Мария Фомальгаут – Нигдерево (страница 27)
Киваю:
– Еще сутки.
– Друг мой, у меня на вас суток не напасешься, вам свои сутки не жалко, вы и берите!
Мне свои сутки жалко. И все-таки распечатываю очередные свои сутки
– А ты мне вот что скажи, – Фарид прищуривается, смотрит на меня, – там что-нибудь пропало? В доме у тебя, когда хозяйку грохнули?
– А что должно было пропасть?
– Да хоть что! Ценное что-то…
– Не припомню… нет…
Фарид хлопает меня по спине:
– Не наши это!
– Вы думаете…
– Не наши. Наши бы полдома вынесли, это точно…
Жена Фарида режет траву, мелко-мелко режет, так у них принято. Хлопаю крыльями, трава рассыпается мелким порошком. Хозяйка благодарно кивает. Берет соль.
Что-то неуловимо меняется, что-то происходит там, на улице. Выглядываю – так и есть, Мальгус уже здесь в окружении полицейских. Сейчас он хлопнет крыльями, и поселение на берегу реки обратится в прах.
Выпархиваю на улицу через окно. У чуждых на втором этаже не дверь, а окно, они через первый этаж в дом заходят.
– Сердечный друг мой, Мальгус…
Мальгус даже не оборачивается, Мальгусу ни до кого и ни до чего, особенно – ни до меня, Мальгус сюда пришел, чтобы…
Мальгус раньше ничего подобного не делал.
Поэтому волнуется.
Нет, так-то щелкал крыльями, так-то испепелял, много чего испепелял, и траву в прах рассыпал, и овощи, а без этого как еду приготовишь, или в скале ходы-комнаты проделать, чтобы дом был, это тоже Мальгус умеет, а вот чтобы живы испепелять…
– А я знаю, кто убил.
Это я говорю.
Мальгус фыркает.
– Я знаю. Вы обещали, если найдем, кто убил, вы поселение в покое оставите.
Ловлю отчаянные мысли Фарида, надо выдать хоть кого-нибудь, неважно, кого, чтоб отвязались, только чтоб не Фарида и не жену Фаридову, а вон, того парня, который зерно украл, на него два трупа повесить…
– Кто убил? – спрашивает Мальгус.
Киваю:
– Вы.
– А если серьезно?
– Серьезно вы.
– С ума сошли, зачем мне…
– …затем. Вы хотели, чтобы они ушли. Чтобы упавшая звезда вернулась на место.
– Друг мой, что вы за ересь несете, где вы видели, чтобы…
Это Мальгус.
– …вы всё продумали, вы только одного не учли…
Это я.
– …что чуждые просто так не убивают. Чуждые убивают, чтобы с этого получить что-то… зерно, или еще чего. Вот если бы вы у убитых забрали что-нибудь, это да… а так сразу видно, не чуждые убивали.
– Вы… вы…
– Да, и вот еще… Мальгус… когда в следующий раз будете подсовывать мне свой сон, вы вспомните, что я в два раза ниже вас ростом, а то сон с высоты вашего роста смотреть пришлось…
Стражники всё понимают.
Уводят Мальгуса.
Фарид бросается ко мне, бормочет какие-то благодарности.
– А ловко вы от него избавились.
Это Фарид. Постаревший, высохший, но всё такой же бодрый. Фарид. Как он оказался вообще у меня в гостиной, велел же никого не пускать, или градоначальнику вообще отдыхать не надо, что ли… Вот сейчас окликну слугу, напомню про никогонепускать, он только руками разведет, так Фарид же.
Так вот.
– Ловко вы от него избавились.
Это Фарид.
Вздрагиваю:
– От кого?
– От Магнуса вашего, или как его там… Мальгус.
– В смысле?
– А то сами не понимаете… грохнули двух человек, списали на градоначальника… конкурента, так сказать, убрали…
Киваю:
– Зря, что ли, книжки ваши читал… как там… тогда старший сын пробрался в комнату старого графа и выстрелил в него два раза, после чего преспокойно поднялся к себе в спальню…
– Да вы вообще молодец… – Фарид придвигается ко мне, подмигивает, – ну что… договоримся по-хорошему… вы мне три тысячи, а я…
– Где вы были, когда убили вашего отца?
Альфа плачет. Навзрыд. Альфа. Нет, её как-то по-другому зовут, Альфия, что ли…
– Да дома… дома была…
– А может, не будем врать?
– В смысле?
– В прямом. Значит, дом в наследство получить захотелось… ну-ну…
Вопиющий случай произошел в маленьком городке. Зверское убийство старого Фарида…
Не дочитываю.
Я уже знаю, что там написано.
Посыпаю зерно солью.