Мария Ерова – Серебряная стрела для оборотня (страница 16)

Мужчина так стремительно прижал её к себе, что девушка растерялась, а потом, придя в себя, начала всеми силами отбиваться от него.

— Не смей! Не трогай! — Зоси извивалась всем телом, а он поначалу даже не обращал на это внимание, продолжая прижимать её к себе, сильно, как самого дорогого человека на свете.

— Я ждал. Я искал… Я приходил сюда, чтобы вновь увидеть тебя… — беспрестанно шептал он ей на ухо, пытаясь целовать щёки и шею, но та лишь порывисто отбивалась. — Та ночь… Она всё изменила. Прошу, выслушай меня… Что это за запах?

Он отстранился, чтобы вопросительно взглянуть в лицо девушки, но та, если и поняла, о чём он говорил, отвечать не желала. Тогда он стремительно поднялся на ноги, непреклонно увлекая девушку за собой.

— От тебя пахнет волком, но ты не оборотень… Значит ты… беременна от зверолюда?! От… меня…

То, с какой скоростью он вычислил это, поразило Зоси до глубины души. Но, упрямая, прикусив язык, продолжала молчать. Но ему и не требовался её ответ.

Алзо задрожал, положив широкую раскалённую ладонь на её живот, пробравшись сквозь меховую накидку, закрыл глаза, едва заметно сдавливая кожу пальцами. Его дыхание сделалось горячим, прерывистым, вены на руке вздулись. Он был настолько близок, что дыхание самой Зоси остановилось. Она ещё помнила его жаркие прикосновения и нескромные ласки, их ночь в кромешной темноте пещеры и запах — его запах, который она не смогла бы спутать ни с каким другим.

Но он был не человеком. Зверолюдом. И она носила под сердцем его ребёнка, тем самым предав не только своё племя, но и себя саму. Отвращение подкатило к горлу. Зоси со всей силы оттолкнула мужчину, тут же принимая боевую позу.

— Не прикасайся! Ты! Животное! — зашипела она, словно разгневанная кошка.

Но на мужчину это никак не подействовало. Он всё так же смотрел на неё пылающими огнём глазами, и было не понятно, он так потрясён новостью о ребёнке или просто-напросто хочет её сожрать. Неважно. Она лучше умрёт, чем он хоть раз ещё к ней вот так безцеремонно прикоснётся!

Но Алзо больше и не смел — настолько он был потрясён. Ещё какое-то время он просто стоял, абсолютно не стесняясь своей наготы, не видя никого и ничего кроме неё — дикой девчонки, носящей под сердцем его ребёнка, и чувства, непохожие ни на что прежде, наполняли его сердце до краёв небывалой радостью.

— Ты идёшь со мной! — после приказал он тоном, не терпящим возражения.

Но Зоси это не могло остановить.

— Нет! — бросила она в ответ. — Просто убей меня здесь…

— Убить?!

Алзо вдруг рассмеялся так громко, что волки, поджидавшие его снаружи, сунули любопытные морды в проход, но он тут же цыкнул на них, и те мгновенно исчезли.

— Если хоть волос с твоей головы упадёт, я убью любого, кто будет в том повинен! — голос его, прозвучавший сейчас отточенной сталью, поразил даже Зоси. — Женщина, что носит в своей утробе моего сына, священна для всей стаи! Никто, слышишь, никто не посмеет пойти против моего слова! Идём, теперь ты целиком и полностью под моей защитой!

— Нет…

Ну что за упрямица! Алзо, выдохнув, подошёл к ней, и как она не уворачивалась, сумел подхватить её и перекинуть через плечо, надёжно зафиксировав руками.

Зоси замолотила руками по его обнажённой спине — лицезреть голый мужской зад в её планы не входило, но Алзо будто потерял к ней всякий интерес, выходя к своим людям.

— Отныне эта женщина часть нашей стаи! — громко объявил он, и зверолюды в ипостаси зверей, кивая косматыми головами, последовали вместе с ним в заданном мужчиной направлении.

Зоси устала сопротивляться, повиснув сломанной куклой, и не пытаясь больше никак себя не проявлять.

Стоило ей сбежать от одного, так «повезло» тут же попасть в лапы другого, и не было этой круговерти ни конца, ни края.

А ей всего-то лишь хотелось выжить. Но как это можно было сделать в окружении зверолюдов — её злейших врагов, она и представить не могла. Но, честно говоря, сейчас и не хотела представлять.

Глава 27

Латер шёл медленно, словно ноги его налились свинцом и стали пудовыми. Словно весь мир в мгновение ока восстал против него, и капризная удача отвернулась. Сначала Зоси. Эта стерва получит своё, вот только он отыщет её, и тогда…

Но того, что Палак может очнуться, Латер точно не ожидал. Он давно похоронил старика в своих мыслях, там же заняв его место. Оборвыш, когда-то пришедший в селение совсем ещё ребёнком, всю жизнь мечтал о власти вождя и лелеял свои амбиции до последнего времени. Латер не хотел ждать собственной зрелости или, даже, старости, чтобы попытаться добиться этого места. Он хотел всё здесь и сейчас, но Палак был крепок, а потому даже смертельный удар того зверолюда не смог убить его. И теперь ему придётся объясняться за всё, что произошло.

Поначалу Латер делал вид, что сожалеет о произошедшем с Палаком. Он ходил, навещая его почти отошедшее от всего земного тело, но после ему наскучило это занятие. Старик умрёт — в этом он был уверен, как и в том, что Зоси выйдет за него замуж. Двух зайцев одной стрелой…

Но что-то пошло не по плану. Колесо удачи встало, не предвещая ему ничего хорошего. Даже не так: все его планы относительно тщеславного будущего шли крахом, сейчас он как никогда был близок к поражению, и всё же надежда ещё не покидала его.

В вонючей комнате лекарни его встретил тот, кому он мысленно уже давно сложил погребальный костёр, и отслужил тризну. От смрада жжёных трав мутило даже его, и Латер искренне не понимал, как здесь выдерживают больные. Однако Палак, исхудавший, с грязными обвисшими волосами и пожелтевшими от травяных настоев зубами, встретил его улыбкой, представляя из себя жалкое подобие себя прежнего.

— Доброго здравия, Латер! — поприветствовал тот пришедшего, и тот сразу сообразил, что разум старика по-прежнему ясен. — Как жизнь? Много я пропустил? Молодой мужчина поклонился в пояс, а после позволил себе широко и лицемерно улыбнуться непринуждённой улыбкой.

— Ничего того, о чём стоило бы рассказывать! А ты нас напугал, ничего тут не скажешь…

Тот согласно закивал головой, и продолжил:

— Где Зоси? Я хочу видеть её…

— Да… она… скоро будет, — усмехнулся Латер. — Я схожу за ней. Мы слегка повздорили, ну знаешь, как это бывает…

Палак тут же нахмурился.

— С ней всё в порядке? — его брови сошлись к переносице.

— Конечно! — мужчина напустил на себя благодушный вид. — Но ты же знаешь её, не дева — огонь! Чуть что, так и глаза выцарапать может! Характер…

Кажется, Палак не проверил ему и на грош. Но выбора у него всё равно не было.

— Хм… Хорошо. Приведи её ко мне как можно скорее. Думаю, она будет рада узнать, что я вернулся. А я пока вздремну, силы возвращаются ко мне крайне медленно, но я скоро встану на ноги.

Латер тут же вскочил, вновь поклонившись. Ему не терпелось уйти из этой прелой, пропахнувшей потом и лекарственными травами, кельи. Нужно было как можно скорее отыскать сбежавшую девчонку и показать её отцу. Если Палак узнает, что та пропала по его вине — головы ему не сносить.

Свежий воздух улицы показался ему раем после душных помещений лекарни, и Латер отправился прямиком туда, где совсем недавно планировал организовать засаду на Зоси — к ней домой. Но девушка так и не возвращалась. Признаться, он боялся, что она тоже следила за домом откуда-то издалека, и могла проникнуть сюда, пока он отсутствовал.

Однако Зоси не возвращалась Латер это знал, чувствовал. А значит, пришло время организовывать отряд для её поисков. Пусть силой, но он вернёт строптивицу назад. А с её беременностью разберётся позже.

…Мужчины были в сборе, когда он, вооружившись понадёжнее, вернулся к ним, чтобы повести отряд к лесу. На улице уже собирались плотные сумерки, но ни Зоси, ни её следов видно не было. Зато крепчал мороз, и провести ночь в такую стужу никому не хотелось. Однако приказ Латера, всё ещё заменявшего Палака, никто оспорить не решился. Тот злился на Зоси, и на самого себя, что не смог вовремя остановить её. Он понимал, знал, насколько упряма девчонка, но такой лютый холод просто убьёт её, без еды и воды, в недостаточно утеплённой одежде. А ему она сейчас нужна было живой. Иначе что он скажет настоящему вождю? Что стало с его дочерью? Почему ей пришлось скрываться в лесу? И почему он, Латер, не сделал ничего, чтобы её защитить, ведь он клялся, клялся самому Палаку, что сделает это при любой опасности, даже ценой собственной жизни.

— Далеко уходить нельзя, — кто-то из своих всё же рискнул вставить своё словечко, но Латер так грозно зыркнул на него, что мужчина разом растерял всю уверенность в своих словах.

— В случае чего заночуем в лесу, — ответил ему Латер. — Найдём пещеру, разведём костёр, не впервой…

— Но такой мороз… — это уже был другой, щуплый бородач, закутанный в ног до головы в тёплые шкуры.

Латер подошёл к нему, словно намереваясь сделать вызов. Мужчина напрягся, но не отступил, глядя на предводителя их отряда немного нервно.

— Если уж вы, здоровенные мужики, мёрзните как дети в такой мороз, тогда представьте, каково сейчас ей! Хрупкой девчонке, сбившейся с дороги!

— И что ж между вами такого всё-таки произошло? — спросил тот, что был зачинщиком разговора. — Почему дочь Палака ушла в лес и до сих пор не вернулась? — Не твоё дело! — буркнул Латер. — Наша задача найти её, желательно живой — мы должны спасти Зоси, иначе не достойны быть частью племени и называть Палака нашим вождём! Так что подберитесь, девочки, и засуньте свои неудобства сами знаете куда!