Мария Галина – Герои. Другая реальность (страница 46)

– Жена, что-нибудь неладно в замке?

– Всё благополучно, мой господин. Закрома полны; в погребах тесно от бочек с благоуханным вином; кони нетерпеливо бьют копытами в стойлах, они сыты и полны сил. Всё благополучно, господин...

– Тогда что? – передёрнул плечами муж.

Леди потупила глаза:

– Не кажется ли благородному тану, что его нынешнее положение... несколько не соответствуют его острому уму, несомненной храбрости, высокому благородству...

В серых, выпуклых глазах мелькнуло недоумение.

– Куда ты клонишь? – Макбесад побарабанил по столу толстыми пальцами и слегка наморщил лоб.

– Я только подумала, достоин ли своего престола властелин, так легко уступивший чужаку, захватчику...

– Я тоже подчинился королю Кнуту! – грохнул кулаком по столу тан, – и не суди о вещах, о которых не имеешь ни малейшего понятия, женщина!

– Я не смею судить или советовать, господин, – смиренно отвечала леди Граух, – однако... Благородный Макбесад, ты имеешь все права на престол. Король Малькольм немощен и несмел. Твой кузен не чета тебе, благородный тан. И сын его вряд ли сможет стать сильным владыкой.

Тан потёр лоб тыльной стороной руки:

– Ты понимаешь, что говоришь?

– Этим стенам можно доверять, – прошептала Граух, – если мы подчинимся естественному ходу вещей, мой любимый, слабый король Малькольм протянет ещё много лет, и после него престол займёт недостойный наследник. Это станет концом королевства Альба, мой тан... Ты этого хочешь?

На какое-то время в комнате стало так тихо, что слышно было, как в очаге потрескивают поленья и трещит где-то сверчок. За стенами замка собиралась унылая ноябрьская хмарь.

Тан смерил жену тяжёлым взглядом. Леди взмахнула ресницами:

– Милый, если бы за этой самой дверью нас ожидала великая судьба, она не стала бы ждать вечно... Мой король, – Граух склонилась в глубоком поклоне.

Тан не сводил глаз с жены. Он молчал. Грубые пальцы, – руки простолюдина, а не аристократа, – сжались в кулак, расслабились. Вот он провёл тыльной стороной руки по лбу, будто бы отирая пот.

Макбесад с силой ударил по столу:

– Нет!!

– Но, любимый...

– Я сказал: нет!!! – заорал тан, вскакивая. – Этого недостаточно? И не смей давать мне дурацкие советы! Вон – по своим женским делам!!!

Граух провела рукой по лицу и улыбнулась:

– Вы взбешены, мой тан. Значит, в моих словах была доля правды.

Макбесад мрачно смотрел на огонь. В голове у него звенело, не переставая:

Хвала Макбету, королю...

Дередере никак не могла отделаться от навязчивой головной боли. Яркие алые нити раздражали глаза.

– Кровь, – прошептала молодая ведьма, – кровь и земля... Комья глины, чернозёма, песка должны засыпать кровь – и не могут. Кровавая мантия будет сиять сквозь пласты почвы и слои костей, сквозь горы мусора и черепов, сквозь грубую ткань времени...

– Я вижу, работа продвигается плохо, – раздался голос от дверей, – что ж, могу помочь.

– Не помню, чтобы я вас приглашала, почтенная матушка – Дередере неприязненно глянула на Гекстильду.

– Мне уйти? – дама слегка растянула в улыбке тонкие губы.

– Нет, что вы. Я ни в коем случае не гоню вас. Я не посмела бы....

– Вот и прекрасно. Я думаю, ты уже поняла: этот тюфяк не убийца, но жена его смогла бы, при определённых обстоятельствах...Однако леди в расчёт брать не стоит. Мантия должна потянуться именно за Макбесадом. Что из этого следует?

– Что из этого следует? – растерянно повторила Дередере

– Из этого следует, глупая, что нам пора заняться поисками убийцы.

Ведьма брезгливо смахнула пыль с лавки и села.

– Я думаю: надёжней всего создать убийцу. Болотный голем вполне подойдёт, – проговорила Гекстильда

– Болотный голем?

– Ты хочешь сказать, что не знаешь этого заклятия?

– Да. Но невинная жертва...

– Запомни, милочка, наше ремесло не терпит чистоплюйства. Так и быть, эту часть я возьму на себя.

Дередере только кивнула, не в силах противиться.

Гекстильда вышла из домика, прошуршав юбкой.

Деревенька совсем не впечатляла: лужи, грязные заборы, покосившиеся домишки. Впрочем, большинство человеческих селений таковы. Осмотревшись, ведьма заметила неподалёку грязного курносого мальчишку с соломенными волосами; он старательно сопел, вырезая из подобранной в ближнем лесу ветки дудочку.

– Поди сюда, – поманила его Гекстильда.

Парнишка потоптался в нерешительности – и подошел.

– Заработать хочешь? – улыбнулась колдунья

– А то! – мальчишка просиял и «по-взрослому» вытер нос рукавом грязной рубахи.

– Тогда пойдём.

Гекстильда протягивала Дередере жертвенный нож с широким лезвием.

– Ну же! Это твоё заклинание!

Мальчишка жалобно повизгивал на каменном алтаре.

– Или ты пожалела человечье отребье? – прищурилась Гекстильда

Дередере нерешительно протянула руку за ножом. Пальцы обхватили холодную рукоять, чувствуя жар тёмного лезвия, старинного лезвия, жадного до крови. Юная ведьма зажмурилась, – и отшвырнула нож в сторону.

Гекстильда мгновенно кинулась за ним.

– Тряпка, – прошипела старая ведьма, отходя от ещё вздрагивающего в конвульсиях тела жертвы, – набирай кровь и пойдём.

Болото встретило их настороженной тишиной. Даже лягушки, не умолкающие обычно в этот час, притихли.

– Запомни, – наставительно, сказала Гекстильда, – настоящему заклятию сопутствует такая немота. Это так и называется – круг немоты. Правило сотворения Голема помнишь?

– Не вам меня учить, матушка! – зло сказала Дередере. И добавила чуть слышно:

– Сама разберусь.

– А уложение об оскорблениях чести? – со зловещей мягкостью прошептала старшая ведьма

– Слово произнесено! – неожиданно согласилась Дередере и упрямо вздёрнула подбородок.

Гекстильда покачала головой:

– А ты вспыльчива. И упряма. Условия поединка обсудим после... когда будет готова Кровавая мантия.

– Боитесь? – произнесла Дередере спокойно, в упор разглядывая колдунью

Гекстильда молчала некоторое время, затем подняла с земли гнилой сучок и швырнула его в трясину: