или слушай меня и молча пей свой растворимый кофе. Или живи как жила раньше.