Мария Ерова – Серебряная стрела для оборотня (страница 28)

— Что это?!

— Твоя защита от оборотней в ночь Полной Луны, — выдохнул Алзо, внимательно наблюдая за её реакцией. — Прости, но это необходимая мера. Сейчас я объясню, как всё тут устроено…

Он ужасно боялся, что Зоси сейчас сорвётся с места, и всё то хрупкое доверие и теплота этого дня исчезнут бесследно. Но она, с любопытством молодой козочки, наоборот, приблизилась к жуткому на первый взгляд сооружению, коснувшись рукой железных прутьев.

— А они точно выдержат?.. — спросила она деловито.

Алзо улыбнулся. Кажется, они уже встали на путь сближения и взаимопонимания, и это не могло не радовать.

— Идём, я тебе всё покажу…

Глава 45

Палак уже некоторое время наблюдал за Латером, который развернул активную деятельность, получив всё необходимое для этого. Под «всем необходимым» подразумевались люди, материалы и некая власть, которую тот принял с явным удовольствием и теперь распоряжался ею с рвением, достойным вождя.

Вот только вождём он не был, хотя явно частенько забывал об этом. И Палаку такой расклад дел явно не нравился.

Поначалу идея отдать Зоси за Латера казалась ему хорошей. Парень, не имеющий здесь корней, показал себя отличным воином и охотником. Он был себе на уме, но никто не мог винить его в этом — каждый выживал, как мог. И Латер исключением не был. Он был умён не по годам и его нестандартное мышление, вероятно, связанное с его происхождением, давало надежду на будущее. Да, порой он был не сдержан и горяч, но Палак списывал это на молодость и характер — то, и другое можно было принять и простить.

Можно сказать, Латер с самого детства знал, чего хочет, а потому хвостом вертелся возле вождя племени, наблюдая, изучая, запоминая. Он не взял его в свою семью лишь потому, что у него росла дочь. Если бы они были родными по крови, то проблем бы не возникло. Но Палак видел, какие взгляды тогда ещё юнец Латер бросает на Зоси, а там и до греха рукой подать. Он обеспечил парня всем необходимым, но отдалил от себя в плане дома и семьи, чтобы дождаться, когда дети вырастут. И, если так будет угодно богам, соединят свои судьбы по всем многочисленным правилам.

Казалось, Латер был благодарен даже за это. Он никогда не перечил вождю, и выполнял любую работу, ему порученную, лишь бы быть всегда в милости, и, в конце концов, Палак почти уверовал, что он станет ему достойной заменой. А, значит, и достойным мужем для Зоси.

Увы, сына боги ему не подарили. Жена от клыков и когтей зверолюдов погибла слишком рано, а он, оставшись с маленькой дочкой на руках, не мог смотреть на других — Зоси была точно уменьшенная копия его Мириды. А после привык, решив, что ему и без жены будет неплохо.

Однако дочери он желал только счастья.

И когда однажды, будучи уже взрослым, Латер заявил ему, что намерен жениться на ней, Палак вначале решил удостовериться, согласна ли на то сама Зоси. Конечно, дочерей тогда мало кто спрашивал, чаще решая их судьбу за них. Но зная взрывной характер совей девочки, Палак решил всё сделать по совести. Он пообещал Латеру её руку и сердце, если та будет согласна и, если он выполнит ряд условий до конца года, бытового характера. Абы кто опять же не годился ни на роль вождя, ни на роль его зятя.

Парень охотно со всем согласился, и Палак уже собирался обсудить всё с Зоси, но тут произошёл тот самый роковой случай, что едва не стоил ему жизни. И виной тому был Латер. Да, ударил его зверолюд, но лишь потому, что тот подло, исподтишка, убил того мальчишку, за которым явился оборотень. И ведь выкуп предлагал неплохой, и они почти сумели договориться…

Как бы не оправдывал Палак в своих мыслях Латера, но всё же гадкие идеи относительно его персоны не давали теперь ему спокойно жить. А его признание относительно Зоси, что он позволил себе близость с девушкой до брака, и вовсе подорвали доверие к парню. Нет, вида он не подал, что сильно разочаровался в оном, решив дать ему шанс всё исправить — попробовать отыскать Зоси и, как утверждал сам Латер, его пока ещё нерождённого внука. Но прежнего доверия к нему не осталось. И если Зоси погибла в лесу или горах от зубов зверолюдов, это была целиком и полностью вина Латера. Теперь Палак понимал, что знай он заранее, к чему всё приведёт, то ни за что на свете не давал бы тому абсолютно никаких обещаний.

Однако Латер надеялся на иное. По его заказу лучшие мастера селения сейчас изготавливали серебряные стрелы, способные погубить зверолюдов. Люди отдавали последнее, чтобы серебра оказалось достаточно, кто с охотой, кто-то недовольно бурча, и всё же приказ вождя не должен был обсуждаться. Если Зоси погибла — а Палак был в этом почти уверен, вождь не станет церемониться с поселением зверолюдов. Он душу отдаст и жизнь, чтобы отомстить за свою девочку, и потребует того же от Латера — виновника его бед.

И пусть он лишился нескольких пальцев на ногах и частично фаланг на руках, это не было достойной платой за его безрассудство. Палак поклялся себе, что если его дочь и впрямь мертва, то он уйдёт вслед за ней, но прихватит с собой и несостоявшегося зятя.

Однако заранее тот знать этого должен не был.

Палак вдохнул морозного воздуха и, сощурившись, взглянул на светлеющее в вышине небо. Скоро придёт весна. И тогда всё решится…

Глава 46

Но как бы Зоси не готовилась к той самой ночи, которую с таким нескрываемым неприятным волнением ждал Алзо, пережить её оказалось страшнее, чем она предполагала. Весь день вожак стаи был с ней, и девушка не могла не замечать тех изменений, что происходили с ним всё это время. Он был угрюм и раздражителен, хотя даже в таком состоянии не позволял себе на ней срываться. Мужчина то и дело беспокойно ходил туда и обратно, чаще к той клетке, которую сам и соорудил, чтобы уберечь Зоси, будто не веря сам себе, проверял железные запоры и стянутые кожаными ремнями перекрытия.

Его фальшивый непринуждённый вид не мог обмануть девушку, она чувствовала его нервозность, передаваемую и ей, и к вечеру она достигла своего максимального пика.

— Пожалуйста, не открывай, не выходи из клетки, что бы ни случилось. — В сотый, а, может, и в тысячный раз просил он её. — Я боюсь, они учуют твою кровь. Я сам могу повестись на неё, ты не представляешь, как это сводит с ума, если ты волк…

У Зоси мурашки побежали по коже от его слов.

— Не пугай! Мне и так страшно! — бросила она, и он лишь кивнул в ответ.

Но тут же завёлся вновь.

— Возьми ножи и мечи, всё оружие. Если я или кто-то из моих людей попробует напасть, убивай без раздумий…

— Легко сказать! — огрызнулась Зоси. — К тому же, мои руки всё ещё слабы…

— Не легко… — тяжко вздохнул Алзо. — Они мои люди, и я в ответе за каждого из них. Да и сам я хотел бы дожить до того момента, когда возьму сына на руки… Но его жизнь дороже всего на свете. И твоя тоже… Я не могу вами рисковать. Мне приходится в силу своей природы…

— Как же ты собирался прожить со мной всю жизнь? Если каждый месяц нам предстоит подобное испытание… — подначила девушка. Её тоже уже начинал донимать мандраж, и виной тому опять-таки был Алзо.

— Я что-нибудь придумаю… Даже если нам придётся уйти из стаи и жить отдельно. Тогда раз в месяц в клетке придётся сидеть не тебе, а мне. И это было бы лучшим вариантом…

— Ты что? Ради ребёнка готов даже отказаться тот своей стаи? — удивилась Зоси, вскинув брови.

— Ради ребёнка я готов даже проститься с жизнью, но с трудом представляю, как вы выживите в этом мире без меня. По крайней мере, пока наш сын будет мал… Да и не хотел бы, чтобы он рос без отца. Я не могу спокойно предоставить вас самой судьбе, потому что сейчас я за это в ответе.

Уже смеркалось. Взгляд Алзо сделался мутным, по подбородку из уголков губ начала стекать тоненькими едва заметными ручейками слюна.

— Идём. Пора…

Зоси не возражала. Ей сделалось жутко от одной мысли, что сейчас этот заботливый и добродушный мужчина превратиться в безжалостного убийцу, лишённого человеческого разума. Всего через несколько минут…

Она встала, тепло оделась, захватив с собой ещё несколько одеял, заранее приготовленную воду и немного еды. Алзо провожал её, не поторапливая, будто извиняясь за то, над чем был не властен.

Зоси впервые вступила в клетку, обведя её взглядом и содрогнувшись от перспектив нахождения в ней. Конечно, в первую очередь эта жуткая конструкция должна была защищать её, но… Чувствовала она в ней себя скорее жертвой, добычей, загнанной в угол.

— Затворы здесь сделаны так, что чтобы войти или выйти, нужно будет открыть все замки изнутри и снаружи, — пояснил ей Алзо. — Человек легко справится, а вот оборотню это не под силу.

Девушка кивнула, закрыв все хитроумные крючки со своей стороны. Алзо сделал то же самое, но уходить не торопился, вцепившись в прутья самодельной решётки всеми пальцами. Его взгляд был полным мольбы.

— Пожалуйста, переживи эту ночь…

Зоси, сверкая глазами, сжала в руках одеяла, которыми собралась греться до долгого рассвета.

— Мне страшно… — прошептала она. — Я… не смогу… если что-то случится…

— Я постараюсь увести стаю подальше, на север, чтобы ни у кого не возникло даже соблазна… Всё будет хорошо. Просто поверь мне…

Но девушка сейчас больше напоминала ледяную скульптуру.

Тогда Алзо не выдержал. Замки под его сильными пальцами полетели назад, раскрываясь. Он ворвался в клетку, и что есть силы прижал хрупкое тело Зоси к себе. Она, конечно же, не отвечала на его вспышку отчаянной нежности, но хорошо уже, что не отталкивала.