Мария Ефимова – Потомок Хранителя (СИ) (страница 66)

— Скажи мне, — ласково начал Хару, сближая своего коня с конем Ирен, — отчего у тебя такой хмурый и напряженный вид? Почему ты стала так груба ко всем нам и ко мне в частности? Что изменилось?

Ирен бросила на него испепеляющий взгляд.

— Ты не прав, — отрезала она, выдавливая из уст нечто вроде улыбки, — все тоже.

Хару отстранился, не смея больше задавать вопросов, со страхом глядя на свою подругу. Нет! Он допытается правды! Но не сейчас…

Внезапно разогретая огнем земля задрожала от гулкого топота ног, и жуткие крики прорвали небо над головами друзей. Размахивая над головами окровавленным оружием, из — за поворота выбежало десятка три человек. На ходу они крушили и ломали все, что преграждало им путь, разметывая баррикады в щепки и превращая догоравшие дома в жалкую груду углей.

Завидев ассассинов на пути, люди замерли на месте, будто прирастая к земле, но не надолго их кровавая гримаса сменилась недоумением. Их глаза вновь налились кровью, а голосовые связки запульсировали от нечеловеческого рыка. Сторонники Фордхэма, как обезумившие, готовы были драться с любым врагом.

— Вот они! — заорал безумный, охрипший от ярости голос, который разметал наступившую на секунду тишину. Этот голос вмиг был подхвачен другими обезумившими от боя и крови воплями. Как лютые звери люди кричали:

— Изменники короны! Убьем их!

Единым потоком они метнулись вперед с диким криком, вкладывая в него весь свой душевный запал. Эти отчаянные люди всей душой верили в силу и мудрость своего короля, а так же в то, что его диктатура — лучший способ утвердить порядок и законность в стране.

Хару почувствовал силу этого единогласного воя, обрушившегося на него, подобно взрывной волне. Он уже был готов отдать приказ «В бой!», но вдруг увидел, как Ирен, опережая его, со звоном вырвала меч из ножен и, отдав приказ ассассинам, первая ринулась в толпу врагов. Они с жаром пропустили ее вовнутрь и хищно сомкнули свою трепещущую пасть вокруг волшебницы. Хару даже осадил лошадь от изумления, но быстро пришел в себя и вновь бросился вперед, мелькая темными кожаными доспехами среди зелено-синих плащей ассассинов. Их яркие одежды, слившись воедино, неслись теперь сверкающей безмолвной стрелой на обезумевшую толпу.

Завидев эту грозную бурю, сторонники короля дрогнули под свистящими яркими клинками убийц — партизан и отступили с ропотом страха. Сверкающие сабли воинов летали по воздуху подобно молниям, и Хару уже предвидел близкую победу, как вдруг из — за угла улицы послышался отчаянный боевой клич. Он будто пробудил от страха отступающих сторонников Фордхэма. Тут же со всех сторон на маленькое войско Хару и Ирен бросились толпы солдат Валиора и простых жителей — приспешников короля. Казалось, все враги сосредоточили здесь свои силы, дабы растоптать повстанцев своим числом. Ассассины, до этого почти без препятствий разбивавшие ряды валиорцев, вдруг встретили перед собой ревущую живую стену. Убийцы отпрянули, неистово отбиваясь от сыплющихся ударов.

Хару с ужасом увидел, что подмога, прибывшая к вражеским силам, захватывает асассинов в кольцо, сжимая свои смертоносные тески. Еще несколько минут и отряд ассассинов будет разбит.

— Соратники! — в не себя от боевой лихорадки вскричал Хару. — Не поддавайтесь натиску! Прорвемся же к северным воротам! Там Зехир выйдет нам на подмогу! Вперед!

И, не помня себя от злобы, Хару первый бросился в гущу врагов, на этот раз, опередив Ирен. Его клинок, окутанный огнем и молниями, разил целые ряды врагов разом. Ведьмак ощутил ритм битвы, слился с ней воедино и, заклиная меч смертоносной магией, уже один теснил ряды врагов. Впрочем, недолго Хару бился в одиночку. Ассассины, воодушевленные мощью и бесстрашием своего командора, ринулись в бой, ворвавшись прямо в центр сражения.

Хару метал заклинания по сторонам с бешеной скоростью и разил без устали мечом, чувствуя, как закипают внутри него уже позабытые силы. Темная магия вновь ожила в его крови, призывая ведьмака разбить одним ударом все, казавшиеся теперь ничтожными, вражеские ряды. Хару уже вознес руку перед собой, но воспоминание о предостережении Хранителей вдруг пронзило его сознание. Весь ужас жестокого действа, совершенного его руками, встал перед глазами Хару подобно стене. Последний взволнованный и одновременно покорный судьбе взгляд Гируна вспыхнул в сознании ведьмака и охладил его пыл. И темная магия, так и не вырвавшаяся наружу, свернулась в острый клубок внутри мага, оставляя после себя лишь одурманивающее чувство пустоты.

Завидев внезапное замешательство Хару, один из противников одним ударом эфеса выбил колдуна из седла и хотел уже размозжить ему голову, как вдруг был сражен быстрой тенью, пролетевшей мимо него к ногам ведьмака. Ирен помогла другу встать.

— Будь внимательней! — закричала она, вытирая с лица вражескую кровь, перемешенную с собственной. — Ты стал совсем рассеян!

Хару стоял в отупляющем оцепенении и смотрел как Ирен, не дождавшись его ответа, вновь исчезает в гуще сражавшихся. Ведьмак видел, как она раскидывала врагов, убивая каждого, не щадя никого. Хару содрогнулся от этого виденья, но все прибывающие силы сторонников короля заставили его вновь заняться битвой.

Хару прорвался в авангард своего маленького войска и, обернувшись к ассассинам, крикнул:

— Сомкнуть ряды! Мы должны достигнуть северных ворот!

Сражение оттеснило героев далеко от того места, где они были захвачены врасплох вражеской засадой. Хару жадно всматривался в густой дым пожарищ, чувствуя, что вот — вот должны показаться главные ворота города, у которых их будет ждать Зехир. Ассассины, вдохновившись рвением командира, удвоили свои силы и с остервенением расчищали путь к спасению. Они выбивали с кровью каждую улицу. Каждый шаг давался им с трудом. Воители бросали измученных, покрытых пеной лошадей прямо на ряды неприятеля и втаптывали их в землю.

Безумными рывками поредевшее войско Хару и Ирен продвигалось вперед, и, наконец, перед их глазами предстал сверкающий в дневном свете металл, покрывавший городские ворота. Вот оно — спасение! Однако армии Зехира еще не было видно. Отовсюду на войско друзей бросались новые силы приспешников короля Фордхэма, а подмоги нигде не было видно. Ассассины медленно сдавали позиции. Своими телами они устилали землю у валиорских ворот.

Хару до крови кусал губы, вслушиваясь в каждый возглас и крик врага, который мог стать предвестником приближающейся армии Тарин — нура.

Внезапно земля затряслась, будто готовая разверзнуться под ногами сражавшихся. Над площадью близ ворот пронесся единогласный рык, с которым пришел и крик изумленных сторонников короля. Подобно ослепляющему метеору, на встречу Хару вылетела спасительная армия Зехира, растоптавшая всех, кто встал между ней и ассассинами.

Защитники короны, увидев свое неминуемое поражение, рассвирепели, подобно животному, затравленному в угол. Будто сговорившись, они разделились на два отряда и бросились стрелой на командоров обеих армий. Однако Хару и Ирен отступили под защиту своих воинов и отбили натиск. Вслед бегущим врагам донесся их победоносный клич.

У Зехира все обернулось не так удачно. Он так спешил на помощь товарищам, что уехал далеко вперед от своей армии и встретил натиск врага один на один вместе со своими телохранителями. Хару с ужасом увидел, как упал конь раджи, придавив под собой нескольких валиорцев. Тут же ведьмак потерял из виду и желтый плащ Зехира. С бешено стучащим сердцем Хару ринулся на помощь магу. Сознание отказывалось принимать очевидный факт того, что он не успеет.

В этот момент прямо с крыш домов, из обугленных окон и дверей молниями вылетели темные плащи. В противников революции полетел дождь горящих стрел и легких кинжалов. Неожиданные помощники прошлись по вражеским рядам подобно мору, карающему смертельно и быстро, не давая даже опомниться несчастным. Падая на землю в предсмертной агонии, никто из защитников короны так и не смог понять, что так стремительно сразило их.

Как ураган сметает ветхие домишки, так и быстрые воины в плащах уничтожили войско врага.

Хару и Ирен не верили своим глазам. Ассассины прокричали троекратное ура и врезались в остатки армии солдат Валиора. Вмиг площадь перед воротами очистилась, и Хару смог, наконец, увидать Зехира. Изрядно помятый, но живой, он уже поднимался с земли, вытирая подолом плаща свой окровавленный ятаган. Оправляя амуницию, раджа пристально рассматривал неожиданных добродетелей, спасших его от неминуемой смерти. К Зехиру подоспело его войско и поредевший отряд Хару и Ирен. Все с изумлением смотрели на странных воителей, храбро бросившихся на сторонников Фордхэма. Каждый из этих неожиданных союзников имел при себе лук и небольшой кинжал, которым они орудовали столь искусно, что великие и могучие герои легенд с громоздкими двуручными мечами отступали в тень. На каждом из храбрецов было одето легкое обмундирование из кожи и плотные сапоги с мягкой подошвой, которые позволяли им не хуже ассассинов летать по крышам домов и бесшумно подбираться к врагу со спины.

Вперед выступил высокий широкоплечий человек, усмехавшийся в густые усы. Его единственный глаз чуть щурился в окружении хитрых морщинок. Хару заметил, что он был молод, но многочисленные шрамы состарили его лицо, чего, однако, нельзя было сказать о его необычайно живом и пронзительном взгляде.