Мария Ерова – Та Сторона Одиночества (страница 98)

-Думай, как хочешь. – Отмахнулся Майкл. – Но почему бы тогда тебе не обвинить и меня? Ведь это я направил Аднера к графу, заподозрив у него наличие способностей?!

Лиза, насупившись, смотрела исподлобья и молчала, зная, что он видит ее насквозь – как и она его.

-Ладно. – С вызовом продолжил Майкл. – Раз уж речь пошла об обвинениях… Почему не одному из вас не хватило ума оставить живую бомбу Джоэла Аднера, скажем, на базе? Или хотя бы на другом корабле? Судя по твоим воспоминаниям, вы знали! Знали, что он – нестабилен и может дать жару в любую минуту времени! Да еще и в придачу с этим типом в голове…

Он замолчал, моментально переключившись с ничего не значащих обвинений на реальную догадку. Лиза тут же ухватилась за эту его мысль.

-Мэлвин? Ты думаешь, дело в нем? …

Майкл пожал плечами, Майк же даже вникать не хотел в суть их перебранки, зная, что это все не более чем эмоции тяжелого периода их жизни, но моментальное охлаждение их конфликта стало ему сигналом.

-Давайте ужинать. – Произнес он, улыбаясь обоим. – Чай?

Глава 25. Жизнь продолжается. (Часть 1)

Сквозь закрытые веки я чувствовал свет, на улице давно светило солнце и утро подходило к концу, но я не хотел просыпаться. Сон – единственное, что давало мне шанс отключится, уйти от реальности, жестокого осознания того, что Морис Анедо мертв. Я убил его.

Мысль об этом преследовала меня ежесекундно. Я не забывал, не мог забыть этого ни на миг. Лучше бы я умер, чем испытывал подобные угрызения совести. Все равно жить было больше незачем.

Решетки на окнах моей «тюремной комнаты» были массивными, но я все равно не собирался никуда бежать. Гнить заживо в заточении – вот достойное наказание за убийство человека, который был больше, чем другом - и не только мне – он был почти как бог для тех, кто шел за ним, кто ему верил.

И Мирия…Одно лишь воспоминание о ней, о том, что она должно быть чувствовала, окунало меня в такое отчаяние, что порой я даже не мог шевелиться, парализованный болью, идущей от сердца ко всем прочим органам. Она ненавидела меня всей душой – и была права, я сам себя ненавидел – я так думал, я утешал себя этим.

Я услышал, как открывается дверь – и не мог не повернуться на этот шум, комнату заполнили люди – человек десять охраны, за которыми важно шествовал Его Величество Эдвард Элсон в сопровождении Тери Льюиса.

-Простите, что помешали…, - Правитель вальяжно подошел к моей кровати, и я приподнялся на локтях, не зная, как себя вести – этот визит оказался большой неожиданностью. – Но у меня еще много важных дел, так что прошу: приведите себя в порядок, я подожду. – И тут же обратился к кому-то еще: - Здесь нужно лучше проветривать, не хочу, чтобы моя дочь укоряла меня в несоблюдении нашего договора…

Я накинул халат и молча направился в душ – должно быть, от меня ужасно пахло, раз Правитель побрезговал разговаривать со мной неумытым.

Сквозь журчание воды я слышал, как дверь в ванную комнату приоткрылась – кто –то положил мне свежую одежду – брюки и рубашку. Вымывшись, я оделся, как и подобает, дабы своим видом не оскорблять взор правящей персоны.

Эдвард, искоса осмотрев меня, заключил:

-Так то лучше, Джоэл Аднер. Скажите, что в вас такого особенного, что моя дочь пыталась стать на колени, умоляя меня не сажать вас в тюрьму?

-Я не знаю, Ваше Величество. – Закусив губу, соврал я. И правда, почему? Она должна была возненавидеть уже мое имя… Но мы – диады. Мы – одно целое в двух противоположностях. Но Правитель вряд ли воспримет это положительно.

-Я помню то время, когда гранлиит Адамс поручился за вас передо мной. – Продолжал Эдвард. – Что это было? Гипноз?

Надеюсь, хоть у Рида нет сейчас проблем из-за меня? Он то уж точно не заслужил недоверия в свой адрес, честнейшая душа…

-Нет. Тогда я не обладал никакими способностями, Рид помогал мне чисто из человеческих побуждений, и я благодарен ему за это. Гипноз – не моя стихия, Ваше Величество.

-А какая – ваша? …

Я помедлил, но терять уже было нечего, и скрывать тоже...

-Боюсь, что уже никакая. Я потерял свои способности, когда…

Ком подкатил к горлу, меня затошнило при одном воспоминании об этом.

-…когда вы убили графа Анедо? – Безжалостно настаивал Правитель. – Как такое возможно?

-Возможно, если использовать Силу, не рассчитав энергию…

-Зачем вы убили графа? …

Я поймал взгляд Тери – полный сочувствия, искреннего участия. Сколько ему досталось, наверняка! Ведь это именно он все это время находился с Мирией, утешал, поддерживал…

-Это вышло случайно. Я не контролировал себя. – Тихо ответил я, сдерживая предательские слезы. Это больно – осознавать свою вину, жить с ней. Это очень больно.

-Теперь вы видите, к чему привели ваши игры со сверхспособностями? – Надменно произнес Эдвард.

-Это никогда не было играми! – Давясь воспоминаниями, не без вызова бросил я. Это были наши стремления, наши возможности, наше будущее… Это была наша жизнь!

-Но теперь все кончено. – Правитель резко повернулся ко мне спиной, направляясь к выходу. – Наслаждайтесь.

-Ваше Величество, могу я задержаться здесь на пару минут? – Тери только и ждал этого момента, когда допрос будет закончен.

-Как пожелаете, капитан. – Милостиво отчеканил Эдвард.

И мы остались вдвоем.

Он стиснул меня в объятиях, с силой, на какую только был способен. Я рыдал как девчонка, но мне не было стыдно – я все еще был не один, у меня остались друзья, пусть и по ту сторону моей тюрьмы.

-Мирия…она…никогда не простит меня, - выплеснул я всю горечь своих переживаний на того единственного здесь человека, который, я знаю, меня понимал.

-Нет, послушай, Джоэл. – Тери изменился. Он повзрослел, он уже стал капитаном, но в глазах его все еще горел тот сумасшедший огонек неисправимого оптимиста, который я помнил со дня первой нашей встречи. – Она живет только благодаря тебе, тому, что ты жив. Жив!

Я смотрел на него, не веря.

-Значит, она не знает, что произошло. По чьей вине погиб Морис…

-Она знает. – Заверил меня Льюис. – Будь уверен, Правитель посвятил ее во все подробности, чтобы настроить Мирию против тебя. Но она знала тебя и раньше, она понимает, что это – несчастный случай.

Мне даже стало легче дышать.

-Как она?

-Плохо. – Честно признался Тери. – Мирия очень переживает, почти ничего не ест. И постоянно плачет.

-Сколько времени прошло с того дня? …

-Две с половиной недели.

-Этого мало.

-Да. – Согласился Тери. – Но она поклялась тебе, что будет жить, и ей приходится делать это.

-Я не помню. – Насторожился я. –  Разве мы виделись?

Тери грустно улыбнулся.

-В больнице. Нам сообщили, что ты умираешь, и Его Величество позволил Мирии простится с тобой. – Он виновато улыбнулся, словно смутившись. – Но, хвала богам, ты жив…

Мы помолчали. Затем я решился.

-Что ты знаешь про Элиаса?

-Ничего. – Льюис покачал головой. – Правитель строго-настрого пресек все вопросы относительно его персоны. – Усмехнулся. – На тебя не успели навешать столько всего, сколько висит на Дельфине, и, в общем-то, ты запятнан лишь тем, что находился какое-то время в обществе графа… Но чего только о тебе, Джоэл, не болтают! О нем же – тишина… Никто и ничего не знает. – Помолчал, подумал. – И ты не спрашивай. Мне пора, еще увидимся.

-А Мирия? …

-Ей запрещено с тобой встречаться – таков уговор с отцом – цена твоей относительной свободы. Одна попытка свидится с тобой – и ты попадешь в тюрьму. Поэтому она даже не пытается…

-Спасибо. – Искренне поблагодарил его я, не веря, что мы вновь увидимся, и все же на это надеясь. –Береги ее, ладно?

-Конечно. Мы друзья, Джоэл. Я этого не забыл. До встречи!

После его ухода мне стало немного теплее. Горечь была все такой же горькой, но разделенная с кем-то она перестала быть слишком ядовитой. У меня были лучшие на свете друзья.

Глава 25. Жизнь продолжается. (Часть 2)

Уже стемнело, и рабочий день давно закончился, но Майкл не торопился домой. Дверь в его кабинет была открыта, на столе стояла уполовиненная бутылка виски и две пустых стопки.

Две недели он жил как на иголках, смерть графа Анедо застала его врасплох, но он быстро пришел в себя – иначе, его не звали бы Майкл Тайлер. Две недели он был образцом защитника принцессы, каждое его слово и действие было продуманно заранее. Две недели он свыкался с мыслью, что теперь в его доме живет главная улика его преступной связи, пусть и с теперь погибшим, графом Анедо… Две недели он пытался убедить себя, что все будет хорошо.

Хорошо не стало. Нервы не выдержали. Он достал из сейфа бутылку крепкого и начал распивать ее прямо на рабочем месте.