Мария Геррер – Наваждение и благородство (СИ) (страница 27)

Она приблизилась к Магистру и остановилась в нескольких шагах, как учил ее Генрих, склонив голову и не глядя ему в глаза.

– Поздравляю вас с вступлением в Братство Трех Полумесяцев. Будьте достойны доверия, оказанного вам. Выполняйте и чтите Законы Братства. Вы подписали Клятву и с этого мгновения несете полную ответственность за все свои действия. Теперь вы – ученик. Это большая честь и большая ответственность. Когда станете охотником, вы предстанете официально перед всем Братством. Все остальные формальности будут выполнены позже. Вас известят, когда вы должны будете явиться ко мне в следующий раз. Заседание закрыто. Все свободны.

Глава 23

– Вы отлично держались, – похвалил ее Генрих, когда они вышли на улицу. Он был очень доволен.

– Вы с Егором почти сутки учили меня этому, – улыбнулась девушка. – Почему хорошо, что я сирота и не замужем?

– Никому ничего не надо будет объяснять в случае вашей гибели.

– Это жестоко, – ее будто обдало холодом, и по рукам побежали мурашки.

– Жизнь вообще жестока. А Служение – особенно. Здесь нет ложного лицемерия. Никто не будет с вами миндальничать и подбирать подходящие слова, чтобы не обидеть и не ранить ваших чувств. Но за вас любой готов отдать свою жизнь. Вы поймете, что девиз Братства «Равноправие и доверие» не пустая фраза.

– А с чего это вы дали мне блестящую характеристику? – подозрительно спросила девушка.

– Я высказал свое мнение о вас. Магистр должен знать, кого он приглашает в Братство.

– А если в Братство попадет случайный человек? Может, и вы во мне ошиблись?

– Не думаю, что я в вас ошибся. Конечно, бывают и предатели. Но таких мало. Их отправляют на Остров пожизненно. В братстве никого не убивают. Только ведьм.

Она задумалась, и они некоторое время шли молча.

– За последние дни на меня свалилось столько всего. Я чувствую себя растерянной, – призналась Екатерина.

– Это нормально. Даже с врожденным даром не сразу привыкают к такому образу жизни. Садитесь в автомобиль. Теперь заедем к вашему учителю фехтования и договоримся о занятиях. Он будет учить вас основам владения ножом. Дальше совершенствовать эти навыки будете со мной. А потом к модистке – надо обновить ваш гардероб. Скоро новолуние, и мы идем на бал в Дворянское собрание по случаю основания Златогорска – там начнете учиться владеть собой при виде ведьм. Их там будет немного, и они пока не опасны.

– Там будут ведьмы? – искренне удивилась Екатерина.

– Вы не всегда внимательно меня слушаете, – упрекнул ее Генрих. – Я говорил уже вам, что ведьмы не признают сословных различий. Их достаточно много и среди аристократок. После Дворянского собрания в ближайшее полнолуние походим по городу – это тоже довольно безопасно, хотя ведьм будет значительно больше. Ну а затем посетим городской театр – вот там их будет много. Но к тому времени, я надеюсь, вы научитесь владеть собой достаточно хорошо.

В фехтовальном зале они договорились о времени посещения тренера – каждый день несколько часов с утра. Учитель фехтования был охотником и знал, к чему должен готовить девушку.

– Надеюсь, вы сообразительная и достаточно ловкая, – внимательно оглядев ее, сказал тренер. – Сложены неплохо. Здесь главное хорошая реакция и решительность. Ну и сила не помешает. С собой принесите спортивную одежду – свободную и удобную.

Потом Генрих повез Екатерину к модистке. В городе было единственное ателье, где шили бальные наряды по последним моделям, которые присылали из столиц мировой моды. Фон Берг не мог допустить, чтобы его спутница выглядела, как обычная провинциальная простушка.

– Мне надо снять деньги со счета, – сказала Екатерина. – Вряд ли в ателье возьмут чек. Давайте вернемся в банк.

– Не стоит. Я хотя и положил на ваш счет обещанную сумму, но лучше оставьте ее про запас. Неизвестно, что вас ждет завтра. Все расходы по вашему гардеробу я возьму на себя.

– Никогда! – гордо воскликнула девушка. – Я не принимаю подобные подарки! У меня есть деньги. И не только те, которые вы мне выделили за участие в вашей афере, – не удержалась от колкости Екатерина.

– Это не подарок. Вы хоть представляете, сколько стоит приличное бальное платье? – иронично поинтересовался барон.

Екатерина, конечно, предполагала, что это не дешево. Но у нее на счету теперь лежала очень приличная сумма.

– А вы-то откуда можете это знать? – с вызовом произнесла девушка.

– Какая вы все-таки наивная, – барон снисходительно смотрел на нее. – Неужели искренне думаете, что к Полине и ей подобным я приходил с коробкой шоколадных конфет? И поймите, вы не должны выделяться на фоне изысканно одетых дам на балу. Вы же не были раньше на таких светских раутах? Поэтому пока я буду выбирать, что вы наденете.

– Ну конечно! И все решат, что я ваша очередная любовница! Это недопустимо и для меня неприемлемо, – она была решительна.

– Вы правы, мы не продумали, в качестве кого вы будете меня сопровождать. А теперь мы часто будем появляться вместе. Роль моей любовницы вас точно не устраивает? Формально, естественно… Было бы очень убедительно и удобно…

– Вы что, издеваетесь? Что скажут мои друзья, знакомые?

– Они же все не вхожи в высшее общество. Откуда им узнать?

– Однозначно нет! А как я буду выглядеть в глазах окружающих, вас совсем не интересует? Из-за какой-то убедительности я не позволю запятнать в очередной раз мою честь! «Беременной» от вас я уже была. Еще не хватало стать вашей фальшивой любовницей! – Волна возмущения захлестнула ее, и она сердито посмотрела на Генриха.

– Предложите что-нибудь лучше, – миролюбиво попросил барон.

– Можно, например, представить меня как сотрудницу вашего завода… – эта идея показалась Екатерине вполне подходящей.

– Которую я от доброты сердечной вожу по балам, ресторанам и театрам, а также по всем злачным местам города.

– Почему по злачным местам? Что мы там забыли?

– То же, что и в светском обществе – ведьм. Но об этом поговорим позже. Мы будем отправляться туда, куда направит нас Братство.

– Так в качестве кого я все-таки буду везде появляться с вами?

– Может, вы опять станете моей невестой? Объявим официально о помолвке. Ее можно будет разорвать, когда в этом отпадет необходимость. И помолвка может длиться бесконечно долго.

– Ну, что ж, пожалуй, это не плохо… – согласились девушка. – Лучше, чем если все будут думать, что я ваша любовница.

– Тогда надо будет в ближайшее время дать в газету объявление о помолвке. Других предложений у вас нет?

– Пусть будет так. Это меньшее из зол… Алексей расстроится… – она вздохнула.

– Полина тоже в восторг не придет… – проворчал Генрих.

– Вы же с ней вроде как расстались? – девушка опять начала подозревать барона во лжи. – Хотя это меня не касается. Только врать мне не надо.

– Госпожа Миргородская очень метко назвала ее. Увы, это правда… Надеюсь, она скоро перебесится… А Алексею скажите, что это временно… Хотя, глупо звучит, конечно… Ну, придумайте что-нибудь…

– Да уж, как помолвка может быть временной? И что тут можно придумать? Но я очень дорожу его дружбой… Я знаю его почти всю жизнь. И последняя наша встреча закончилась как-то нехорошо… Он, наверное, на меня обиделся…

– Он должен научиться вам верить, если вы и в правду друзья. Я ему уже об этом говорил. Возможно, к вам он все-таки прислушается.

Они подъехали к роскошному зданию. Огромные зеркальные витрины первого этажа были украшены легкими драпировками и китайскими фарфоровыми вазами с живыми цветами. Важный привратник в униформе глубоко поклонился и распахнул перед ними стеклянную дверь с ярко начищенными причудливыми латунными ручками.

Помещение ателье было живописно и богато декорировано – белая с золотом мебель в стиле Людовика XIV, по стенам – фламандские гобелены, натюрморты и знойные итальянские пейзажи в тяжелых резных рамах.

В помещении ателье пахло ванилью и флердоранжем. Генрих усадил Екатерину на диван, а сам привычно опустился в широкое кресло. Через мгновение в зал впорхнула маленькая изящная дама средних лет, безукоризненно одетая и источающая тонкий аромат французских духов.

– Дорогой Генрих Александрович! Какая честь! – она с некоторым изумлением стремительным взглядом окинула Екатерину, но тотчас справилась с неуместным любопытством. Модистка была знатоком своего дела и не задавала бестактных вопросов.

– Добрый день, мадемуазель Корде. Познакомьтесь – моя невеста, Екатерина Павловна, – не моргнув глазом представил ей девушку Генрих. Екатерина вспыхнула, но быстро овладела собой. – Нужна ваша помощь. Екатерине Павловне надо подобрать соответствующий гардероб. Нам в первую очередь требуется бальное платье для приема в Дворянском собрании. Времени осталось немного, но вы же постараетесь?

– Безусловно, все будет готово к сроку. Екатерина Павловна, пожалуйте за мной, – модистка пригласила девушку в соседнюю комнату, с достоинством, но любезно раскрыв перед ней дверь и пропуская вперед.

Примерочная была небольшой, но обставленной с не меньшим вкусом, чем главный зал ателье. Множество зеркал, пуфики, кресла, причудливые ширмы и бесконечные букеты в напольных вазах. Две молоденькие помощницы модистки помогли Екатерине раздеться и начали быстро и привычно снимать мерки.

– Вы сложены намного лучше графини Рокотовой, – не удержалась одна из помощниц.