Мария Ерова – Говорящая с Нами (страница 27)
Два кольца, гладких, приятных, а главное, знакомых на ощупь блеснули во тьме отголоском внутреннего света. Лора смотрела на них и не могла насмотреться, испытывая целый шквал навалившихся на неё эмоций и… воспоминаний?
Она сжала кольца в руке, нежно, трепетно, и ей незамедлительно захотелось рассказать об этом Джозу, поделиться с ним этой эйфорией, и, возможно, ненадолго обидеться за то, что он сам ей не рассказал…
Кристал, улыбаясь, кивала головой, словно понимая её без слов. И Лора, забыв обо всё на свете, выбежала из комнаты мистера Реджи, направляясь к лестнице, уже почти ступив на неё…
Гулкое рычание собаки послышалось совсем рядом. Лора замерла, глядя в ту сторону, откуда показался огромный чёрный пёс, а он выходил из её комнаты, медленно, словно охотясь, приближаясь к растерявшейся девушке.
Но самым страшным было то, что глаза его, словно два уголька, пылали ярко-красным огнём, и не было в них ничего живого…
Лора, вопреки здравому смыслу, или, может быть, на голой интуиции, бросилась на лестницу, но пёс в два прыжка настиг её, сбив с ног.
Падая, вниз головой, как в замедленной съёмке, она увидела лишь, как над ней поднимается и вновь оседает облако соли, отбрасывая прочь призрачного пса, и звон колец, что, подпрыгивая, скатываются по лестнице вниз.
А после…
Миг резкой боли.
И спасительная темнота, что забрала эту боль с собой.
Часть третья. Проклятие Алазара. Глава первая. Несчастье.
Первые лучи солнца озарили окрестности, напоив приятным утренним теплом всё живое и неживое; всё, что нуждалось в нём и всё, что было к нему абсолютно равнодушно.
Джозеф уже стоял перед домом Шерли, довольно-таки давно, не решаясь войти, но и просто уйти, развернувшись, тоже не мог. И виной тому была Лора.
Их вчерашний разговор вывел его из душевного равновесия, и он места себе не находил, желая сейчас хотя бы одного — увидеть её, пусть и издалека.
Лора была ранней пташкой, но, как назло, сегодня её силуэт не мелькнул ни в одном из окон. И это настораживало.
В конце концов, Джозеф решился. И в один миг оказался на балконе комнаты Лорейн, затем — в самой комнате. Странно, но Лоры здесь не было. Благо, как и соли — в последнее время девушка ей злоупотребляла, рассыпая, где ни попадя. Но не в этот раз.
Тишина, словно застывшая в доме, одарила призрака недобрым предчувствием. Он заметался из одного места в другое, исследуя все комнаты подряд, пока не оказался на лестнице, ведущий со второго этажа на первый…
Тёмно-бордовая струйка крови медленно двигалась от ступени к ступени, прокладывая своё неспешное русло, набирая силу и не собираясь останавливаться. Лора лежала недвижимо, не шевелясь, с ног до головы усыпанная злосчастной солью, а Мередит, сидевшая в своём инвалидном кресле у основания лестницы, растерянно хлопала плохо видящими глазами, и даже не пыталась ничего предпринять.
— Лора! — Закричал Джозеф, и бросился к своей возлюбленной, но невидимая стена не позволила приблизиться к ней, и как тот не пытался, всё оказалось напрасным.
Тогда он, положив ладони на прозрачное препятствие, со всех сил надавил на него, но лишь крик боли и отчаяния сотряс особняк Шерли, и Джозеф отдёрнул руки точно обожжённые, но не приблизившие его ни на миллиметр к цели.
— Ты же знаешь, так ей не помочь. — Дребезжащим старушечьим голосом проговорила Мередит. — Ты не в силах сделать этого, Джозеф Мартелл. Как и я!
А она переживала, это было ясно по её трясущимся рукам и нервным движениям губ. Хотя и пыталась показаться бесстрастной.
Тот, распрямившись во весь рост, непримиримо взглянул на мисс Шерли, словно на что-то решаясь.
— Да, я не могу помочь ей. — С вызовом заявил Джозеф. — Но я знаю, кто может.
И он исчез в ту же секунду, чтобы немедленно привести свой план в исполнение.
Мистер Клабан лениво почесал щёку, заросшую щетиной. Скука раздражала его, он не привык сидеть, сложа руки, но чем ещё было заняться в этой глухомани? По правде говоря, он и сам не понял, каким ветром его занесло сюда, дались ему эти призраки с их загадочной историей, а ведь он неплохо зарабатывал и у себя на родине, отлавливая не упокоенных тварей, будь они не ладны. Вернее, в том месте, что он считал своей родиной, пытаясь напрочь забыть, что его корни произрастают как раз отсюда, в этой далёкой глуши.
Да, Мэтью провёл здесь всё своё несчастливое детство, под опекой и надзором своей бабки, что растила его, пока мать разлагалась на кладбище под гранитной плитой, а отец мотал срок за её убийство. Официально. Но, вернувшись после освобождения из тюрьмы, родитель доходчиво объяснил отпрыску, кто виноват в её смерти. А заодно ввёл в курс дела относительно своей профессии, на практике показав, что и как, научил пользоваться особым арсеналом оружия, какого мальчик никогда в жизни не видал….
И подросший Мэтт, до той минуты винивший во всём отца, в один миг воспрянул духом, найдя выход негативу, что буквально тянул его на дно все эти годы. Он пошёл по стопам родителя, став охотником за призраками, и даже после смерти отца мистер Клабан-младший никогда не был без работы и на мели.
И он не собирался никуда уезжать с насиженного тёплого местечка, если бы не…
В тот вечер в дверь его квартиры в центре города позвонили. Он не хотел открывать, было уже поздно, но настойчивый визитёр не хотел уходить, словно его палец прилип к кнопке звонка.
«Надо подумать о домофоне» — пронеслось в голове мистера Клабана, когда он босой, полураздетый, в одном полотенце, прикрывающем мужское естество, шлёпал к двери, за которой никого впоследствии не оказалось.
Никого — но бумажный запечатанный конверт, найденный охотником тут же на пороге, не сулил спокойного остатка ночи, и Мэтью поспешно вскрыл его. Каково же было его удивление, когда кроме карты с обозначенной на ней красным крестом и короткой записки «ОНА ТЕБЯ ЖДЁТ» в нём ничего не оказалось.
Дурацкий розыгрыш?
Возможно. Но то место на карте было слишком хорошо ему известно, и первоначальный настрой «да плевать я хотел» к утру сменился навязчивым желанием бросить всё к чертям и рвануть что есть силы на запад.
Что, собственно, он и сделал, забравшись в свой потрёпанный джип и предварительно отменив все имеющиеся заказы.
«ОНА ТЕБЯ ЖДЁТ».
Кто?
Мистер Клабан усмехнулся сам с собой. Уж не мисс ли Беррингс имелась ввиду в этой странной записке? Но улыбка тут же сползла с его лица. Странноватая красотка, с которой вначале знакомства он не прочь был бы поразвлечься. А потом понял, что влип по уши, увязнув в мыслях о ней. Влюбился, как пятнадцатилетний юнец, и получил от ворот поворот, как тот же юнец, когда, казалось, их желания вполне совпали… И всё из-за призрака, бестелесного мертвяка, которому глупышка по наивности своей свято верила…
Самое время было уезжать, забыв обо всём, что здесь произошло…
От мыслей его отвлёк стук в дверь — не стук, скорее, шорох, поскрипывание, да кто же знает, как это назвать! Но Мэтью насторожился — к нему не часто захаживали гости.
— Кто там? — Без настроения рявкнул он, получив тишину в ответ.
Тогда, поднявшись, он направился к двери.
Распахнул её.
Что-то или кто-то невидимый сбил его с ног. Вот это силища! Но существо бросилось под ноги, а он не был к тому готов.
До ловушек было не дотянуться, а соль не могла защитить его, ведь он не знал, с какой стороны в следующий миг будет нападение, а потому он замер, прислушиваясь, а вернее, надеясь на чутьё охотника, каким, несомненно, обладал.
Но дальнейшего нападения не последовало.
Вместо этого на кухонный стол опрокинулся пакет с мукой, что рассыпалась, потом разгладилась под чьей-то невидимой ладонью, и старательный подчерк неровно вывел на получившемся «экране» следующее: «Лора в беде. Особняк Шерли».
Прочитав это, Клабан замер в нерешительности.
— Серьёзно? — Недоверчиво воскликнул он. — Убирайся из моего дома, призрак! Я не верю тебе, дьявольское ты отродье!
Горсть муки взмыла в воздух, и охотнику за призраками предстало необычное зрелище — мужской 3Д силуэт, точно гипсовый или мраморный, но двигающийся, высокий и статный. Теперь он был относительно виден — и, склонившись к столу, продолжил писать.
«Можешь взять меня в заложники, но спаси её. Лора умирает».
Мистера Клабана, уставившись на него, ещё с пару секунд соображал, а потом бросился к двери и со всех ног помчался к особняку Шерли.
Если этот призрак не врёт, он действительно сейчас ей очень нужен…
Глава вторая. Начало истории.
Тяжёлая повозка, запряжённая лошадьми белой масти, неспешно ехала по лесной дороге, увозя её всё дальше от родного поместья и любимого, который был и после смерти остался ей мужем — пусть и невидимый никем, кроме неё самой. Разлуку с отцом и сестрой Лорейн ещё могла пережить, особенно в свете последних событий. Оба раздражали её своей чопорностью и лицемерием, и она даже рада была покинуть этот дом, чтобы не видеть их хоть какое-то время.