Мария Фирсова – Останемся врагами (страница 38)
- Уверена? - тихо произнесла она, а в глазах слезы застыли.
Таня также, как и я понимала, что наступает новый период, пришло время расставлять приоритеты. Мы выросли, да, совершали ошибки, но всегда есть шанс их исправить. По иронии судьбы мы обе наворотили дел, но сестринская связь тонкой нитью проведет нас через года. А любви в сердцах хватит на всех, и даже, пожалуй, на Славку.
Глава 26. Глеб
Дождавшись, пока Алинка зайдет в подъезд, тронулся с места. Покатил по ночному городу, наблюдая, как множество огоньков мелькают за окном, переливаясь разными цветами. Редкие прохожие медленно брели по тротуарам, держась за руки. Бросал взгляды на них и, кажется, завидовал в душе. Тоже появилось желание бросить все и просто пройтись, обнимая Алинку за плечи, ловить снежинки в ладошки и позабыть обо всех проблемах, позволив белому снегу заворошить собой все лишнее.
Бумага, полученная от Оползнева, лежала в кармане и временами мне казалось, что она прожигает ткань насквозь. Даже подумывал пару раз остановиться по дороге, чтобы ознакомиться с содержанием, но нет. Кое-как доехал до дома, и, устроившись на диване, развернул лист, погрузившись в чтение.
Каждая строка оставляла шрам где-то в районе груди. С каждым словом я возвращался туда, в свое детство, где было много хорошего, но не было важного – родителей. Сжимал проклятый листок в руках и чувствовал, как пожар начинает бушевать внутри, превращая душу в пепел, который надо бы развеять на заре где-нибудь над обрывом. За всей этой напускной бравадой, радостью и беззаботностью скрывалась израненная душа. Внутри все еще жил маленький мальчик Глеб, который с таким отчаянием сидел когда-то у окна, наблюдая за серыми каплями дождя, и верил, что выглянет солнце, и его жизнь тоже станет обычной. Только время шло, солнце вставало каждый день, а ничего не менялось. А потом он просто вырос и решил почему-то, что проще быть равнодушным, каменным, мудаком отчасти, чтобы никому не показывать эти рубцы, полученные еще в детстве.
Внезапный звонок в дверь выдернул из мыслей. Лениво поднявшись, я прошел в коридор, даже не подозревая, кто мог явиться в такой час. Распахнул дверь и замер на миг, не веря своим глазам.
- Аля? Ты что тут делаешь? В такой час, почему? - тысячи вопросов появились сразу.
Взял из ее рук дорожную сумку, впустил Кузнецову внутрь, не находя, кажется, себе места. Тревога сразу наполнила каждую клеточку. Смотрел на Алинку и вдох боялся сделать.
- Все в порядке, - улыбнулась она. Забавные ямочки тут же появились на ее щеках, а лучистый взгляд озарил пространство. - Если ты не против, хотя даже и против, все равно… В общем, я поживу у тебя немного, можно? - робко поинтересовалась она, опуская взгляд в пол.
- Это, конечно, неожиданно, - провел я ладонью по волосам, слегка взъерошив прическу, - но, черт возьми, - улыбнулся довольно, - безумно рад видеть тебя, - положил ее сумку на диван, подхватил Алинку на руки, закружив. Она весело засмеялась, а я, будто глоток свежего воздуха ощутил.
- Кажется, у сестрицы начинает налаживаться личная жизнь, - пожала Алинка плечами, стягивая куртку.
- Неужели охомутала ветеринара? - вскинул я бровь, заваливаясь в кресло.
- Нет, моего бывшего, - фыркнула она, устраиваясь на моих коленях.
- Чего? - едва не поперхнулся от ее слов.
Даже закашлялся, боясь поинтересоваться какого именно бывшего. Надеялся все-таки, что у Кузнецовой их было не очень много. А то, может, эта вертихвостка еще меня переплюнет по количеству ухажеров.
- Я про Славку, - пояснила Алина, подозрительно взглянув на меня.
Очень хотелось верить, что мысли мои она все-таки не прочла в этот момент, иначе точно на ближайшее время останусь без десерта. Ага, теперь-то, когда Аля со мной на одной жилплощади это будет равняться настоящей пытке, а к такому я готов не был.
- Шутишь?
- Если бы. Теперь уж я сто раз подумаю, прежде чем заявляться домой без стука.
- Вот Оползнев молодец, - весело произнес я и тут же получил подзатыльник.
- Я имею в виду, что времени даром терять не стал. Ну, и сестрица твоя не худший вариант. По крайней мере, она опытная, - пожал плечами.
- Глеб, лучше молчи, - рыкнула Кузнецова, грозно посмотрев на меня.
Я даже подумал, что лучше мне язык прикусить, пока сам бывшим не стал, но тут же нашел вариант получше для него. Просто приник к ее губам, притянул к себе ближе, обхватив ладонью шею, да и Кузнецова не сопротивлялась. Чем дальше я узнавал эту девушку, тем больше поражался, сколько же страсти внутри у нее. Неподдельной, нерастраченной.
Ее теплые ладошки проникли под мою одежду, заставив меня едва не мурчать от удовольствия. Похоже, эта чертовка знала чего-то, что было неизвестно мне. Либо Алинка просто ведьма, но зажигать во мне огонь у нее получалось до того легко, что оставалось лишь поражаться. С удовольствием бы плюнул на все и предался бы греху, любя мою девочку до рассвета, но эта записка, словно гиря пудовая на весах, перетягивала на себя внимание.
Отстранился от Алины, заставив ее недовольно уткнуться носом мне в плечо. Эх, знала бы она, как мне-то непросто.
- Я читал записку, что передал Оползнев, и знаешь, такое впечатление, что речь идет о людях совершенно чужих, - проведя пальцами по ее подбородку, произнес я отрешенно. - Мы никогда не были близки и не станем. С братом-то уж точно.
- Что там написано? - встрепенулась она, оставив легкий поцелуй на моей щеке.
Ее губы пахли малиной. Этот аромат проникал мне под кожу, оставляя легкий флер. Временами казалось, что она заклеймила меня этим запахом, он частенько мне мерещился или я уже просто, чувствуя его, начинал искать Кузнецову глазами в толпе.
- Брат не на последних ролях в одном из учреждений города. У него имеется небольшой процент акций, роли-то, может, он значительной не играет, но человек уважаем в своей среде. Не женат, подружек меняет, как перчатки.
- Ооо, - протянула Алинка, - кого-то он мне напоминает.
- Начинается, - простонал я мученически, понимая, кому адресован этот намек.
- А дальше? - почесала она кончик носа, заерзав на моих коленях. Вот уж любопытства ей точно было не занимать.
- А дальше, пожалуй, прочитаем вместе.
Алинка тут же спрыгнула с моих колен, схватила листок и устроилась на прежнем месте. Сунув лист мне в руку, она положила голову на плечо и принялась слушать, проигрывая в фантазиях у себя уже увлекательное кино, видимо, представляя, каким я путем пойду в решении оставшихся вопросов.
- Все равно не понимаю, зачем ему? Если человек он не бедный, неужели зов крови настолько силен, что решил поставить на место зарвавшегося старшего брата? - засопела Алинка, начиная жестикулировать.
Ее переполняли эмоции, что не могло скрыться от моих глаз. Она переживала за меня, пропуская через себя весь поток информации. А я скреб затылок и пытался разложить все по местам, но понимал, что, не поговорив с братом, с мертвой точки не сдвинусь. Мотив его поступков, а то, что за всем стоял он, я уже не сомневался, понятен мне не был абсолютно.
- Обида? - предположил я. - Отец уделял ему больше внимания все-таки.
- Вот именно, что ему, - шикнула Алинка. - Нет, с утра точно навестим его. Смотри, тем более, что это соседний район. Жаль, сейчас уже поздно, - поникшим голосом произнесла она.
- Кажется, в ком-то слишком много энергии, а я знаю, куда ее можно направить, - подмигнув Алинке, провел ладонью по ее бедру. Она, конечно, все поняла, но только нахмурилась, продемонстрировав мне кукиш, вот уж спасибо, дорогая. Не рассчитывал я на такую семейную жизнь.
- Не сегодня. Вот найдем гада, тогда отработаешь, - серьезным тоном заявила Кузнецова, направляясь в ванную комнату. Я лишь ресницами хлопнул, понимая, что меня сейчас просто оставили с носом.
- Ну, ладно, - минут через пять произнес все-таки, кажется, в пустоту.
- Глеб, - донесся ее голос, - все равно он не один действовал, не смог бы. В ваш отдел просто так не пройдешь, сам же знаешь, что все под запись. Кто-то ему помог, но кто?!
Логичный вопрос, сам им задавался, и насчет дежурного она права. Замучился бы подкупать. Еще и «жучки» эти, при должной сноровке их можно раздобыть и установить, но Алина в яблочко попала, это был кто-то близкий. Жаль, что я не мог даже предположить, кто именно был предателем.
Спал ночью я плохо, ворочался, размышляя, проигрывая в голове все обстоятельства, стараясь понять, что упустил из вида. Информатор, брат, отец уголовник, может, родитель, в самом деле, нашел лазейку, чтобы нагадить мне?! Отвернулся я от него в самый, возможно, важный момент. Да только горечь меня тогда душила, наверное, каким бы он не был, но, если бы пришел, попытался объяснить, просто поговорить, как с человеком, может быть, тогда я простил, по крайней мере, очень бы постарался. Однако жизнь не кинопленка, назад ее не отмотать.
А когда рассвет медленно вполз в комнату, я уже, кажется, был готов сорваться с места. Смотрел на спящую Алину, касался ее локонов, любовался, а сам думал о том, что прижали меня не хило за одно место. Указали, что манипулировать чужой жизнью проще простого. Хотя, возможно, есть и другое объяснение, это просто карма за все мои грехи.
Полежав еще полчаса, я все-таки поднялся, сварил кофе и присел у окна, гоняя мысли в голове, как зимний ветер поземку. Так увлекся, что не заметил, как Алинка прошлепала босыми ногами, скрывшись в душе, а через несколько минут уже обвивала мою шею своими нежными руками. Отказавшись от кофе, она принялась подгонять меня, и вскоре мы уже ехали по утреннему городу. Оба молчали, но внутри тлели от напряжения. Каждый боялся по-своему, но все равно верил, что все получится. Жить, ожидая очередной подлянки извне, было очень непросто, и я предпочитал знать врагов в лицо.