Мария Ерова – Сиротка в Академии Мрака. Королева Теней (страница 36)

— Не прикасайся ко мне, — выдохнула я, и каждое моё слово прозвенело натянутой стрелой в возникшей тишине комнаты.

Его улыбка не дрогнула, лишь в глазах вспыхнул знакомый опасный огонёк раздражения и жажды обладания. — Какой пылкий нрав. Он сослужит тебе хорошую службу… в наши долгие ночи. Но сейчас — время для церемонии, Росали. Пойдём. Нас ждёт публика.

Он повернулся, его алый подбой плаща эффектно взметнулся вверх. Я помедлила, чувствуя, как новая, материнская сила бурлит во мне, требуя выхода. Пусть он сейчас ведёт меня на эту фарсовую свадьбу. Скоро роли поменяются. И он узнает, что значит вести на заклание ту, в чьих жилах течёт кровь королевы Теней!

Глава 57

Наша с Ваалантом свадебная процессия больше напоминала перевод заключённого, то есть, меня, по замку Князя Тьмы, который, упоённый своим тщеславием, метил в короли. Он держал меня под руку и натянуто улыбался, всем своим видом изображая счастливого жениха. Для чего ему это понадобилось, я не знала. Но в скором времени собиралась стереть эту улыбку с его лица.

Слуги и подельники вампира, вытянувшись в шеренгу, молча приветствовали нас хмурыми неприветливыми взглядами, но мне было на это плевать. Сила медленно закипала внутри меня, терпеливо ожидая своего часа. Она давала мне не только физическую силу, но и вселяла полнейшую уверенность в том, что я справлюсь.

Мы миновали бесконечные мраморные коридоры, спустились по широкой лестнице, чьи ступени были высечены из чёрного базальта, и вышли на огромную площадь перед замком. Здесь, под свинцовым небом уходящего дня, когда солнце уже не имело над нами силы, собралась вся придворная свора Вааланта — вампиры в дорогих одеждах, наёмники с холодными глазами, прислуга. И вездесущий Совет, требующий от Вааланта этого проклятого брака, чтобы признать его законным королём Дарксила. Их шепот, полный злорадного ожидания, гулом достиг моего обострённого слуха.

И тогда я увидела его.

В центре площади, на возвышении, был врыт толстый деревянный столб. К нему, раздетый по пояс, был прикован Николас. Его тело было исполосовано свежими кровавыми рубцами и следами пыток, голова бессильно склонилась на грудь. Но когда наша процессия приблизилась, он с нечеловеческим усилием поднял взгляд.

Наши глаза встретились. В его, помутнённых от боли, мелькнуло невыносимое страдание, жгучий стыд и… сожаление. Видимо, он винил себя за то, что не смог меня уберечь. Я же, напротив, в данный момент была рада, что всё так получилось, и я наконец встретилась с матерью, пусть и ставшей призраком в замке Вааланта. И оружие, которое она вручила мне, было сейчас бесценным сокровищем по пути к новому миру.

Но глядя на страдания Кота, что-то холодное и острое сжалось у меня внутри. Сила внутри меня взбурлила, требуя выхода, требуя мести.

Ваалант, не отпуская моей руки, с торжествующим видом подвёл меня к самому краю площадки, чтобы все могли разглядеть нас. — Идеально, не правда ли, моя дорогая? — прошептал он мне на ухо, и его дыхание, холодное, как могильный склеп, обожгло кожу. — Твой свадебный подарок. Я обещал, что он умрёт у тебя на глазах. И умрёт… медленно. Я хочу, чтобы ты запомнила раз и навсегда, что бывает с теми, кто вздумает перейти мне дорогу.

Он сделал знак рукой. Один из стражников шагнул к столбу с длинным, зазубренным ножом. Другой принёс жаровню с тлеющими углями, в которой уже раскалялся докрасна металлический прут. Ник закричал, подвергнутый страшной пытке.

И в тот миг я осознала: Ваалант не станет ждать окончания церемонии. Он прикажет зажарить Николаса заживо, медленно, кусок за куском, на моих глазах. Но я не могла этого допустить.

На миг прикрыв глаза, я воззвала к образу Себастьяна и Лиззи, мысленно попросив у них поморщи. А ещё я вспомнила лицо Жоржетты и других призраков, что жили на чердаке Академии Мрака, и всех убитых и замученных Ваалантом людей, о которых я узнала позже. И всё же я отчётливо понимала, что бремя борьбы теперь легло на мои и только мои плечи. Я не смогла защитить свою подругу и любимого, но я могла отомстить за них и тем самым сберечь их память. А ещё я должна была постараться ради Кота, ведь он, как я уже поняла, стал мне бесконечно дорог, и я не могла лишиться ещё и его.

Очередной крик Николаса стал той точкой отсчёта, которую я ждала. Часики затикали, Ваалант. Моё терпение лопнуло.

Сила моей матери, тёплая и яростная, хлынула по жилам водопадом. Я почувствовала, как по коже пробежали тысячи иголок, а в глазах вспыхнуло холодное сияние.

— Нет, — тихо произнесла я, но мой голос, усиленный магией, прозвучал громоподобно, заставив застыть всю площадь. — Этого не будет. Никакой свадьбы, Ваалант. Никакой покорности. Если кто сегодня и умрёт, то это будешь ты!

Вампир обернулся ко мне с удивлённой гримасой, но было уже поздно.

Я вырвала свою руку из его хватки и шагнула вперёд, навстречу изумлённым взглядам.

Мир замедлился. Шепот толпы, удивлённый вздох Николаса, злобный шепот Вааланта — всё смешалось в единый гулкий звон в ушах. Внутри меня взорвалась настоящая магическая бомба, в секунду напитав меня силой. Но это была не просто сила, а сама ярость, выкованная из боли потерь и материнской любви. Она вырвалась наружу ослепительной вспышкой магического света, сметающей всё на своём пути.

Стражник с ножом взвыл, отброшенный невидимым кулаком в сторону, и с хрустом ударился о землю. Раскалённый прут вылетел из рук второго палача и, шипя, вонзился прямо в него. Толпа ахнула и отхлынула, словно от эпицентра назревающего взрыва.

— Росали! — проревел Ваалант, и в его голосе впервые прозвучало не просто удивление, а животный ужас. — Что ты творишь?!

Он ринулся ко мне, его силуэт растворился и слился с тенями, превратившись в стремительную, почти невидимую угрозу. Но я была быстрее. Я больше не была той испуганной девочкой. Я была грозой, воплощённой во плоти.

Я встретила его удар своим. Наши запястья сошлись с глухим стуком, и по площади раскатилась звуковая волна, выбивая стёкла в дальних окнах замка. Сила, хлынувшая из меня, была дикой, необузданной, но безграничной. Ваалант отлетел, кувыркаясь по камням, его безупречный камзол был порван, а на идеально бледной щеке заалела ссадина.

— Как?! — выдохнул он, поднимаясь, и в его глазах плясали бешенство и непонимание. — Я забрал всё! Я выпил твою силу!

— Ты забрал силу моего отца, — голос мой прогремел громом, наполненный эхом тысячи голосов моих предков. — Но ты не знал о даре моей матери. Её последнем подарке мне. Чтобы уничтожить тебя!

Мы сошлись в центре площади, как два смерча. Его удары были отточены веками практики, молниеносны и смертоносны. Он использовал тени, сплетая их в острые, как бритва, клинки, пытался опутать меня невесомыми, но прочнейшими путами. Но моя сила была грубее, проще и могучее. Я не фехтовала — я крушила. Волны яркой энергии вырывались из моих ладоней, сметая его заклинания, плавя каменные плиты под его ногами. Я читала его движения, предугадывала каждый удар — знание моей крови будило во мне инстинкты, о которых я и не подозревала.

Он бросился на меня в яростном прыжке, намереваясь нанести удар прямо в сердце. Я не стала уворачиваться. В последний миг я подняла руку, и щит из чистого света, пронзительно-алого, вспыхнул передо мной. Ваалант врезался в него с оглушительным рёвом и отскочил, обжигая руки.

— Не может быть! — его голос сорвался на визг. Он попятился, впервые за всё время по-настоящему испугавшись. — Это невозможно!

— Всё возможно, — прошептала я, и в моём шёпоте звенела сталь. — Когда за твоей спиной стоят все, кого ты предал!

Я собрала всю свою ярость, всю боль, всю любовь — к Себастьяну, к Лиззи, к Николасу, к моим родителям — в один сгусток чистой энергии между ладоней. Он пульсировал ослепительным, кроваво-багровым светом, заливая всю площадь зловещим сиянием.

— Это за моих папу и маму. За Лиззи. За Себастьяна… — произнесла я и выпустила его.

Сфера света помчалась к Вааланту. Он попытался увернуться, создать барьер, но было поздно. Удар вырвал его с корнем из реальности, отшвырнул через всю площадь и вогнал в стену его же замка. Камни треснули с оглушительным грохотом, пыль столбом поднялась к небу.

Но Ваалант ещё был жив. Я знала, что должна сделать, чтобы убить его.

Медленно, насколько позволяло мне моё положение, приблизилась к вампиру, прихватив по дороге меч, оброненный кем-то из стражников. Ваалант не шевелился, он уже просто не мог, а потому молча следил за мной глазами. Не мешали даже каблуки, и платье, и дурацкий шлейф, хотя последний я оторвала, швырнув на дорогу. В пылу ярости боя, я и не заметила, что сражалась во всём этом неудобном одеянии. Ну да ладно.

Никто не пытался мне помешать и преградить путь. Ваалант был повержен и его люди знали, кто был победителем на этом празднике жизни. Я подняла меч, занеся его над вампиром. Тот неотрывно следил за мной, и в его глазах я видела, что он до сих пор не может поверить в подобный исход ситуации.

— Прощай, Ваалант! — произнесла я, замахнувшись мечом и одним чётким движением отрубив ему голову, которая, шлёпнувшись у моих ног, покатилась дальше.

Миг тишины. Усталость навалилась на мои плечи внезапно, словно с моей победой над Князем Тьмы иссякли и все мои силы. Я едва не рухнула на землю, когда почувствовала, что моё тело охватывает живительное сияние. В тот же миг я увидела свою мать, что, казалось, отделилась от меня самой. Гимира улыбалась, а за её спиной я увидела Жоржетту и других призраков, что ликовали от радости.