Мария Данилова – Падший ангел. Книга вторая (страница 9)

Ци’лакьер. Настоящий теперь.

Он не показывался мне полностью, скрывался в тени деревьев, разглядеть его было практически невозможно. Но теперь я точно знала, что это он. Когда меня обучал магии мой учитель (мой учитель магии, а не мой дядя), он рассказывал мне о Ци’лакьерах. Клинки, естественно, были частью неотъемлемых легенд о них, но и еще кое-что.

Эти воины обладали огромной разрушительной силой, более того, каждый маг, даже начинающий, мог спокойно понять это по одной простой вещи: как только появляется такой воин, тебя сразу прибивает к земле, словно притяжение становится в два раза сильнее.

Все было именно так, как описывал мой учитель. Воин не подходил ко мне близко, он замер возле дерева, которое росло в трех шагах от меня. Судя по позе, он держал руки на своих клинках в ножнах на поясе.

– Проверка? – Вскинула брови я.

– Не каждый может выйти на нас, – размеренно заговорил явно мужчина, уже совсем не мальчик. – Зато многие считают нас порождением зла и желают нам смерти.

– Но вы же действительно убийцы, – заметила я.

– Мы охотимся и караем только бессмертных демонов, тех, с кем ни одному человеку не справиться, – в свою защиту произнес Ци’лакьер.

– Не всем, – хмыкнула я, вспомнив Палача.

– Что? – Не понял моего сарказма Воин.

– Я говорю, я здесь не для того, чтобы вас убивать или что-то в этом роде.

– Но и местонахождение демона было лишь уловкой, не так ли?

– Верно, – кивнула я. – У меня есть одно дело, которое необходимо обсудить.

– Что за дело?

– В своей работе вы используете сифалийские клинки, так? – На всякий случай начала с уточнения я, решив, что, если буду долго и пространно намекать, замерзну насмерть.

Еще один порыв ветра заставил меня поежиться.

– Об этом многие знают, – ответил Ци’лакьер.

– Насколько мне известно, эти клинки изготавливаются достаточно долго, к тому же для каждого воина индивидуальны, – продолжала я. – Эти правила довольно строги и соблюдаются беспрекословно. Я все правильно понимаю?

– Да, – кивнул воин. – Хотя я не понимаю, к чему ты ведешь.

– У меня один вопрос: может ли быть такое, что сифалийские клинки достаются кому-нибудь еще? По недосмотру, или по какой-нибудь другой причине, могут эти клинки попасть в руки обычного человека? Или, скажем, колдуна?

Воин молчал несколько секунд, прежде чем ответить.

– Тебе что-то известно? – Спросил он.

– Я задала простой вопрос, от твоего ответа будет зависеть мои дальнейшие слова.

Воин внезапно ухмыльнулся.

– Ты ставишь условия? – С толикой скепсиса и некоего презрения уточнил он.

– Я позвала тебя сюда, ты пришел, значит, тебе действительно интересно, чем я владею, и зачем мне понадобилась встреча с тобой. Хочешь узнать все до конца, иди до конца.

Ци’лакьер кивнул – в темноте я видела только его силуэт – а затем оттолкнулся от дерева и сделал последние три шага ближе ко мне. Я слегка напряглась, явно не ожидая нарушения моей зоны комфорта. Он был выше меня, хорошо сложен, широкоплечий, крепкий, вообще-то идеальный воин. В деталях. Его одежда, его оружие, крепившееся так, словно было частью его самого. Я смотрела на него снизу вверх взглядом загнанного зверя и ничего не могла с этим поделать, как ни старалась. Его темные, опасные глаза, словно пронизывали меня насквозь.

– Я пойду до конца, – сообщил он мне. – Но, если ты так хорошо знаешь нас, ты должна так же знать, что такое магический бартер.

Мое сердце ухнуло в пятки. Отлично, только этого не хватало. Раньше у меня хотя бы был Винс, в перспективе должен был быть Палач, но я отправилась на встречу с самым опасным воином в мире одна. «С» – самонадеянность. Можно меня поздравить, я официально – безмозглая дура.

Виду, конечно, как я «счастлива» данному предложения, естественно, не подала, однако радости явной тоже не выказала. Самое ужасное во всем этом было то, что я до конца не очень-то и уверена, что моя магия сможет с ним справиться. Именно простая, обычная магия. А это значит, что придется подключать магию Мистерий, не хотелось бы раскрываться перед таким, как он…

Клинки, разящие бессмертных, у него клинки, разящие бессмертных!

– Знаю, – все-таки подтвердила я. – В данном случае нам это не пригодится, ведь мы можем обо всем договориться. Я пришла с миром и не собиралась вступать в бой.

Попытаться уладить это дело мирным путем было приоритетным. Мне не хотелось вступать в схватку с таким, как этот воин. Это почти что сравни самоубийству. Не я в это ввязывалась, просто мне нужно избавиться от клинков, вот и все. Не могут же они вечно лежать в моем комоде рядом со свитерами. Воспользоваться ими я все равно никогда не смогу, поэтому нужно с ними поскорее расстаться, пока кто-нибудь не решил их у меня украсть. От этого неприятностей будет гораздо больше.

– Если ты вызвала такого воина, как я, значит, ты должна была понимать, что разговором наша встреча не ограничится, – почти ласково сообщил мне Ци’лакьер.

Он меня испытывал, я это понимала, но продолжала держаться.

– Поверь мне, тебе нужнее то, что есть у меня, – настаивала я. – Я не хочу снова затевать переписку и начинать все сначала. Тебе я зла не желаю.

Воин улыбнулся мне.

– Отчего же ты такая самонадеянная? – Поинтересовался он.

– Это не самонадеянность, а чистая правда, – твердо сообщила я. – Просто ответь на мой вопрос, и мы продолжим нашу беседу.

Не успело даже пройти и мгновения, как у моей шеи замер острый клинок. Без понятия, как он это сделал, я даже не успела уследить за его мыслью, не то, что за его движениями. Воздух словно двигался вместе с ним, он был так быстр… Но отдать мне должное, я почти что не удивилась, подумаешь, слегка пошатнулась? Да это ветер. Ци’лакьер, это ветер, запомнил?

– Ладно, – впилась взглядом в то место, где предположительно должны были находиться его глаза, ибо их совсем не видно в темноте. – Хочешь драться, без проблем. Только потом не говори, что я тебя не предупреждала.

Воин снова улыбнулся, а мне пришлось выкручиваться из ситуации.

Выбора не было, придется вступать в схватку. И чего он просто не мог, молча, забрать клинки и уйти? Нет, ему надо. Ладно, тоже не пальцам деланая, сосредоточиться.

Помимо открытого применения заклинаний я освоила, хоть и поверхностно, все же магию мыслей. Поскольку я произносила нужные заклинания про себя, а мои плечи, по счастью, были скрыты под свитером, курткой и шарфом, воин не успел ничего особенного заметить. Плюс такой магии заключался еще и в том, что это колдовство причислить к магии Мистерий было нельзя. Многие владеют мысленными заклятиями, поэтому я и могла не переживать из-за разоблачения.

Символы было не заметить даже на ментальном уровне, только я, управляя ими, могла точно знать, где они находились. Несколько мгновений и невидимые ленты из заклинаний окружили Ци’лакьера. Еще бы миг и можно было бы их увидеть, когда они заключат моего оппонента в ловушку.

Что в точности произошло, я так до конца и не поняла. Я услышала звук, похожий на звон лезвия о сталь, а потом мои заклинания внезапно проявились светло-фиалковыми отблесками и бесполезными лоскутами стали опадать на землю, растворяясь в воздухе.

Это было… Это было и это уже плохо! Да, я понимала, что в этом ордене не куличики лепить учатся, но чтобы кто-то мог в действительности разбить мои невидимые заклинания… Любые заклинания Мистерий… Такое было впервые. И, скажу честно: я слегка испугалась. Ну, как слегка? Душа вылетела из тела на секундочку…

Я нервно сглотнула и даже слегка растерялась. Похоже, эти клинки действительно обладали силой, способной справиться с абсолютно любой магией. Даже моей. Да, самонадеянно. Но что теперь поделаешь?

– Это все? – Поинтересовался Ци’лакьер, когда я несколько замешкалась.

Это… просто… уму непостижимо! Я тут стою, пытаюсь изо всех сил показать, что сильнее, но это не так. И это ужасно, потому что…, потому что…

Я не ответила, просто забросила идею предосторожностей и отчаянно захотела его победить. Мне это было необходимо. Во-первых, потому что – здравствуй, гордость! Почему ты у плинтуса? А, во-вторых, я должна была доказать, что сильнее. Обязана! Особенно, учитывая сложившиеся условия.

Размяв ладони, я хрустнула костяшками пальцев, затем хлопнула в ладоши, призывая свою магию, развела их в стороны и выпустила яркие символы на волю. Место, где мы сражались, тут же залило алым светом, я смогла разглядеть Ци’лакьера и застывшее удивление на его лице. Все равно, пусть знает, кто я, главное, я смогу его победить. Не может быть такого, что магия Мистерии не работает против такого, как он. Он ничем не лучше остальных, пусть даже убийца бессмертных.

Воин слегка отступил, с большим интересом разглядывая мои заклинания. Символы быстро закружили вокруг него, пытаясь сковать и предупредить любые движения, хотя бы замедлить. Воину хватило мгновения, или двух, чтобы во всем как следует разобраться. Секунду спустя он снова использовал клинки и свою силу и… О, черт возьми! У него это снова получилось! Он разрубил мои заклинания! Заклинания Мистерий!

Мои глаза лезли из орбит, словно только что случился конец света. А как иначе? Никогда такого не было! Никогда! Никто не знает магию Мистерий, и уж, тем более, как ей противостоять. В этом-то и было мое единственное преимущество перед целым миром врагов.