Мария Ерова – Все Вероятности Прошлого (страница 56)
-Я не понимаю. – Начал он уверенно, как будто ничего и не произошло. – Я не знаю что ищу и те ли вероятности изучаю. Если вы ещё намерены мне помогать, то самое время это делать.
Родрикс, внимательно выслушав его, снисходительно кивнул.
-Сколько уже вероятностей ты проверил?
-Много. Но я не знаю, что ищу. Ничего необычного или даже странного я не заметил.
-Хорошо. Ты достаточно потренировался. Но до этого времени ты изучал лишь конкретные вероятности прошлого конкретного человека.
-То есть как? – Не понял принц Трайсети.
Родрикс вздохнул – ну прям-таки мудрый старец, а не интриган сумасшедшего мира.
-Увы. У прошлого нет никаких вероятностей, оно одно. Все они слиплись, исчезли, пропали, став единым целым. Только у будущего есть тысячи лиц, тысячи возможностей, которые изменяются одна на другую под нашими решениями. Или под воздействием Ошибок. Будущее – это ребёнок, который, растёт, развивается, меняется с течением времени. Прошлое – разлагающийся труп, для которого всё уже решено и ничто не важно.
Но! Ты сейчас поймёшь, насколько ты эксклюзивен, Морис Бретфорд. У тебя есть единственная возможность повернуть время вспять – оживить этот труп, дав ему глоток жизни. И тогда ты изменишь прошлое, ты создашь новые его вероятности – конкретно для каждого из своих близких. И тем самым ты изменишь будущее. Никто, ни Иннэста, ни Мартин никогда не были и не будут способны на такое. Да, они могут видеть будущее и бывать в прошлом, но никогда – никогда не смогут изменить его.
-И что же мне делать?
Морис Б. уже не удивлялся. Он принимал всё, как должное и лишь старался запомнить как можно больше из слов Родрикса.
-Использовать все свои возможности. – Доктор сделал паузу, но тут же поторопился продолжить. – Ты можешь больше, твоё зрение устроено иначе. Даже здесь, в Иномире – хаосе ты как рыба в воде. Ты знаешь, видишь, как изменяются текстуры, декорации, как наслаиваются одна на другую картинки…
Иномир-тоже в какой-то мере ошибка, странная причуда вселенной для своих детей-супранормных. Странный мир…
-Вы что, и от него хотите тоже избавиться? – Брови Мориса Б. выгнулись дугой.
-Да. – Не стал скрывать тот. – Ошибки надо исправлять, иначе этот мир в них погрязнет.
-Так… что там с моим зрением? – Поспешил вернуть разговор в первоначальное русло принц, зная, что тот сейчас разойдётся не на шутку, если его не остановить.
-Ты увидишь. Ты
Морис Б. задумался, рассуждая, кто же из его близкого окружения мог бы подходить под это описание – тогда, когда он бороздил прошлое. И какое-то сомнение закралось в его душу, неточное, но настойчиво давившее своей сомнительной значимостью. Ему нужно было больше времени, и он решил отложить эти раздумья до реального мира.
Он уже собирался уйти, но, повернувшись к Родриксу спиной, принц Трайсети едва не налетел на Мартина. Сердце ушло в пятки, но, доля секунды, и он смог облегчённо выдохнуть.
В глазах принца Грессии полыхнул мягкий неон. Он сдержанно улыбнулся.
-Здравствуй, Морис.
Морис Б. с любопытством изучал другую версию своего брата – вернее, его вероятность. Он был не таким, как другие обитатели Иномира, Его Высочество не был полупрозрачным или призрачным, он не колыхался с порывами ветра и, ради справедливости, надо сказать, выглядел куда здоровее и жизнерадостней его брата.
Этот Мартин выглядел постарше, оттенок его кожи был столь же естественно бледен, но огромные живые глаза, источающие неоновое свечение, добавляли красок и яркости, выразительности своему обладателю. Он был худ, но, опять же, не на столько, как реально существующий принц Грессии. Хотя о «нереальности» этого Мартина нельзя было просто догадаться – он был совершенно настоящим, живым.
-Ты веришь ему? – Спокойно и совершенно обыденно спросил он у Мориса Б., кивнув в сторону того места, где только что стоял Родрикс, а теперь зияла прозрачная пустота.
-Я и тебе не верю. – Горько усмехнулся принц Трайсети. – Просто у меня нет выбора.
-Выбор есть. – Так же спокойно парировал Мартин. – Ты можешь отказаться от этой затеи с прошлым. – Но тогда ты пожалеешь об этом в будущем.
-Да. – Согласился Морис Б. – Я знаю. Я… чувствую это. Но… почему всё должно быть так сложно? Почему один из нас должен умереть? Я не понимаю… Когда жизнь только ещё началась. Когда в ней только – только случилось что-то хорошее и важное…
-Ты об Иннэсте? – Меланхолично поинтересовался Мартин – один в один как их дед Эдвард.
-Да. Я знаю, что ты её ненавидишь, и всё же…
-Я её не ненавижу. – Очень спокойно заметил принц Грессии. – Да, мы злейшие враги в одной из вероятностей нашего будущего – как раз из-за твоего решения спасти брата любой ценой. Иннэста потеряет любимого, единственно важного для неё человека – тебя, и она никогда не простит мне этого, погрязнув в своей боли и ненависти.
От этих слов всё внутри Мориса Б. сжалось.
-Зачем ты говоришь мне это?! – Не сдержавшись, воскликнул он. – Ты же знаешь, что это может заставить меня принять совершенно другое решение! Мне и так каждую минуту приходится выбирать между Иннэстой и Мартином, между любимой и братом!
-Я и хочу, чтобы ты до конца осознал последствия твоего выбора! – В ответ закричал Мартин, и его глаза полыхнули неоном. – Ты должен сам выбрать, что важнее – без советчиков и подсказчиков! Это – твоя жизнь, тебе и решать…
-Но если я выберу Иннэсту, это убьёт тебя! – Не сдаваясь, силясь перекричать Его Высочество, ещё громче закричал Морис Б.
-Да. – Успокаиваясь, подтвердил Мартин. – Зато так будет честно – по отношению к тебе. И справедливо. Я уже говорил, в той вероятности будущего, в которой я существую, у меня нет родных братьев. Но это не значит, что мне безразлична твоя судьба. Даже больше… Такие, как мы – те, кто может влиять на время как таковое, одинаково помним наше прошлое во всех его вероятностях. Одинаково чувствуем то же, что и все наши клоны в любой из них. Это как проклятие, но… Ты мне дорог так же, как и твоему брату. Я и есть твой брат, Морис. И мне очень жаль…
Он был искренен – до боли в зубах, до ломоты в суставах. Морис Б. и сам знал это, неизвестно откуда, но знал. А ещё он страшно боялся разреветься, дав волю чувствам. И чтобы как-то отвлечься, он решился на вопрос:
-Ты знаешь, чего добивается Родрикс? Что ему нужно?
Тяжёлый вздох.
-Увы, знаю. Человек, страдающий тяжёлой формой шизофрении, практически непобедим. Он помешан на совершенстве.
-Ну да, «ошибки надо исправлять!» - Усмехнулся Морис Б.
-Знаешь, кого он называет «ошибками»? – Прищурился Март. – Всех нас. Супранормных, родившихся естественным способом – тех, кто появился на свет одарённым младенцем, а не продуктом его острого скальпеля. Потому что мы, по его мнению, несовершенны. И от нас он будет пытаться избавиться.
Холодок побежал по коже младшего Бретфорда.
-Избавиться?...
-Да. Убить для него не проблема. И тот, кто в твоей реальности давно мёртв, в моей будет живее живых, и примет его сторону – такие же «ошибки», но с кровожадным желанием отнимать жизни себе подобных. Но я справлюсь, Морис. Я знаю, как с ними бороться, видя все вероятности будущего. Если этому суждено случиться.
-А Иннэста? – Не выдержал Морис Б. – Она тоже будет с ним заодно?...
-Нет. С ней у нас будет другая война с переменным успехом и сомнительными победами.
-Потому что она тоже может видеть вероятности будущего?
-Именно. – Мартин замялся. – Но я хотел ещё предупредить тебя насчёт Родрикса: он опаснее, чем ты думаешь. Свои эксперименты, что он проводил над детьми, превращая их в бессмертных супранормных, доктор совершал с одним умыслом.
-Каким?!
-Родрикс, добиваясь положительного результата с испытуемым, пересаживал себе часть клеток каждого из своих подопечных – тех, что отвечали за векторную направленность их способностей. И тем самым, он получал небольшую долю Силы искусственным путём.
-Так он обладает практически всем, чем владеем мы поодиночке?! – Не веря ушам, не переставал удивляться Морис Б.
-Да, но лишь крохами этой Силы. Он немного телепат, немного менталист, немного видящий время… Тут загвоздка вот в чём. Мы, дети-супранормные, рождённые естественным путём, для него бесполезны. Пересадка прокатывала лишь с теми, кто стал сверхчеловеком, встретившись с его скальпелем. Теперь понимаешь, почему мы для него – ошибки?
Мартин грустно улыбнулся, наблюдая весь спектр отрицательных эмоций, играющий на лице его брата из другой вероятности.
-Теперь иди. Она ждёт тебя. И хорошенько обо всём подумай, но позже. А пока просто наслаждайся…
Следующим утром граф Анедо критично осматривал своего сына сквозь своё особое зрение, и складка между его бровей, заметно углубившись, не предвещала ничего хорошего.