Мария Геррер – Проект "Любовь" (страница 6)

– Славик считает себя крутым прорабом. Только это, само собой не так, – радостно сообщил Сергеич. – Он набирает гастарбайтеров, договаривается с посредником-подрядчиком. По смете материал одни, покупают другой, дешевый. Деньги делят с посредником. Все просто. Много на этом не заработать, но на жизнь хватает. Его уже не раз били, но ничему не научили. Взять с него нечего – квартиры давно нет, живет нахлебником у какой-то одинокой бабенки. Не убивать же убогого.

– То есть меня развели, как последнего… – Рокотов не договорил и начал судорожно тыкать в смартфон.

Мы с Сергеичем понимающе переглянулись – обидно, когда олигарха разводит Славик-рукожоп.

Со связью, тут, похоже, проблемы. Рокотов раздраженно метался по площадке перед дворцом, пытаясь дозвониться. Наконец, он сумел найти место, где связь была устойчива.

– Михаил Семенович, добрый день! – вкрадчиво начал Рокотов и это не предвещало ничего хорошего. – А кто у нас мастером на крыше? Станислав Андреевич? – ласково произнес он и через мгновение в его голосе послышался металл. – Завтра, в восемь ноль ноль у меня в кабинете со всеми сметами, счетами и нашим экономистом! Ах, вы не можете? Тогда что предпочитаете – повестку в суд за мошенничество или Ахмеда и его бравых джигитов? Уже нашли время? Вот и чудно! Завтра в восемь! – рявкнул он напоследок.

Рокотов сердито выдохнул и зло сунул смартфон в карман:

– Придурки!

– Возможно, все поправимо, – было заметно, Сергеич искренне сочувствует Рокотову. – Полезли на крышу, посмотрим, что можно сделать.

– Сергеич, у тебя спецовка найдется? Мне бы переодеться… – попросила я.

– Конечно, прелесть моя, – фамильярно промурлыкал прораб. – Сейчас принесу. Только размерчик не твой.

– Любой размерчик сойдет. Не хочу пальто уродовать.

Спецовка была огромна, я в ней утонула и стала похожа на огородное пугало. Рокотов метнул на меня короткий взгляд, но не улыбнулся. Значит, все не так страшно. Или у него отличная выдержка?

Я снова поддернула юбку повыше и смело шагнула к лестнице. Стремянка качалась и вибрировала при каждом движении. Первым лез Сергеич, потом я и завершал нашу небольшую процессию Рокотов. Его взгляд жег мои ноги. Я это просто физически чувствовала.

На втором этаже Рокотов взмолился и попросил меня забираться на крышу последней. Я усмехнулась – было понятно, что мои чулки сильно его смущали, а может и возбуждали – юбка была опять чуть ниже талии. Сам виноват – я же предупреждала, что одета неподобающе.

Вид с крыши открывался великолепный. Поместье лежало, как на ладони. Вдали серебряным зеркалом блестел пруд. Заброшенный парк уже начали потихоньку приводить в порядок – часть поросли вырубили, кое-где посадили молодые деревья, начали разбивать клумбы.

Весенний ветерок ласково трепал мои волосы. Я с наслаждением втянула в себя запах влаги, молодой зелени и свежих стружек. Как же я люблю апрель!

Развернула свои чертежи и расчеты. Мы с Сергеичем быстро поняли, что балки и стропила имеют меньшие сечения. Отсюда и проблемы – они едва выдерживали даже собственный вес. Я делала необходимые замеры и наброски.

Рокотов с интересом наблюдал, как я лазаю между стропилами и балансирую на балках, задрав юбку почти до подбородка. Петрович тоже пялился на мои чулки и неодобрительно хмурился. Очевидно, для него подобные изыски равны извращениям. Все равно, как если бы я гонялась по крыше за ним и Рокотовым в кожаном белье и с плеткой. Но Сергеич благоразумно молчал.

– Все понятно, – через полчаса сообщила я заказчику. – Как и следовало ожидать, заменили на более дешевый материал. Наших ошибок тут нет. Я сделаю перерасчет и посмотрим, что можно сохранить, а что придется заменить. Мне потребуется день-два.

– Так быстро поняли, в чем проблема? – недоверчиво усмехнулся Рокотов.

– Вообще-то я в этом специалист и работаю не один год. Опыт.

– Да, конечно. Просто мне до сих пор сложно поверить, что молодая девушка хорошо разбирается в этих сложных конструкциях. Ну что ж, приятно удивлен и снимаю перед вами шляпу.

– Вы мне льстите, – я расплылась в довольной улыбке. – Не скрою, мне это тоже приятно.

– А теперь скажите, насколько все серьезно?

– В смысле денег? Заменить придется много чего. Надо будет переосметить купол, тогда и станет ясно, во что обойдутся переделки.

– Запишите мой номер, я буду работать с вами напрямую. Ваш босс, уверен, возражать не станет. И я хотел бы получать ваши консультации по другим вопросам, если в этом возникнет необходимость. Чувствую, для конструктора тут работы немерено. Будете вести проект поместья полностью?

– С удовольствием, – кивнула я в ответ.

Отличная работа мне привалила. Денежная и интересная. Повезло, так повезло. Я забила номер Рокотова в смартфон и протянула ему свою визитку:

– Здесь и мой электронный адрес. Напрямую работать мне тоже нравится больше – нет недопонимания. Шеф к таким вещам относится положительно.

– Вот и чудно, – ответил он.

Мы спустились с крыши, и я облегченно вздохнула – чулки не порвала, платье не перепачкала.

– Теперь, как и обещал, могу показать вам свое родовое гнездо. Это поместье очень давно принадлежало моим предкам. Поэтому, когда появилась возможность, я сразу же его выкупил.

– Так вы из графов? – я не смогла сдержать свое недоумение.

– Как уже упоминал.

– Я подумала, вы просто дальние родственники, без титула.

– Нет, по прямой линии. Со стороны отца, как недавно выяснилось. У графа Рокотова было два сына. Старший неудачно женился на какой-то певичке. Детей у них не было. Эта певичка, его вроде, отравила. Потом сбежала за границу с любовником и там сгинула. Говорят, была настоящей ведьмой. Умела колдовать и насылать порчу.

– Надо же, местная легенда!

– Да, с Любимцевым связано еще много легенд. Расскажу, если пожелаете.

– Пожелаю. Люблю такие истории.

– Я тоже. Итак, мой непутевый предок, младший граф Рокотов, проиграл поместье в карты. Ужасно глупо. Легкомысленный был человек, и безответственный. Оставил семью без копейки, но с дворянским титулом. А у матери предки из мещан. Дворянство для меня не особо важно, но, безусловно, приятно. Тщеславие мне не чуждо, как видите. Так что я потомственный дворянин. Позвольте представиться – граф Рокотов.

Он галантно поцеловал мне руку.

– Приятно познакомиться, дворовая девка Ритка, – улыбнулась я в ответ, отвесив поклон. – Я тоже интересовалась своей родословной – все мои предки из крестьян. Никакого намека на благородное происхождение.

– Для дворовой девки вы очень умны и делаете неплохую карьеру.

– Стараюсь.

– Позвольте предложить вам руку и показать красоты имения «Любимцево»? – шутливо осведомился Рокотов.

– Позволяю, – в тон ему милостиво ответила я и взяла кавалера под руку. – Расскажите все, что знаете об этом поместье. Обожаю такие места.

– С удовольствием, но это затянется на несколько часов. «Любимцево» – моя гордость и моя слабость. Я много времени посвятил, изучая его историю и историю моей семьи. Увы, сегодня я занят, и наша экскурсия будет недолгой. Видимо, вам придется еще не раз вернуться сюда, чтобы узнать об имении больше. Буду рад поделиться с вами всем, что знаю о нем.

Я поймала себя на мысли, что не возражаю. Похоже, Рокотов вовсе не сноб и не зануда.

По центральной аллее мы вышли к пруду. Зеркало воды ослепительно сверкало под лучами весеннего солнца. Мелкая рябь от весеннего ветерка время от времени пробегала по поверхности водоема.

– Здесь будут жить лебеди. Белые и черные. Как когда-то давно, лет двести назад, – мы прошлись по краю пруда в сторону развалин на его берегу. Рокотов переполняла гордость за свое детище. – Это руины беседки. Представьте, ее чертежи сохранились. Я хочу восстановить все максимально близко к историческому облику поместья. Разумеется, модернизировать придется многое, но экстерьер и интерьер должны быть сохранены до мельчайших подробностей.

– Это прекрасно. Редко, кто ценит историю. Многие старинные здания просто сносят или переделывают так, что и не узнать.

– Приятно, что вы меня понимаете. А вот архитектор из вашей фирмы как раз предложила все построить с нуля.

– Она хороший специалист, просто хочет сэкономить ваши деньги. Восстановление намного дороже нового строительства.

– Вот уж не думал, что одна девушка может похвалить другую, тем более, свою коллегу. Она о вас совсем другого мнения.

И вот зачем он мне это сказал? Ждет, что я тоже начну ее хаить? Ну, уж нет. Я благородна и снисходительна к другим, в отличие от Даши. Зря он считает, что все женщины одинаковы и готовы поливать друг друга грязью. Хорошо же он о нас думает!

– Это ее право. Я догадываюсь, что она обо мне говорит, и что думает. И мне это, поверьте, безразлично. К тому же конструктор – главный враг архитектора, – улыбнулась я.

– Ведь она дочь вашего босса?

– Да.

– Ну, тогда это много объясняет.

– Повторю, она очень даже хороша в своей профессии. А ее личная неприязнь меня не волнует.

– Вы так уверены в себе?

– Я лучший конструктор в нашей фирме.

– Даже так?

– Именно. У нас работают еще три специалиста этого профиля – две пенсионерки и мужчина средних лет. Отличные конструктора, но старой закалки. Они принципиально не выезжают на объекты. А к работе с заказчиками напрямую их не допускает шеф – они любого отпугнут своим умением разговаривать с клиентом, – рассмеялась я. – Желаете с ними пообщаться? Они быстро объяснят вам, что вы неправы во всем. Вообще во всем.