Мария Геррер – Дневник бешеной моли (страница 10)

– Спасибо, Лёша, – я была ему очень признательна.

– Ничего не стоит, – заверил он меня.

Ночная прохлада слегка освежила голову. Такси, похоже, задерживалось. Неожиданно Алексей развернул меня к себе и крепко обнял, нагло лапая мою задницу. Он мерзко ухмылялся и смотрел на меня как на полную идиотку. Я попыталась вырваться, но силы были неравные.

– Ты что? – возмутилась я. – С дуба рухнул?

– Вижу, соскучилась по мужику. У тебя все на лице написано. Я тебе нравлюсь, так не кобенься, поцелуй меня, Кирочка.

– Рехнулся, придурок? – тихо прорычала я. – Пусти!

Лёша гаденько усмехнулся:

– Пустить? Да, пожалуйста!

Я снова дернулась. Алексей разжал руки, отпустил меня и отступил в сторону. Судорожно взмахнув руками, я с размаху плюхнулась на асфальт. Прямо на задницу. Больно и нелепо. Раздался дружный смех.

– Ну, точно, бешеная моль! – радостно вынесла вердикт Ленка.

Она стояла рядом с Алексеем и презрительно ухмылялась. Похоже, весь наш отдел высыпал посмотреть, как я сижу перед рестораном в вечернем платье, пьяная в стельку. Я попыталась встать, но голова сильно кружилась, ободранные ладони саднило. И я ничком упала на асфальт.

И это было не самое худшее. Я подняла глаза. Прямо передо мной стоял Олег. Остатки здравого смысла вспыхнули в моем мозгу, и я поняла, что надо мной очень жестоко пошутили. Моя репутация была загублена раз и навсегда.

Я смотрела на Олега снизу вверх, и мне хотелось умереть. Прямо тут, перед этим проклятым рестораном. Снова попыталась встать, но сил не было.

Олег молча помог мне подняться, отряхнул платье и посадил на парапет. Потом подошел к смеющемуся Алексею и резко ударил его в глаз. Короткий и меткий удар отправил сына депутата Калинина в нокаут. Взвизгнули дамы, Ленка и Марина Леонидовна кинулись поднимать Алексея, но тот сердито отстранил их.

– Ты сильно пожалеешь, – процедил Лёша, вытирая разбитый нос и становясь на четвереньки, пытаясь подняться. – Ты знаешь, кто я?

Олег проигнорировал вопрос и сгреб его за грудки:

– Никогда не обижай тех, кто слабее тебя, гаденыш! Тебя этому родители не учили?

Очередной удар в челюсть вернул Алексея в горизонтальное положение. Ленка хлопотала вокруг него, причитая и пытаясь поднять дорогого Лёшеньку с помощью начальницы, которая тоже охала и ахала на все лады.

Я гордо вскинула голову, поднялась во весь рост, расправила плечи и победно посмотрела на Алексея. Дальше все было как в тумане. Голова снова закружилась, и я, кажется, полетела в пропасть.

Олег подхватил меня на руки. Я уткнулась ему в плечо. Мне вдруг стало невероятно стыдно и слезы потекли по моим щекам. Потом я поняла, что лежу на заднем сиденье большого автомобиля.

Сиденье пахло кожей. А я была укрыта мягким пледом. Я снова всхлипнула, представив, что теперь обо мне говорят коллеги, и с каким удовольствием они перемывают мои кости.

– Все хорошо, не переживай, – Олег оглянулся на меня через плечо. – Ты где живешь?

– А ты не знаешь? Шпионы не доложили? – я почему-то вспомнила, что он наводил обо мне справки, и мне стало еще обиднее и горше.

– Не доложили, – признался он.

– Тогда брось меня тут… Я хочу умереть… Не мешай мне…

– Понял.

Утробно заурчал двигатель, и я провалилась в липкую темноту.

Последнее, что угасающей звездой вспыхнуло в моем пьяном мозгу, было: «Кира, ты редкая дура… Алексей сволочь, Ленка сука… А как сюда попал Олег?»

Глава 8

Яркий солнечный свет проникал через неплотно закрытые шторы и слепил глаза. Я лежала на огромной кровати, и шелковые простыни приятно холодили мое обнаженное тело. В комнате царил таинственный полумрак. Я попыталась понять, где нахожусь и как сюда попала. Ничего путного на ум не приходило.

Комната была большая. Обставлена современно и, судя по всему, дорого. С высоченного потолка свешивалась креативная люстра, похожая на айсберг.

Завернулась в простыню цвета шампанского и соскользнула с кровати, едва не упав. Голова кружилась. Я подошла к окну и отдернула тяжелую шелковую портьеру. Гладкий мраморный пол холодил ступни. Окно было во всю стену, до пола.

Я зажмурилась от яркого света. У моих ног лежал Златогорск, подернутый легкой сизой дымкой. Белые облака стремительно летели по небу. Ветреный апрель трепал верхушки деревьев. Очевидно, утро в самом разгаре. Часов одиннадцать, не меньше.

Я в отеле? Непохоже… Как я здесь очутилась? Ох, лучше бы не вспоминала…

Перед глазами возникла довольная рожа депутатского сынка, в ушах зазвенел веселый смех сотрудников отдела. Моя карьера в лучшей аудиторской фирме города бесславно завершилась. Теперь Ленка точно займет мое место. Она давно пыталась подсидеть меня. И я вот так просто попалась в ее ловко расставленную ловушку.

Красавец Лёшенька меня подпоил. Однозначно что-то подмешал в коктейль. Очень надеюсь, что не наркоту. Возможно какой-нибудь антидепрессант. Кажется, именно их подмешивают в клубах в алкоголь для того, чтобы девушки теряли самоконтроль и вели себя раскрепощенно. А точнее, как шлюхи.

Но я же не ребенок, могла бы догадаться, что наши милые дамы состроили заговор против меня. И возглавит его Ленка. Поверила, наивная дура, что меня оставят в покое. Ага, как же!

Тем не менее, куда же меня занесло? Роскошная обстановка. Очевидно, все-таки, спальня в пентхаусе, а не в отеле. Очередная вспышка памяти острой болью пронзила мой измученный мозг.

Меня забрал Олег. И привез к себе? Зачем? Зачем ему бешеная моль, да еще и в невменяемом состоянии, пьяная как грузчик на рынке? Может, он все-таки извращенец?

У постели на полу, сложенные аккуратной горкой, лежали мои вещи. Сверху на них стояли черные замшевые туфли на шпильке. Похоже, это я все так сложила. Не Олег же?

Подняла платье и осмотрела его. Порвано на боку по шву, видимо, когда я упала. Сзади все в пыли. Конечно, я же сидела на асфальте. Чулки в дырах. Хорошо, хоть белье цело.

В дверь осторожно постучали. Я прыгнула в постель и плотнее завернулась в простыню. Стук повторился. Кто бы это мог быть? Олег?

– Войдите, – крикнула я, и мысленно сжалась.

Вспомнить бы, что тут было ночью…

На пороге появилась приятная женщина лет сорока с небольшим, в белоснежном фартуке. Она держала поднос, на котором дымилась чашечка с кофе. Рядом расположился крохотный молочник, и на блюдечке поблескивали золотистыми обертками конфеты.

– Доброе утро, – приветливо проговорила она.

– Доброе, – почти шепотом ответила я и съежилась еще больше.

Вот реально, превратиться бы сейчас в моль и улететь отсюда куда подальше. И чтобы обо мне все забыли. Хотя бы на некоторое время…

      Женщина поставила поднос на край кровати.

– Простите, а не подскажете, где я? – смущенно поинтересовалась у нее.

– Это квартира Олега Александровича, – любезно и без тени иронии ответила она мне. – Олег Александрович ждет вас к завтраку через полчаса в столовой. Вниз по лестнице и потом направо, через гостиную.

Женщина указала на дверь в углу спальни:

– Если желаете освежиться, ванная тут. Халат в шкафчике у раковины. Правда, мужской: другого, увы, нет.

Она снова улыбнулась мне и бесшумно вышла из комнаты, плотно закрыв дверь. Я залпом выпила кофе и почувствовала себя бодрее.

Прохладный душ окончательно вернул к жизни, и мне стало совсем плохо от нахлынувших воспоминаний. Такой дурой я себя еще никогда не ощущала. Вода освежала тело и голову, белая пена пузырилась, стекала по коже и щипала ладони. Я осмотрела себя.

Ладони покрыты ссадинами. На одном колене наливался синяк бодрого фиолетового цвета среднего размера. На пятой точке тоже, похоже, синяк. От незапланированного приземления на асфальт. Да уж, хорошо я вчера отдохнула, нечего сказать! Половину событий не помню. Впрочем, может это и к лучшему.

Халат, очевидно, принадлежал Олегу, и я утонула в нем. Мягкая махровая ткать приятно окутала тело. Тапочки были тоже сильно велики.

По широкой винтовой лестнице я спустилась этажом ниже, миновала просторную гостиную, отделанную со вкусом и очень современно – блестящий хром, стекло, черный гранитный пол, в котором все отражается, как в зеркале.

Подол халата волочился за мной, как небольшой шлейф. Тапочки постоянно сваливались, а полы моего роскошного туалета распахивались при каждом движении и совершенно неприлично обнажали ноги. Выглядела я ужасно, особенно учитывая живописный синяк на колене.

В отличие от гостиной столовая была выдержана в классическом стиле. Длинный стол на двенадцать персон окружали стулья с высокими резными спинками. По стенам картины и гобелены. С высокого лепного потолка свешивается огромная, сверкающая холодными искрами хрустальная люстра. Паркетный пол с инкрустацией – как во дворце. На окнах тяжелые шелковые портьеры глубокого бордового цвета.

Во главе стола сидел хозяин этого великолепия и лукаво мне улыбался:

– С добрым утром, Кира.

– С добрым утром, – выдавила я, присев с края стола на самый кончик стула.

– Как спалось?

– Неплохо. Наверное… – промямлила в ответ.