Мария Геррер – Леди-трактирщица, или Всего лишь дочь рыцаря (страница 3)

В пансион зачастили матери учениц с модистками. Девицы листали модные журналы, подбирая бальные наряды.

Модистки уговаривали матерей не ограничивать фантазий дочерей – ведь возможно уже на этом балу милую девушку присмотрит какой-нибудь достойный дворянин и уже через полгода по выпуску из пансиона сделает предложение руки и сердца.

Элинора порадовалась, что в ее распоряжении есть гладильная комната. Вечерами она перешивала платье, в котором так неудачно дебютировала в прошлом году. Тогда ее первый зимний бал в пансионе прошел просто ужасно. После того провала на летний бал она не пошла. Предпочла уехать в родной городок Лурас и помогала в трактире тете.

Но сейчас девушке захотелось покрасоваться на празднике. Она и сама не знала, что ждет от бала. Но ей мечталось, что произойдет нечто необычное, волшебное.

Элинора полистала модные журналы, что лежали на столике в библиотеке. Хозяйка пансиона считала – ее подопечные должны следить за модными тенденциями, чтобы не выглядеть вульгарно. Жаль, что год назад Элинора не сообразила посмотреть их. Хотя у нее все равно не было времени что-либо исправить в старомодном тетином платье.

Теперь девушка до поздней ночи задерживалась в гладильной. Она знала, как ей перешить злосчастное платье. Постепенно старомодный наряд стал приобретать элегантный силуэт. Элинора безжалостно расставалась с оборочками, убрала пышные рукава, избавилась от банта на талии.

Раз бал зимний, то и наряд должен соответствовать. Вместо цветов его будут украшать снежинки. Платье будет искриться как снег под лучами зимнего солнца. А бахрома на декольте и по краю рукавов станет похожа на иней.

Этим вечером Элинора так увлеклась шитьем наряда, что легла поздно и едва не опоздала на первый урок. День не задался с самого начала. Девушка получила выговор от преподавательницы за невнимание. Элинора и правда клевала носом. Ей страшно хотелось спать. Все-таки допоздна за работой лучше не засиживаться.

На большой перемене ученицы направились в столовую на обед.

– Кто это, кто? Ах, какой красавчик! Душка, прелесть! – к окну припали несколько девушек. Остальные из любопытства последовали за ними.

Элинора тоже решила взглянуть, что такого интересного за окном. Она подошла к девушкам, с любопытством глядящим вниз и приподнялась на цыпочки.

Из экипажа, запряженного парой вороных, вышел молодой, элегантно одетый мужчина. Элинора сразу же узнала его. Это он несколько дней назад не позволил ей свалиться с лестницы.

Сердце почему-то замерло, а потом бешено забилось.

– Вы и правда не знаете, кто это? – Ивонна бесцеремонно растолкала девушек и пробралась к окну. – Это же молодой герцог Адриан Ренар.

– Правда? Тот самый? Откуда ты знаешь? Зачем он приехал? – посыпались на Ивонну вопросы.

– Значит, вы понятия не имеете, что метресса Флиминг его тетя по материнской линии? Удивительная неосведомленность, – презрительно скривила губы Ивонна. – Он недавно вернулся из заграничного круиза. Путешествовал год. Целый год, представляете? Наши семьи дружат, – не без гордости заметила Ивонна.

Так вот к кому приходил молодой герцог. Элинора поняла, почему он поднимался по лестнице жилого корпуса. Конечно, он шел к директрисе – своей тете.

Ученицы слушали Ивонну раскрыв рты, а та наслаждалась вниманием. Она выложила все, что знала о молодом герцоге. Ивонна даже намекнула, что возможно Адриан посетит зимний бал. Разумеется, только ради Ивонны. Они друзья детства и давно не виделись.

Элинора подумала, что это мало похоже на правду. Будь это так, Ивонна бы давно всем прожужжала уши о таком знатном друге. Тщеславие Ивонны всегда удивляло Элинору. Так что если бы они с герцогом были дружны, то наверняка бы об этом знал весь пансион.

Однако, если Адриан Ренар посетит бал, это будет замечательно. Он обязан будет танцевать с каждой из девушек. Значит, Элинора снова ощутит тепло его рук на своей талии… Глупо даже думать об этом… Но сердце девушки продолжало биться неровно и это было так приятно!

Глава 3

После занятий Элинора направлялась к кастелянше, чтобы получить от нее распоряжение. Но по дороге ей попалась горничная метрессы Флиминг.

– Госпожа директриса желает, чтобы вы приготовили чай. Немедленно. С жасмином. И побыстрее, – поторопила девушку горничная.

Последнее время метрессе Флиминг доставляло удовольствие заставлять Элинору чувствовать себя прислугой. Причем прилюдно. Как только к ней приходила с визитом матушка какой-нибудь ученицы, она тут же посылала за Элинорой и требовала подать чай, или принести сладости, или салфетки. Или вообще накрыть на стол.

Но девушка и в этой ситуации не теряла самообладания. Раз она должна отрабатывать учебу, она это сделает. Ничего унизительного в своих обязанностях она не видела. Даже полы можно мыть с достоинством королевы!

Элинора поспешила на кухню и заварила чай. Она отлично умела это делать. Так же, как и готовить. Этому ее научила тетушка Агнесса. Раз у них есть трактир, хорошо готовить Элинора просто обязана. А еще мыть посуду, следить за чистотой и держать в идеальном порядке кухонную утварь.

Водрузив чайные приборы на поднос, Элинора поднялась в кабинет директрисы. Постучала кончиком туфельки в дверь и дождавшись важного «войдите», толкнула бедром резную створку.

Поднос дрогнул в руках девушки. За чайным столиком, рядом с метрессой Флиминг сидел молодой герцог Адриан.

– Что вы замерли, милочка? – поинтересовалась директриса. – Поставьте все на стол, разлейте чай. Да поосторожнее. Вы удивительно неуклюжи.

Взгляд герцога скользнул по Элиноре как по пустому месту.

– Я, право, не знаю, дорогая тетя… – продолжил он прерванный разговор. – У меня были другие планы…

– Я тебя умоляю, Адриан. Твое присутствие на балу придаст ему значимости. И, возможно, тебе приглянется кто-то из моих подопечных. Девушки из очень достойных семей.

– Это вряд ли, я не хочу спешить с выбором жены.

– Я не заставляю тебя жениться. Просто приглядись для начала. Приходи, обязательно приходи на бал. Ради меня, – игриво склонила голову набок метресса Флиминг. – Ты будешь самым почетным гостем.

– Хорошо тетя, я постараюсь быть.

Они разговаривали так, словно Элиноры не было в комнате. Впрочем, на присутствие прислуги никто внимания не обращает. Девушка разлила чай по чашкам и вышла.

Ей было обидно. Тогда, на лестнице, а глазах Адриана горел неподдельный интерес. Пусть он длился всего мгновение, но девушка успела заметить его. А сейчас герцог едва посмотрел на нее. Потому что принял за горничную.

Но он будет на балу. Значит, у Элиноры будет возможность как минимум один раз потанцевать с ним. Тогда он будет смотреть на нее не так, как сейчас, а как на равную.

Разумеется, глупо даже думать о молодом герцоге Ренаре. Но мысли Элианы все равно упорно возвращались к нему. Она не могла забыть его серых глаз, которые смотрели на нее с лукавинкой и интересом, чувствовала тепло его рук. И то, как он бережно поставил ее на пол.

Глупо, глупо, ужасно глупо! Элина сердито тряхнула головой. Но вечером с удвоенной энергией принялась за шитье бального наряда.

Словно нарочно всю неделю накануне бала Элинора была занята не столько учебой, сколько помощью кастелянше. Она перегладила горы простыней, наволочек и пододеяльников. Потом метресса Флиминг пожелала, чтобы девушка помогла на кухне начистить медные сковороды. Разумеется, после этого руки Элиноры стали черны и походили на руки простолюдинки.

Похоже, именно этого и добивалась директриса. Очевидно, что присутствие на зимнем балу какой-то выскочки из низших слове общества не радовало хозяйку пансиона. Но и запретить девушке появляться там она не могла – Элинора исправно выполняла все порученные задания и добросовестно отрабатывала долг.

Элинора с сожалением посмотрела на свои руки. Ладно, пусть вокруг ногтей черно, и отмыть въевшуюся грязь невозможно. Это дело поправимое. Девушка достала из шкафа коробку. Там она хранила разные снадобья. В том числе бесцветный лак для ногтей. Только таким разрешалось пользоваться ученицам пансиона.

Девушка добавила в него пыльцу, собранную с тычинки цветка кувшинки-серебряницы. Ее используют при изготовлении лекарства от простуды. Но почему бы не смешать ее с лаком? Ради бала девушкам из выпускного класса разрешают красить брови, ресницы и губы. Даже наносить румяна. Элинора этим не пользовалась и не собиралась использовать подобные ухищрения.

Зато можно сделать себе серебряные ноготки! Эту же пыльцу она нанесет на прическу и волосы словно припорошит сверкающий снег.

Платье получилось изумительным. Все-таки чему-то полезному в пансионе Элинора научилась. Шить и вышивать девушек учили ради старинного обычая – невеста должна приготовить хотя бы одну вещь из приданного своими руками. И прочитать над ней заговор на любовь и верность супруга. Правда, заговор действовал далеко не всегда. То ли его слова давно были искажены, то ли он вообще носил чисто ритуальный смысл. Так или иначе, но мужья нередко изменяли своим женам.

Утром накануне бала в пансионе царила суета и неразбериха. Приехали родители учениц. И не одни. Они привезли с собой парикмахеров, модисток и еще массу прислуги, которая должна была помочь девушкам блистать на торжестве.