Мария Галдина – Половинки и четвертинки (страница 4)

Первые мысли после всего услышанного заставили пожалеть того малыша, которого все покинули. Чуть позже пришло осознание, что этот малыш всё еще живет в нем, во взрослом и пытается найти или заменить родных и когда-то близких ему людей, закрыть эту большую зияющую рану, оставленную после их смерти.

Ханна пообещала себе в тот момент сделать всё от нее зависящее, чтобы облегчить его муки, заглушить его боль и подарить тепло домашнего уюта, вдохнув новую жизнь в эту квартиру. Но был ли готов к этому Мистер Шотландец? - это был хороший вопрос без ответа.

Близилось уже начало лета, когда было решено начать ремонт квартиры Мистера Шотландца. В ближайшие выходные уже должны были приехать рабочие и оценить объем работ. Необходимо было обсудить с ними выбор материалов и желаемые цветовые предпочтения, выбор последних полностью был на совести Ханны. Она уже представляла, как светло-зеленый цвет освежит гостиную, а персиковый внесет уют и спокойствие в спальню. Кухня обязательно должна быть бирюзовых тонов с милой цветочной шторкой и удобными креслами. Перемены были просто необходимы как самой квартире, так и ее хозяину.

Ханна и Мистер Шотландцев были вместе уже больше полугода, впереди их ждало много веселых и добрых дней, и конечно свадьба. Все перечисленные мероприятия вдохновляли Ханну, хотя насчет свадьбы торопиться она не хотела, а он наоборот терял легкость и праздность отношений и хотел поскорее сделать их официальными. И это беспокоило Ханну, ей хотелось побольше узнать его, прежде, чем она свяжет свою жизнь с ним. Протянуть время удалось лишь до момента окончания ремонта, дальше было решено подавать заявление на регистрацию брака. Оставалось несколько месяцев на раздумья.

Ханна сидела у окна, глядя на серые облака, медленно плывущие по небу. В ее руках дрожала чашка чая, а мысли, казалось, крутились в водовороте сомнений, из которого не было выхода. Свадьба. Это слово звучало в ее голове эхом, вызывая одновременно радость и страх.

Мистер Шотландец был ей дорог. Он был добрым, заботливым и терпеливым. Он любил ее так, как, возможно, никто не любил раньше. И все же, что-то внутри нее отказывалось принимать этот шаг как само собой разумеющееся.

— Ты сомневаешься, да? — голос подруги, пробравшийся сквозь ее размышления, заставил Ханну вздрогнуть.

Она обернулась и встретилась с проницательным взглядом Лили. Ханна кивнула, не в силах солгать.

— Я не знаю, что со мной. Я ведь люблю его... наверное, — последние слова прозвучали так тихо, что их было едва слышно.

— Но ты не уверена?

— Именно, — Ханна вздохнула, ставя чашку на подоконник. — Всё кажется правильным: он идеальный мужчина, мои родители одобряют его, мы мечтали об этом дне... А я вдруг не уверена. Может, со мной что-то не так?

Лили села рядом, сжав ладонь подруги.

— Нет, с тобой всё в порядке. Просто это огромный шаг. Ты боишься, потому что понимаешь, что это не игра. Брак — это ответственность. И ты должна быть уверена, что хочешь этого.

Ханна закрыла глаза. В голове всплывали моменты счастья рядом с ним: долгие прогулки, вечерние разговоры, его тепло. Но вместе с тем — тень страха. Она не могла объяснить его природу, но он был реален.

— А что, если я совершу ошибку? — прошептала она. — Что, если через год я пойму, что ошиблась?

— Тогда у тебя будет выбор, — Лили пожала плечами. — Но ты должна доверять себе. Может, тебе просто нужно больше времени?

Ханна молчала, ощущая тяжесть в груди. Она надеялась, что время даст ей ответ. Или, может быть, ответ уже был внутри неё, просто она боялась его услышать.

Глава 6 Одиночество в толпе

Июньским теплым вечером Ханна с Мистером Шотландцем отправились в гости к его другу. Ханна не знала долго ли они собираются пробыть там этим вечером и честно говоря, надеялась, что не очень долго. Эндрю работал вместе с Мистером Шотландцем, и их совместная дорога домой после работы часто затягивалась на несколько часов, они брали по банке пива и долго вели разговоры во дворе под окнами квартиры Мистера Шотландца, что не могло не напрягать Ханну.

Ханна уважала его общение и понимала, что каждому человеку нужен круг общения помимо своей второй половинки, но приоритет всё же должен принадлежать ей. Ханна вдруг начала осознавать, что считает его своей Половинкой и это не могло не накладывать свои обязательства для их отношений.

Со своей стороны, она старалась наводить уют дома, даже стала учиться готовить. Еще каких-то полгода назад, она не могла сварить макароны, чтобы они не слиплись и не превратились в ужин для свиней. А сейчас она уже варила довольно съедобные супы и даже однажды запекла мясо по-французски в духовке, хотя процесс обработки и нарезки мяса дался ей нелегко, ее тошнило от запаха мяса и вида крови, но ради него и во имя семейной жизни, Ханна преодолела эти неприятные моменты.

Ханна уговаривала себя потерпеть пару часов их занудное общение и наделась, что как только она скажет, что устала и хочет домой, они соберутся и отправятся домой. Но видимо такие вещи оговариваются «на берегу».

Ханна сидела в углу дивана и старалась не выдать своего раздражения. Мистер Шотландец и Эндрю уже полчаса вели беседу, от которой у неё в висках стучало. Темы менялись, но суть оставалась неизменной — пустые разговоры, в которых ей не было места.

Сначала они обсуждали новую модель автомобиля, которую Эндрю мечтал купить. Потом плавно перешли к последнему матчу, где их любимая команда едва унесла ноги. Затем последовала длинная тирада о каком-то их общем знакомом, который, судя по всему, совершил невероятную глупость, но зато обеспечил им тему для веселья.

Ханна слушала их краем уха, стараясь не вмешиваться. Она бы с удовольствием ушла в другую комнату, но это означало бы демонстративное неудовольствие, а этого ей не хотелось. Поэтому она сидела, кивая в нужные моменты и надеясь, что они скоро заметят её молчаливое присутствие.

Но этого не случилось.

— Да ты понимаешь, — увлечённо говорил Эндрю, подаваясь вперёд, — если мы выиграем следующий турнир, то можно будет замахнуться на что-то серьёзное. Может, спонсоров найдём.

— Да какие спонсоры, — фыркнул Мистер Шотландец. — Мы же просто для кайфа играем.

— Да, но если есть шанс на что-то большее, почему бы не попробовать? — не унимался Эндрю.

Ханна закрыла глаза и глубоко вдохнула. Эти разговоры, бесконечные обсуждения планов, которые никогда не выйдут за рамки их посиделок, утомляли её. Ей хотелось чего-то осмысленного, настоящего, а не пустых фантазий о великом будущем, которому не суждено было наступить.

— Ханна, ты чего молчишь? — вдруг спросил Мистер Шотландец, повернувшись к ней.

Она открыла глаза и натянуто улыбнулась.

— Просто слушаю. Интересно, — солгала она.

Он, похоже, удовлетворился этим ответом, и они снова продолжили разговор. А Ханна задумалась: а так ли уж ей хочется всегда быть в стороне?

Ханна поднялась и вышла из комнаты. Постояла немного на крыльце, ожидая, что мужчины заметят ее отсутствие и как минимум выйдут спросить все ли ок. Но прошло пять, потом десять минут, но так никто и не вышел. Ханна пересекла небольшой дворик, дошла до старой калитки, вышла и закрыла калитку за собой. Обернулась на всякий случай, но крыльцо по-прежнему оставалось пустым.

Уже смеркалось, на дороге ведущей прочь от дома Эндрю было довольно пустынно и жутковато.

Ханна торопилась домой, кутаясь в тоненький пуловер. Прохладный ветер спускавшийся с гор вился по щекам, а тусклый свет уличных фонарей бросал длинные тени на мокрый асфальт. Вокруг не было ни души — лишь шум ветра и редкие всплески воды в сточных канавах.

Она почувствовала тревогу ещё на углу, словно кто-то пристально за ней наблюдал. Остановившись, оглянулась — улица была пуста. Но страх уже вползал в сердце липкими пальцами.

Когда она свернула в узкий переулок, всё произошло молниеносно.

Грубая рука схватила её за плечо, разворачивая. От неожиданности она вскрикнула, но тут же почувствовала холод металла у горла.

— Кошелёк. Быстро, — прошипел низкий голос.

Грабитель был в тёмном капюшоне, лицо скрывала тень. Только глаза блеснули в свете фонаря — хищные, безжалостные.

Ханна замерла. В груди бешено билось сердце. В голове вихрем проносились мысли: бежать? кричать? сопротивляться?

Руки дрожали, когда она нащупала сумку.

— Быстрее, — зло рявкнул нападавший и сильнее сжал её плечо.

И тут неподалёку раздались голоса.

— Да я тебе говорю, мы свернули не туда, — с лёгким раздражением произнёс кто-то.

— Брось, это всего лишь короткий путь. О, а что там?

Сквозь страх Ханна услышала приближающиеся шаги. Нападавший тоже их заметил — его пальцы на её плече ослабли.

— Эй, всё в порядке? — окликнул кто-то из темноты.

Грабитель выругался, резко отступил, затем развернулся и бросился бежать вглубь переулка.

Ханна осталась стоять, тяжело дыша.

Два парня приблизились к ней — один светловолосый, в кофте с капюшоном, другой темноволосый, выше и в пиджаке.

— Вы в порядке? Он вас не ранил? — спросил тот, что в пиджаке.

— Я… н-нет, — голос дрожал, но она справилась с паникой. — Спасибо вам…

— Чёртов псих, — пробормотал второй, оглядываясь в сторону сбежавшего грабителя. — Хорошо, что мы тут оказались.

Ханна кивнула, медленно приходя в себя. Она была спасена.