Мария Дёмина – В стране чудес (страница 60)
– Где она? – прошептал он хрипло.
– Кто?
– Она. Машина.
– Дома. В гараже. Я пришла…
– Я помню вашего мужа, – перебил он. – Что, он тоже? А ведь я честно его предупреждал… предупреждал. А он смеялся, я помню. Помню. Никто мне не верит. Никто…
Марина сглотнула пересохшим горлом. Дядька прошлепал на кухню и вернулся со стаканом воды. Пока она пила, он сочувственно смотрел на её дрожащие руки. Да и сам-то он выглядел не лучше – дедок неопределённого возраста, с подергивающимся веком.
– Мне тоже никто не верит. – Марина стукнула стаканом об стол. – Мне кажется, я с ума схожу. Скажите, она что, правда, живая?
Дядька с тревогой посмотрел на неё, потом на дверь.
– О чем вы? Я ничего не знаю. У меня всё хорошо. Я не сумасшедший.
Марина оглянулась. Никого.
– Простите, вы, может, не поняли – мой муж купил у вас машину. С привидением. Я хотела узнать…
– Т-с-с! – дядька приложи палец к губам. – Она всё слышит. Её нельзя ругать. Понимаете?
– Нельзя ругать? – Марина недоуменно уставилась на него. – Машину нельзя ругать? А что будет?
– Она накажет, – дядька нервно дёрнул шеей.
Марина вспотела и провела рукой по мокрому лбу.
– Помогите мне! Мой муж погиб. А машина по ночам включается, и музыка играет. Я в гараж не захожу, боюсь. Подругу просила на ночь у меня остаться. Она в гараж спускалась, говорит, с машиной всё в порядке, никакой музыки. Но я-то слышу! Я спятила?
– Все немного сумасшедшие, – тоненько захихикал дядька, – а мы с вами особенно! Я вам ничем не смогу помочь. Ничем. Понимаете?
– Ну, как-то можно от неё избавиться? Что мне делать? – она почти кричала.
Дядька безучастно смотрел в окно, качая шлепком.
– Знаете, я завтра привезу её вам. На эвакуаторе. И оставлю под окном. Поняли?
Лицо у дядьки исказилось, он прижал дёрнувшееся веко ладонью и потянулся за пультом. Телевизор вспыхнул экраном и разразился громкими трелями – шла какая-то музыкальная передача. Марина зажала уши руками. Дядька поманил её пальцем и указал на место рядом с собой на диване. Она осторожно приблизилась и присела на краешек.
– Она всё слышит, – зашептал дядька ей в ухо. – Она очень мстительная. Я сразу понял. Я пытался избавиться от неё – хотел в кювет столкнуть. Вот видите, – он задрал полу халата и продемонстрировал ногу в шерстяном носке – перелом со смещением.
– А если я её продам? – в свою очередь зашептала Марина.
– Если она не захочет, её никто не купит. Я намучился…
– И продали её моему мужу, – громко сказала Марина и выключила телевизор. В оглушительно тишине, слышно было шумное дыхание дядьки. – Что мне делать? Говорите, иначе я точно сделаю, как обещала!
– Её нельзя убить, – забормотал дядька, – она уже умерла. Умерла…
– Кто?
– Она… Анна. Прямо в машине. Отравилась выхлопными газами, когда муж её бросил… О! Она не прощает измен…
– Но почему никто не слышит кроме меня музыки? Я сумасшедшая?
– Это она может… – дядька косился на дверь и к чему-то прислушивался. – Меня тоже в психи записали. Но я не псих, нет. Я ещё легко отделался, только неврозом. Другим повезло меньше… – он нервно хихикнул. – Простите, ко мне сейчас должны прийти. Я вам ничем не смогу помочь. Вы же видите…
Дядька принялся подталкивать Марину к двери. Она почувствовала нарастающее отчаяние.
– Это вы продали ее Максиму! Это вы его убили! – она схватила мужика за отвороты велюрового халата и принялась трясти. Голова у дядьки замоталась из стороны в сторону. От него пахло лекарствами и грязным бельём.
– После самоубийства Анны муж её недолго прожил. В квартире пожар случился, – просипел дядька, пытаясь отодрать её пальцы от халата. Совсем близко она увидела его мутные блеклые глаза. – Любовница его тоже вскоре погибла – нашли её возле машины на асфальте с пробитой головой, типа поскользнулась на льду. Следующий владелец машины ставил москитную сетку на окно и выпал прямо на глазах у семьи. А того, кто за ним, придавило дверью в гараже. Лежит теперь овощем на больничной койке. Вам мало? И это всё она! – Дядька всё же вырвался и отбежал от Марины подальше. – Уходите! Я не хочу снова влезать в это дерьмо! Вот! Она нос мне сломала, – он ткнул пальцем в костистый нос. – Выстрелила подушкой безопасности. На ровном месте. За то, что я её не помыл.
Домофон в прихожей заверещал. Дядька дёрнулся и умоляюще посмотрел на неё. «Уходите, пожалуйста», – прошептал он одними губами и метнулся к дверям. Марина пошла к выходу, опираясь рукой о стену. Стальной обруч сжал рёбра, не давая дышать.
Замок за спиной щёлкнул. Марина принялась медленно спускаться. Навстречу бодро поднимались мужчина и женщина, оба в чёрных костюмах с одинаковыми улыбками на лице. Она посторонилась, пропуская их на узкой лестнице. Мужчина улыбнулся и протянул тонкую брошюрку. «Хотите ли вы жить вечно?» прочитала Марина и, резко отшатнувшись, выбежала на улицу.
Сидя на лавочке у подъезда в ожидании такси, она всё дышала открытым ртом, пытаясь прогнать из лёгких спёртый воздух убогой квартирки – ей казалось, что воздуха не хватает.
***
Вечером Марина снова решилась войти в гараж.
«Я знаю, что с тобой произошло, – сказала она. – Наверное, с тобой поступили несправедливо. Но при чём тут я и Максим?» Ответа не последовало, да она и не ждала. «Я точно сбрендила – разговариваю с грудой металлолома». Фары мигнули. Она вздрогнула и попятилась. Нашарила ручку двери гаража. Фары мигали без остановки в одном им ведомом ритме. Ручка повернулась и… осталась в руке. Марина посмотрела на фигурную железку. Безрезультатно потолкала дверь плечом. Нет, гараж строился на совесть. Максим всегда всё делал основательно. Ворота закрыты снаружи. Ей не выбраться. Телефон остался в сумке. Она попалась глупо, как крольчиха! И что теперь?
Мотор плавно и размерено заурчал. Заиграла музыка. Снова Джо Кокер. Из выхлопной трубы тоненькой струйкой потёк зловонный дым. Страх паучьими лапками побежал по спине. Марина подбежала к машине – ключей в замке зажигания нет – она умрёт, как та, неведомая ей женщина? А, может, так оно и лучше? Уснуть, не видеть, не слышать, не страдать? А что потом? Кому достанется это чудовище? Наверное, брату Максима. Молодой парень – тусовки, клубы. Его она тоже убьёт? Кто-то же должен остановить эту дьявольщину! Она вытерла слёзы, открыла дверцу и полезла под приборную доску. Надо что-то отрезать или оторвать, чтобы отключить, знать бы как. Нечто блеснуло под педалью газа, и рука нашарила небольшой гладкий предмет. Марина выпрямилась, держа в руках золотой футлярчик помады. Все ещё не веря глазам, открыла, провернула основание, вытягивая наружу ярко-красный стержень, закусила губу. Не может этого быть! Нет!
***
– Марина! – кто-то тряс её за плечо. Она вскинула голову и с изумлением огляделась. Настя, нахмурившись, с тревогой смотрела на неё. – Ну, ты и напугала! Я тебе весь вечер звонила. А утром не выдержала, поехала. Еле нашла тебя. Ты всю ночь в машине проспала? Нет, надо тебе куда-то поехать, развеяться. Хочешь, путёвки посмотрю?
Марина вылезла из машины, с трудом разгибая затекшие ноги. Что вчера произошло? Она вспомнила, как машина внезапно заглохла, и гараж погрузился в тишину. Настя что-то говорила, Марина почти не слышала. Пальцы её ощутимо дрожали. Так и до психушки недалеко. Вскоре Настя, наконец, уехала.
– Привет! – Марина открыла дверь с водительской стороны. – Покатаешь меня?
Дрожащие руки не сразу вставили ключ в замок. Втайне она надеялась, что мотор не заведётся. Напрасно.
Мягко шурша гравием, БМВ плавно выкатилась со двора. Марина мчалась по кольцевой, не следя за спидометром. Машина послушно совершала манёвры, повинуясь малейшему движению руля. Казалось, она тоже соскучилась по трассе, по скорости, по ветру в лобовое стекло.
– Молодец! – шептала Марина. – Молодец! Хорошая девочка!
Они вернулись домой за полночь. При ярком свете прожектора она вымыла машину, насухо протёрла тряпкой. А потом набросилась на еду, как голодная кошка. Она уже сто лет не ела нормально и сто лет не была в душе. Марина принюхалась к себе и сморщилась. Мыться и спать. Если машина и работала ночью, то она не слышала, провалившись в глубокий сон.
Утром Марина пришла поздороваться с машиной, ловя себя на мысли, что такое сумасшествие ничуть не лучше, чем другое. Пила кофе в салоне и разговаривала обо всём, даже о том, о чём с лучшей подругой не могла. Сидеть в машине было приятно. Мягкое сиденье обволакивало тело, и руль сам ложился в руки. Она начала понимать, почему муж так много времени проводил со своей бэхой. Да и что делать в доме? Огромный, он казался сейчас пустым и холодным. И еще она постоянно думала о найденной помаде.
Вечером телефон тихонько тренькнул. Кто-то с неизвестного номера прислал ей видео. Марина нажала на кнопку воспроизведения и застыла. На экране на огромной скорости мчался грузовик, сминая колёсами того, кто ещё секунду назад был полон жизни, надежды, любви, пусть не к ней, вернее, не только к ней. Что это такое? Кто это прислал?
Она отважилась посмотреть ролик ещё несколько раз. Зачем? Зачем он выбежал на трассу? Вот он достает из багажника аварийный знак, вот ставит его позади машины. А это что? Что-то мелькнуло сбоку, и Максим бросился за этой тенью. И тут же мимо пронесся грузовик. Она потёрла виски, в голове стоял туман.