Мария Галина – Ведьмачьи легенды (страница 38)
— Слышишь, Райнар, он нам угрожает! Один жирный засранец угрожает всей команде «Брендана», это ж надо!..
— К тому же, — как ни в чём не бывало продолжал ведьмак, — вряд ли вам не хватает обычных головорезов. Мозгов в их головах — да, пожалуй...
Райнар оскалился в усмешке:
— Напомни мне, много ли ты знаешь команд, плававших под чёрным флагом больше двух-трёх лет? Обычно хватает пятнадцати-восемнадцати месяцев. Одни наживают богатство и навсегда сходят на берег. Другие, уверовав в собственную неуязвимость, попадаются. Третьи просто выжигают отпущенный им запас удачи — и гибнут от пуль, от инфекций, от штормов или диких тварей. Мы ходим в этих водах семь лет, а капитан наш и того дольше. Думаешь, на одном фарте?
— Интересней другое: почему так долго. — Это прозвучало не как вопрос — скорее как диагноз.
— В своё время узнаешь, — кивнул Райнар. — Если окажешься настолько хорош, как о тебе говорят.
Ведьмак обернулся: «Слепой Брендан» уже проступал из тумана. Старое, но всё ещё достаточно надёжное судно. Похоже было на то, что совсем недавно его кренговали: борта были чисты, ни ракушек, ни водорослей. Новые снасти и новые паруса.
А вот команда, видимо, прежняя. Средний возраст пиратов обычно не превышал тридцати пяти лет, редко кто доживал до сорока. На «Брендане», если верить слухам, в основном ходили люди за сорок. Опытные? — да, но уже не такие проворные, как прежде.
Они точно знали, чего хотят. И для этого «чего-то» теперь им понадобился ведьмак.
— Хорош? — переспросил он. — Любопытная дефиниция. Вы уверены, что не ошиблись? Может, вам следовало похитить пару-тройку монахов?
Райнар не ответил. Он всё ещё скалился, но глаза уже закатились, голова медленно откидывалась назад.
— С другой стороны, — пробормотал ведьмак, — от монахов сейчас было бы мало толку.
Он бросил весло, взял сумку и склонился над беспамятным пиратом.
За спиной, пытаясь в одиночку управиться с лодкой, хрипел и рычал Тередо...
3
— Умрёт ли? — переспросил ведьмак. — Обязательно. Все мы смертны, капитан.
Он оглядел каюту и опустился на громоздкий сундук с накладками в виде кракенов. Шляпки гвоздей были им вместо глаз, кованые щупальца тянулись во все стороны, переплетаясь вокруг замочной скважины.
— Крови, — продолжал ведьмак, — вытекло много. Пулю я извлёк, рану обработал и перевязал. Дальше... как повезёт. Но я бы особо не рассчитывал.
Капитану было за пятьдесят, и звали его Ахавель. Переселенцы одно время давали своим детям такие вот выдуманные псевдоэльфийские имена, верили, что это приносит удачу: эльфы отправились на Запад, и мы, мол, туда же... Тогда вообще было в моде всё эльфийское.
По иронии судьбы сам капитан меньше всего напоминал _
— Кстати, о расчётах, — сказал ведьмак. — Ваши люди очень уж настаивали, так что мне пришлось покинуть судно Компании. И таким образом — нарушить контракт. Не знаю, возьмут ли меня снова на борт, но в любом случае придётся платить неустойку. Чертовски большую неустойку.
— Покинув судно Компании, — в тон ему отозвался Ахавель, — вы тем самым спасли людей от смерти, каравеллу от гибели, Компанию от убытков. Однако на «Брендана» мы пригласили вас отнюдь не для развлекательной прогулки, и резонно было бы сразу обсудить условия. Они просты, мэтр Журавль. Вы плывёте с нами и защищаете судно и команду. Затем получаете награду, — он назвал сумму, и ведьмак присвистнул.
— Три тысячи фабиольских дукатов?
— В любом устраивающем вас эквиваленте. Монеты, драгоценности, векселя.
— Даже векселя?
— В трансконтинентальном банке Джианкарди. Всё абсолютно законно. Вы же понимаете, по-другому и быть не может: иначе мы просто не продержались бы на плаву столько лет. Есть доверенные люди, есть способы... Деньги чистые, не беспокойтесь.
— Выращиваете репу на досуге? Расписываете своды в храмах Пельпероны? Разводите кроликов?
— Вкладываю средства в акции Компании, — усмехнулся Ахавель. — И не только. Однако, мэтр Журавль, мы здесь не для того, чтобы обсуждать тонкости моей финансовой политики.
— В самую точку, капитан. Поговорим-ка о том, для чего вам понадобился ведьмак. Прежде вы как-то обходились своими силами. И Вересковый взяли, и с охранниками в гурчианском храме справились, и с людьми вице-губернатора. А то нападение на караван с золотом!.. Надо полагать, всё это изрядно способствовало росту акций Компании.
Ахавель слушал его с едва заметной улыбкой на устах. Наконец кивнул:
— Всё так, мэтр Журавль. Но нынче особый рейс. Последний для «Слепого Брендана».
— Да, Райнар говорил, что после этого якобы все отправятся на берег. Вы-то сами в это верите, капитан? После стольких лет — разом взять и со всем покончить? Хватит духу?
— Я не верю, — сказал Ахавель. — Я знаю. — Он вскинул руку: — Слышите, как скрипят снасти, чувствуете движение? Пока вы заботились о судьбе Райнара, поднялся ветер. Значит, уже скоро. Вам бы отдохнуть, мэтр Журавль. Скоро начнётся. До Межи сутки ходу.
— А что дальше?
— Курс на север-восток. За Межу, в Безумное море.
— Туда, где после Второго Сопряжения Сфер до сих пор не вполне срастились миры? Где, если верить великому Годфруа Альцедору, «завтра играет в пятнашки со вчера, а звёзды стекают по своду небес слезами едкими», где «нет ничего надёжней морской зыби и ничего вернее суждений юродивого»? Отчего бы вам просто не выпрыгнуть за борт, капитан?
— Потому что, — сказал Ахавель, раскуривая трубочку, — мне нужно кое-что отыскать там. Нам всем нужно отыскать. Так что идите и отдохните как следует, мэтр Журавль, — пока ещё есть на это время.
4
Слепой Брендан, вскинув руки, воздел над головой меч. На глазах — чёрная повязка, на лице — решимость и гнев.
Совсем недавно его покрасили заново, но даже в худшие свои годы, облупленный и исцарапанный, Брендан выглядел свирепо. Его прообраз — некий фабиольский судья — ослепил себя, чтобы оставаться непредвзятым. Судья наводил страх на злодеев, деревянный Брендан — на честных мореплавателей. Первый разил во имя справедливости, второй — ради обогащения, и оба были по-своему беспощадны.
Ведьмак стоял на баке и смотрел, как пёстрая фигура с мечом летит над волнами. Справа — со значительно меньшей поспешностью — вздымалось из пучин пылающее солнце.
— Добро пожаловать. — Говоривший подошёл, шаркая по палубе левой ногой: давал понять, что не пытается подобраться незаметно.
Ведьмак обернулся.
— Рады видеть вас на палубе «Слепого Брендана». — Это был старик, лет за восемьдесят, а то и больше. Низенький, согбенный, дряблокожий. Пучки седых волос торчали из ушей, жались к лысине. А вот взгляд голубых глаз был на удивление ясным. — И спасибо за Райнара, мэтр. Мойрус сразу и с ним, и с Мо не управился бы.
— Считайте, я возвращал долг. — Стефан кивнул на матросов, сновавших по вантам. — Они знают, куда мы идём? Вы — знаете?
— О, разумеется, мэтр, разумеется! Мы дружная команда, вот что я вам скажу.
— Ничто так не объединяет, как совместные грабежи?..
Старичок спокойно кивнул:
— Грабежи и убийства. Приятно иметь дело с понимающим профессионалом, милсдарь Журавль. О вас ходят легенды, вы знаете? Та история с грифоньими камнями и супницей... я слышал то ли две, то ли три баллады о ней.
Ведьмак пожал плечами и разгладил усы.
— Думаю, вы достаточно повидали в этой жизни, чтобы не верить балладам. И сказкам.
— Я повидал достаточно, чтобы верить и тем и другим. Но, — спохватился он, — что ж это я, даже не представился! Я здешний кок, а зовут меня Ренни Печёнка. Пойдёмте, покажу наш арсенал. Вообще-то это должен был сделать Мо, однако... ну, вы сами знаете.
Они двинулись к гроту. Старик жестом попросил дать ему руку и шёл, опираясь, иногда пальцы чуть подрагивали. Ведьмак старался идти медленней, подстраиваясь под его шаг. Заодно приглядывался к команде, мысленно завязывал узелки на память.
Матросы провожали эту пару любопытствующими взглядами, некоторые кивали или салютовали. Ведьмак не сразу сообразил, что приветствуют не старого Ренни, а его самого.
— Рады видеть вас на палубе «Слепого Брендана». — 1 >то был старик, лет за восемьдесят, а то и больше. Низень- кий, согбенный, дряблокожий. Пучки седых волос торчали из ушей, жались к лысине. А вот взгляд голубых глаз был на удивление ясным. — И спасибо за Райнара, мэтр. Мойрус сразу и с ним, и с Мо не управился бы.
— Считайте, я возвращал долг. — Стефан кивнул на матросов, сновавших по вантам. — Они знают, куда мы идём? Вы — знаете?
— О, разумеется, мэтр, разумеется! Мы дружная команда, вот что я вам скажу.
— Ничто так не объединяет, как совместные грабежи?..
Старичок спокойно кивнул:
— Грабежи и убийства. Приятно иметь дело с понимающим профессионалом, милсдарь Журавль. О вас ходят легенды, вы знаете? Та история с грифоньими камнями и супницей... я слышал то ли две, то ли три баллады о ней.