Мария Дубовикова – Раскол (страница 2)

В ответ пришла тишина.

Насколько длительной она была предположить невозможно, время для меня будто остановилось. Все что меня терроризировало, прекратилось, и от этого у меня возникло бессилие. Я тихонько прижалась спиной к откосу у окна и бесшумно съехала вниз, пока не села на сам подоконник.

Склонив голову, я закрыла глаза, а буквально через пару минут мне показалось, что прорезался яркий свет.

– Вайолет. – Это голос Грэя.

Мне пришлось повернуть голову на звук, чтобы увидеть его сидящим на кровати в серой пижаме и держащим меня за руку. Я поняла, что лежу в постели и лучи солнца не могут меня просветить: то ли время, то ли сон играли со мной.

– У тебя температура? Волосы влажные и вся горишь. Тебе снова снился кошмар? – Взволнованно спросил супруг.

Может стоит также выразиться, впасть в истерику и доложить, что я сумасшедшая? Только присутствие Грэя, наоборот, усмиряла мой пылкий нрав. Единственный, кому я полностью могла доверять. И его вопрос заставил меня принять всё необъяснимое как вывод. Иначе по-другому рассуждать я боялась.

– Обними меня. – С моих уст выдалось это слишком мертвенно, будто с последних сил удалось связать слова.

Грэй послушно стал примыкать к моему телу, обвивая вокруг талии руки. Вдруг слезы, которые, как мне казалось, я могу сдержать стали течь сами по себе.

Уткнувшись подбородком об плечо Грэя, хотелось больше просидеть в безмолвии.

Однако открытый обзор на выход из комнаты вынужденно заставил проявить допрос:

– Грэй, скажи мне, куда пропала наша дверь?

– Это я и хотел узнать по твоему пробуждению. – Супруг обязал меня взглядом, словно нуждался в чтении наших с ним карих глаз, которые сошлись замешательством.

Помимо потрясения, эмоции Грэя выражали неудержимое любопытство.

– Давай расширим этот вопрос, куда исчезли все двери из нашего особняка.

Он потянул меня за руку и поволок достаточно быстро к коридору. Даже если я очень хотела убедиться, что это не розыгрыш, мои ноги отказывались идти.

– Вот, смотри!

Грэй не утихал. Кажется, что волна мурашек пробежала по всей коже и пробрала дрожью. Я считала глазами каждую комнату, что обходилась без дверного проема. Элемент мебели либо украден, либо кто-то решил спрятать.

– Что в тот момент делала охрана? – Возмутилась я. – Как такое можно не заметить, не услышать?! – Истерика пробуждалась от того, что неизвестный мне человек был взаправдашний, и что люди, нанятые для безопасности, казалось, совсем не знали о значении этого слово.

– Каспер и Джаспер доложили, что незнакомых лиц не видели.

– И это всё?

– Пока да, но… – Грэй стал вдумчиво размышлять, время от времени посматривая в мою сторону. Он метался из одного края к другому, словно то, о чём думал, было для него трудным решением. Вдруг муж остановился. Грэй положил руки на перила и стал рассматривать первый этаж. Краем глаза он наблюдал за входом в особняк.

– Знаешь, что самое бредовое, любимая? – Супруг стал более спокойнее в голосе. – Ровно в два часа ночи, когда я уставший зашел в дом, препятствие, которое всегда облиняло меня в трудные дни, просто повернуть ручку и войти, не стало таким обходимым. – Слова мужа, будто утверждали, что способность силы мысли действительно существует. Только чему я больше всего верила, что Грэй действительно владеет контролем времени, и что он иногда просил меня оставлять комнату открытой.

– Давай посмотрим записи с камер. – Решительно заявила я, но не осмелилась рассказать о своем случае. Меня вдруг посетила мысль, о человеке, что бродит во сне. Многие признаки о лунатизме я не знаю, но почему-то именно сейчас, полуночником этих злодеяний подозревала саму себя.

– Близнецы как-раз отправились в комнату охраны. – Муж говорил о тех, кому больше не доверяла, и я начинала злиться.

– Тогда нужно спешить!

Камера – это единственная технология, которая не способна на ложь, но возможна на удаление записи, что восстановлению не подлежит.

Стуча ногами по ступенькам, я быстро спускалась по винтажной лестнице, которую нужно было обойти ради дальнейшего пути, – однако объектом моего внимания стала именно ее под углом дверь. Я остановилась и обернулась с невероятным любопытством; устремилась глазами на единственную…выжившую? Почему именно она осталась целой и нетронутой? С этой мыслью я уже была на расстоянии вытянутой руки, чтобы открыть её и узнать, что же в ней такого секретного…Небольшое помещение, похожее на кладовую, о существовании которой я, по правде говоря, давно осведомлена, – она никогда не использовалась по назначению, и мой осмотр был тому подтверждением – комната была пуста и не скрывала никаких тайн. Действительно, на объекте нет ни единой детали, которую можно было бы считать хоть какой-то уликой.

– Вот блядство! – Выругался кто-то из персонала.

Я ещё раз взглянула на пыльный пол и стены; убедившись, что нет смысла задерживаться, поспешила дальше, не теряя и без того поджимающего времени.

Коридор из темного дерева с тусклыми подсвечниками, где каждое окно, растение в горшке и портреты расплываются в глазах. И некоторые из картин – не мои работы. Единственное, что когда-то сказал мне Грэй: «Моя мама тоже рисовала».

Муж хорошо воспитан и порядочен, но по какой-то причине он никогда не хотел делиться тем, что было для меня самым важным, – семья и родословная.

Когда мы познакомились, у него уже было наследство – это особняк на окраине леса, где мы живем. И я была знакома только с настенными фотографиями его родителей, на которых глаза достались ему от отца, а черты лица – от матери. Не знаю, в чём причина того, что Грэй не проявлял интереса к теме семьи, но со временем я начала понимать, что у всех нас разные принципы и мировоззрения, и ему удаётся жить благополучно даже без поддержки родителей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.