Мария Ерова – Сиротка в Академии Мрака. Королева Теней (страница 12)
В какой-то момент Себастьян будто что-то почуял — он резко обернулся, завертел головой, и мне пришлось вжаться в стену, чтобы оказаться незамеченной. Благо, в этом месте как раз находилась массивная колонна из чёрного мрамора, а мои параметры позволяли скрыться за ней, и Волк, кажется, так ничего и не заметил. Но теперь мой «режим инкогнито» был под вопросом — парни заговорили ещё тише, отчего любопытство едва не разорвало меня на части.
Я продолжала стоять за колонной, когда почувствовала, как что-то касается моей руки. Тёмное, бестелесное, едва заметное. Я чуть не вскрикнула, но мигом позже сообразила, что это и есть моя тень — «тьма», как называл её профессор Липп. Но что она здесь делала? И почему не рассыпалась на части с приходом света?
Мне было немного страшно, и всё же я помнила, что я сама её создала. А потому наверняка была этой сущности хозяйкой. Покрутившись у моих рук, Тень вдруг приняла вполне отчётливые очертания меня самой. Это напомнило мне временного двойника, созданного Айлиан, вот только в этот раз на меня смотрела тёмная «я», сотканная исключительно из тьмы, но в целом весьма на меня похожая.
Улыбнувшись мне, Тень, никем не замеченная, направилась в сторону продолжавших разговор Себастьяна и Николаса. Они не увидели её, даже не обратили внимание на этот сгусток тёмной материи, что вился вокруг них. Но Тень всё это время была рядом.
Когда парни, обменявшись последними фразами, разошлись в разные стороны и ни один из них, благо, не отправился в мою, Тьма юркнула ко мне, а, точнее, сказать, буквально вошла в меня всем своим обликом, вновь став моей частью. Это было так странно, что я вначале не поняла, что за голоса раздаются в моём сознании. Но после, прислушавшись, я услышала конец диалога моих новых знакомых — Кота и Волка.
— Ты уверен, что это — она?! — спрашивал Себастьян, явно нервничая. — Ведь, если мы ошибёмся, то головы не сносить никому из нас…
— Она, — мягко мурлыкнул Николас в свойственной ему манере. — Да кто же ещё?! Он никого ещё так не обихаживал, чтобы…
— Замолчи, Ник! — бросил ему резко волчара. — Не хватало ещё, чтобы кто-то узнал об этом, и растрезвонил на всю Академию…
— Расслабься! — беспечность Николаса иногда просто поражала. — Главное, эта девчонка сейчас у нас. Хотя и сама не подозревает о своём истинном предназначении… Но когда всё случится…
Разговор резко прервался, а я почувствовала себя вдруг очень нужной вещью, которую кто-то собирался использовать по своему усмотрению. Конечно, имён они не называли, и всё же я чувствовала, что в их диалоге речь шла именно обо мне! А ещё это значило, что эти двое были заодно и плели за моей спиной какой-то заговор.
Сжав от злости кулаки и стиснув зубы, я решила во что бы то ни стало помешать планам этих наглецов, строящих свои планы за моей спиной. Обида тогда взяла надо мной верх, но звучный звонок на урок повелел мне вернуться в аудиторию, где меня ждало следующее занятие.
Глава 18
Права была та рыжая вампирша — скучнее урока «Анатомии существ» в преподавании древней, сморщенной, словно высохшая груша, профессора Киги, себе представить было сложно. Сколько лет было этой достопочтенной бабушке? Судя по внешнему виду, не меньше ста пятидесяти, но ведь люди столько не живут! Однако, если она не была человеком в полном смысле этого слова…
Профессор Киги засып
Отчаянные парни, не желающие дремать на лекции под бормотание древней старушки, на цыпочках крались к выходу, желая незаметно выскользнуть из аудитории. Но едва их руки касались дверной ручки, профессор Киги приподнимала одно из опущенных век, делала лёгкий пас рукой, и неудачливых беглецов ждала одна и та участь — триумфально и довольно-таки жёсткое возвращение за парту, строго на своё место.
Это шоу было единственно развлекательным моментом, и мне показалось, что пройдёт вечность прежде, чем закончится это занятие.
— Премилая бабулька, правда? — кто-то хихикнул мне над ухом, и я, резко обернувшись, едва не врезалась в круглое и бледное лицо Лиззи, что каким-то неведомым образом оказалась рядом со мной. Неужели так тихо подкралась?
— Д-да, — пробормотала я шёпотом, а после решила не показывать своей растерянности, а впредь быть внимательнее к академии и её обитателям. — Не понимаю, почему она до сих пор читает лекции адептам? Профессор Киги и себя, наверное, с трудом помнит…
— В том-то и дело, — усмехнулась Лиззи. — Она много раз получала расчёт по выходу на пенсию, но каждый раз забывала об этом, и возвращалась на работу как ни в чём не бывало. Руководство первое время пыталось объяснить ей это, напомнить, что она уже вольна от исполнения своих обязанностей, но… Она вспоминала, соглашалась, но каждую ночь всё повторялось с точностью до мелочей. И, в конце концов, все махнули на это рукой.
Мне даже стало жаль эту древнюю бабушку, хотя история была вовсе не печальной, а, скорее, весёлой. Но тут мне в голову пришло, что Лиззи могла бы кое-что знать о других двоих моих знакомых, и мне как-то аккуратно нужно было выспросить её об этом.
— Лиззи, — начала я, наблюдая, как голова профессора Киги вновь подозрительно склоняется на бок. — А что ты знаешь о Николасе и Себастьяне? Вы же знакомы?
Бледные щёки девушки тут же залились румянцем.
— О, Николас! — воскликнула она, мечтательно закатив глаза. — Он невероятно мил, не правда ли?! Неужели он и тебе тоже…?
Она не договорила, но я уже почувствовала нотку ревности в её голосе. А потому поспешила успокоить девушку.
— Что? Нет! Мне больше по нраву брюнеты…
— Значит, Себастьян? — вновь переменилась моя новая знакомая, вернув себе мечтательное выражение лица.
— Нет, нет, ты не так всё поняла, — попыталась остановить её я, пока Лиззи всё сама не додумала. — А ты что, с Николасом?..
— Нет! — настала очередь милой гаргулии подать возмущённый возглас, который, впрочем, тут же смягчился. — Но я, если честно, не отказалась бы…
— Лиззи! Коты же, они…
— Да-да, я всё знаю! — остановила она меня. — Похотливы, неверны и любвеобильны! Я всё это знаю, Росали, но…
Она замолчала, отведя свой взор.
— Но? — поторопила её я.
— Мне кажется, я люблю его! Ведь Николас такой замечательный! Сексуальный и такой… ааааа!
Последний возглас моей собеседницы не только привлёк внимание всей аудитории, но и разбудил профессора Киги, отчего та тут же начала энергично продолжать свою лекцию, а другие адепты возмущённо на нас зашикали.
— Простите! — виновато прошептала Лиззи. — Я не хотела мешать… Извините!
— Ну так что? Себастьян и Николас — друзья? — продолжила я ещё тише, чтобы на этот раз никому не помешать: ни профессору уснуть, ни адептам спокойно заниматься своими делами.
— Хм, нет, не думаю, — задумавшись ответила девушка. — Они учатся на одном курсе, но я редко видела, чтобы они даже разговаривали друг с другом. Не то, что… дружили. А почему ты спрашиваешь?
Я надеялась, что этого вопроса смогу избежать, но Лиззи тоже была любопытна, как все девчонки. К тому же, если дело касалось её любимого Николаса…
— Нет, ничего такого! — тут же улыбнулась я. — Просто я здесь новенькая, и мне всё интересно. А на прошлой перемене я видела, как они разговаривали, вот и подумала, что они дружат.
Но Лиззи уже мало волновал мой ответ.
— Скажи, Росали, я красивая? Ведь со своей внешностью я могу рассчитывать, что и Ник меня когда-нибудь полюбит?
Я, в свою очередь уже насмотревшись на этого хвостатого пройдоху, всё же не смогла так прямо в лицо сказать Лиззи, чтобы лучше поискала другой объект любовного вожделения.
— Да, конечно! — даже громче, чем надо, воскликнула я. — Он будет полнейшим дураком, если не обратит на тебя внимания…
Лиззи опять завизжала, чем вызвала недовольство слушающей мерное посапывание профессора Киги аудитории. Но в тот же миг прозвенел утробный звонок, означавший начало перемены, и мы все с облегчением выдохнули, устав от этой бесконечно долгой сонной лекции.
Глава 19
Это была долгая учебная ночь в прямом смысле слова, но мне понравилось. Не всё, конечно, но в целом это не то, что я могла ожидать от учёбы в родном мире. Вернее, в том, где я, как думала, родилась и выросла. Ну, выросла — это уж точно. А вот насчёт моего происхождения я бы сейчас сильно поспорила.
И всё же под утро, когда нас, адептов, отпустили с занятий, я долго не могла уснуть, рассуждая над тем, кем я была на самом деле. Может быть, меня с кем-то перепутали?
В детстве я была самым настоящим гадким утёнком, но Ваалант уже не в первый раз намекал мне, что здесь я была кем-то особенным. Да и паучиха Бекка тоже что-то упоминала про «королевскую кровь», но я даже слышать это боялась. Надежда — её страшно терять, особенно когда тебе начинает казаться, что твоя жизнь в твоих руках и теперь уж точно всё будет по-другому.
Я сжала кулаки, чувствуя, как под кожей бегут странные импульсы. Может, это была магия, а может, просто дрожь от предвкушения. А что, если я и правда была не той, кем меня считали всю жизнь? А кем-то... больше?