Мария Фомальгаут – Хотите, я буду вашим понедельником? (страница 6)

– Ну… я вроде как не должна рассказывать…

– Да ладно, мне можно… и… вы же спрашивали, чем можете отблагодарить?

Она смущается, понимает, что отступать некуда, смущенно расстегивает блузку, снимает юбку, я с интересом разглядываю формулы, поначалу непонятные, нет, что-то знакомое, ну, конечно, ага, так, так…

Киваю:

– Вот теперь вам спасибо… было очень интересно…

Настораживаюсь, думаю, не сболтнул ли я чего лишнего, а то еще заподозрит меня, что я это не просто так спрашивал.

Она ускользает за дверь так же неслышно, как появилась – я еще раз перебираю записи, формулы, вот это да, тут можно временем управлять, изгибать пространство во все стороны, – похоже, в скором времени я и правда смогу завоевать мир…

Если хотите, я буду вашим воскресеньем

Посылка пришла ко мне в половине восьмого вечера – до этого я и не знал, что посылки умеют ходить, а вот нате же вам. Впрочем, меня поразило не это, а тот факт, что на посылке не было обратного адреса, да и необратного тоже…

– Вы… вы ничего не перепутали? – осторожно спросил я посылку.

– Даже не знаю, – ответила она, – может быть. А может быть, нет.

– Но вы… ко мне?

– К вам.

– А от кого?

– Я даже не знаю.

– Как это не знаете?

– Господин, я же просто посылка, как я могу что-то знать?

Мне ничего не оставалось кроме как согласиться с ней и открыть посылку, – когда я разрезал скотч на коробке и развернул оберточную бумагу, то увидел четверг – самый обычный четверг, немножко потрепанный, но самую малость, одетый в серый костюм-тройку и чуть подернутый дождичком.

– Здравствуйте, – сказал я как можно вежливее, – вы ко мне?

– Боюсь, что да.

– Так да или нет?

– Право, я сам не знаю, я всего лишь четверг.

Я пригляделся к четвергу, но так и не понял, за какой месяц этот четверг и даже за какой год, – было в нем что-то неуловимое, напоминающее о начале двадцатого века, отдающее черно-белым кино, первыми самоходными повозками и аппаратами легче воздуха.

– Э-э-э… располагайтесь.

– Спасибо.

– Чувствуйте себя как дома.

– Большое… спасибо.

– Не хотите ли чаю?

– Большое спасибо, не откажусь.

– Вы можете занять комнату в мансарде.

– О, это будет прекрасно, благодарю.

Я понял, что темы для разговора исчерпаны, и на языке вертится один-единственный вопрос, какого черта в самом-то деле…

– Э-э-э… – начал я как можно осторожнее, – а, собственно, почему…

– Что почему?

– Почему вы… почему вас послали мне?

– Как так? – изумился четверг, – это я должен спрашивать вас, почему меня послали! Вернее, не должен, я всего лишь четверг…

– Гхм… – я в отчаянии схватился за следующий вопрос, как за соломинку, – а где ваши понедельник, вторник, среда, и так далее?

– Они… они… послушайте, как хорошо, что вы мне напомнили, и правда, а где они? Вы их не получали?

– Нет…

– Я видел, что четверг не на шутку приуныл, поэтому я добавил:

– В конце концов, вы можете дать объявление, что ищете понедельник, вторник… и так далее.

– Как же я дам объявление, я же четверг!

– Ну, хорошо, я дам за вас объявление…

Я дал объявление в местную газету, – после чего в моем доме начался настоящий хаос, мой телефон буквально обрывали бесконечные звонки, в дверь стучали непрестанно, к нам (к нам?) приходили вторники, понедельники, субботы, пятницы, очаровательные воскресенья, которые я с удовольствием оставил бы у себя, – но четверг неустанно заявлял, что это совершенно не те воскресенья, а также пятницы и среды, и все остальные.

Так продолжалось до того дня, когда к нам в дом буквально ворвался понедельник, – уставшй, невыспавшийся, как все понедельники, увидел четверг и возмущенно хлопнул себя по коленке:

– Вот вы где! Ну, сколько можно в самом-то деле, я его везде ищу, а он сидит, как ни в чем не бывало!

– Вы… меня ищете?

– Ну, конечно же! Итак, понедельник, четверг, вторник, пятница… осталось найти среду, субботу и воскресенье… Давайте же, скорее, собирайтесь!

Я понял, что четверг сейчас уйдет, и я так и не узнаю развязки этой истории, – поэтому мне не оставалось ничего кроме как спросить:

– Я могу… составить вам компанию?

– Как раз хотел попросить вас о том же, – оживился четверг, – боюсь, нам придется воспользоваться вашей помощью, чтобы колесить по всему миру…

– …и как это все понимать? – спросила пятница.

Она спросила это месяц спустя, когда мы сидели на берегу залива где-то в Марселе, в компании всех дней недели кроме воскресенья.

– Что понимать? – не понял вторник.

– Ну… вам не кажется это как минимум странным, – кто-то посылает семерым случайным людям по всем частям света дни недели! Зачем? Почему? И… и что мы вообще за дни? Вот скажите, уважаемый понедельник, за какое вы число?

– Я понедельник пятнадцатого мая пятидесятого года.

– А вы, уважаемый вторник?

– Я вторник десятого ноября тысяча триста пятидесятого года.

– Вот это да, – изумленно выдохнули мы все, никто не ожидал увидеть такой старый вторник.

– А вы, любезная среда?

– Я среда двадцать второго августа две тысячи четыреста тридцать пятого года.

– Простите?

– Среда двадцать второго августа две тысячи четыреста тридцать пятого года.

– Но… получается, вас еще нет? – нахмурился вторник.

– Уважаемый вторник, я же не выговариваю вам, что вас уже нет?