Мария Читоркина – Короткометражный фильм (страница 8)

А: "В общем, мы приехали на какую-то базу металла с обработкой на месте по желанию. Федор, мы пока для простоты прозвали его олигархом, сейчас поймете почему, пошел на склад, Санек за ним. Давай дальше, Саш".

С: "Ну, что сказать, там внутри какие-то типы начали передавать ему деньги, три пачки с пятитысячными купюрами, на вид тыс. 200 в одном точно, они еще поговорили, пожали руку друг другу и разъехались…"

Я: "В чем тут интерес то? Ну бабки и бабки, мало ли, металл дело тонкое, может когда-то сдавал на такую огромную сумму?!"

А: "Дослушай сначала. Он там авторитет".

Т: "Бред какой-то, на побитом, старом форде катается этот авторитет. Вы извините, но это в глаза сразу бросилось – костюм дорогой, а машину будто на сдачу взял, ахах".

Все громко посмеялись, будто согласившись с мнением Толика.

Соня: "Не тяните этого кота уже за хвост. В общем, Федор разговаривал максимально расслабленно, руку положил в карман. Оба работника встали рядом, будто съежившись, поддакивали постоянно, и в конце "сделки" один из них пожал руку нашему олигарху аж двумя своими. Осталось бы только в ноги поклониться. Значит, он что-то сделал для них или в принципе держит здесь бизнес, правда скрытый, если он мент".

Толя усмехнулся: "И что нам это даёт? Новое преступление, еще и возможно не по нашей части?"

Соня: "Да погоди ты. Еще интерес в том, что на складе стояло пару мольбертов".

Я: "Не понял, к чему вы это?"

Соня: "Вы забыли, чем занималась Алина? И тем более, как связан прием металла и мольберт вообще?"

Я: "Точно!"

Т: "Всё-всё ладно, мы поняли, в чём связь, действительно, странно".

А: "Наконец-то. Так, Сонь, ты что-то хотела сказать в машине…"

Соня: "Да, точно. Ребят, в общем, сегодня я вспомнила кое-что про Алину. Помните, она дружила с двумя братьями нерусскими Маратом и Рашидом?! Все покачали головой в знак согласия. Так вот, она все-таки начала встречаться с Маратом и уже месяца как четыре наверно они встречаются, ну точнее встречались. Сонька вздохнула, а я обнял ее. На похоронах Марат был, я его видела, весь разбитый, даже боялся смотреть в сторону гроба, а Рашида не было. Почему он не пришел? Они ведь с ней тоже хорошо общались. Как-то странно".

А: "Так, погоди не так быстро. Рашид же не общался с Алиной после того, как Марат стал ее парнем или нет?"

Соня: "Ну почти, пересекались иногда лишь, она бывало мельком говорила о нем".

Т: "Тогда почему ты удивляешься, что его не было на похоронах, раз они так мало общались?"

А: "Толь, глупый вопрос. Я конечно сейчас скажу черным смыслом, но если бы у моего брата умерла девушка, то я бы явно был на похоронах, а у них тем более это как- то не по манерам, ну вы поняли".

Соня: "Да, тем более, Рашид знал её больше, чем просто девушку брата, говорю же, она им нравилась двоим".

Я попытался съязвить: "Верно, значит нужно поговорить с ними обоими, узнать, как сейчас Марат вообще, не дай Бог третья смерть у нас намечается, только в форме самоубийства".

Соня: "Ну, Макар, хватит, а, меня тошнит уже от твоего черного юмора. Страшно до трусов, вот честно".

Толя: "Вот именно, не смешно абсолютно. У меня сестры нет, если ты забыл уже! Так что прекрати такое выбрасывать, пока у нас и с тобой драка не началась".

Я: "Так, так, не надо сейчас нагнетать, если бы не шутки, вы бы в психушке оказались уже"

А: "Так, ладно, лучше подумайте о том, что сейчас слишком много вопросов, мы не должны запутаться. Начну сначала. Во-первых, почему нам так и не показали тело? Почему гроб был закрытый? Во-вторых, какие полицейские занимались делом Алины вообще в этот момент, не те же случайно, что приехали к Толику? И что это за полицейские такие, про них мало нам известно?! В-третьих, кто-то из родственников обсуждал шепотом, что Алину отравили наркотой? Она явно не употребляла сама, и тем более в таком количестве, чтобы словить передозировку и умереть… Отвечая сразу на ваше изумление, да, я не говорил вам, что слышал про наркотики, потому что тогда еще было не время, а потом уже совсем не до наркотиков было, как вы помните"

Все с удивлением взглянули на Артема. Смерть Алины всё больше приобретала какой-то смысл и напоминало начало остросюжетного кино, в котором нам, как главным героям, предстоит ввязаться в детективную авантюру. Все просто покачали головой в знак того, что поняли посыл Артема.

Соня: "С родителями Алины ещё сегодня нужно поговорить, они уедет часа через два"

А: "Да, непонятно, почему сразу уезжают, и куда денут картины? Ещё, загадкой остается эта полицейская машина, которая уехала. Где её искать? В этом доме, который похож на коттедж? Ещё выяснить всё у Марата с Рашидом. После ответа на все эти вопросы, надеюсь станет легче".

Соня: "Как бы было не наоборот, Тём. Чтобы ответить хотя бы на них, нужно очень сильно постараться. Нам бы знать, чем владеет полиция по поводу смерти Алины".

А: "Нас по-любому вызовут на допрос, что сможем, то узнаем"

Соня испуганно: "Почему нас должны вызвать то?"

Т: "Так или иначе мы контактировали с ней, к тому же ищут Каролину. Я даже не представляю, как я появлюсь дома".

А: "Черт возьми, а ты прав. Тебе пытались дозвониться и выяснить с Каролиной ты или нет, наверно".

Соня: "Скорее всего я скажу глупость, но наверно за нами хотят тоже установить слежку".

Т: "Бред какой-то. Мы должны вернуться по домам и показаться родным, иначе и нас по любому будут искать. А я поговорю с родителями. Да, Тём, они звонили пару раз, но я так и не отвечал им. А что я им скажу то?".

А: «Да, и мне и вам нужно подумать, что делать дальше, действительно показаться родным, уйти с поля зрения подозреваемых, обо всем желательно сообщать лично. Толик, тоже приготовь свою машину, нужно будет разделиться. Я сейчас к родителям Алины, потом домой, вечером в 20:30 возле площадки нашей. Толик, аккуратней будь! Родителям скажешь, что Каролины с нами не было, не знаешь, где она. Только эмоции при себе держи. Знаю, что тяжело, но придется врать либо сразу быть подозреваемыми".

Толик: "Я понял. Нам нужно, хотя бы какое-то время не быть подозреваемыми, чтобы хоть что-то узнать".

Соня резко и громко спросила: "Ты один поедешь к дому Алины, Артем?"

А: "А ты думаешь их не удивит толпа? Я найду подход, как спросить, не бойтесь, вечером обсудим, ну если прям важно, тогда позвоню".

Соня: "Я с Алиной общалось больше, нужно ехать мне!"

А: "Пойми ты, мы не знаем, что с ними происходит, я не готов потерять кого-то ещё. Пойду я и точка!"

Соня со своим утвердительным характером хотела было поспорить, но я настоял, что так, как предлагает Артем лучше. Поддержав еще раз Тёму, обсудив примерный образ разговора Толика с родителями, мы почти сразу разъехались по своим домам, где нас не было почти сутки. Довольно немного по сравнению с нашим опытом пропадания, но сейчас нельзя было теряться из виду и давать повод для подозрения.

Глава 2. Почему художник?

Мы с Саньком зашли домой. Мама готовила ужин… Уже пахло запеченной красной рыбой и приправами… Посудомоечная машина издавала звуки своей работы… Рыжий кот, Варфим, с детства награжденный толстотой, стал ласкаться возле меня, как только я зашел. До сих пор не принимающая наше поведение мама, резко повернула на нас голову, подошла и спросила: "Ну, где же вы ходите, парни? Отец хотел поговорить с вами, сейчас спустится". Мы молча глядели в пол, не было ни желания, ни сил спорить, тем более с отцом. "Разговор…Как не вовремя…", – со вздохом подумали мы про себя. Мать позвала отца, и тот спустился со второго этажа не в своем черном халате с тигром, а в темно-зеленом военном костюме, в котором обычно отправлялся в командировку. Значит, он будет торопиться и диалог займет всего пару минут.

Отец сказал очень строго: "Садитесь, сорванцы!"

Он осмотрел нас взглядом, не понимая, что за одежда на нас, что за пришибленный вид, будто вдруг проснулась совесть у таких разгильдяев. Отец сидел, держа перед собой руки, сжатые в кулак: "Вы никогда не спрашиваете у меня, как дела на работе и прочее, не смотря на то, как сильно я интересуюсь… (пауза) вашей жизнью. Так вот, довожу до вашего сведения, что вчера мне посчастливилось спасти жизнь начальнику Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД РФ. В связи с этим, моя должность будет выше, и я буду представлен к награде. Я не буду вам подробно рассказывать, как и что произошло, верю, что вам наплевать. К чему я об этом? Одним словом, сейчас авторитет нашей семьи очень вырос, новости уже заполнены всеми этими событиями, я вдруг стал героем тогда, когда уже практически перестал верить в себя. Сегодня я уеду в командировку может на неделю, может на две, узнаю позже чуть. Что бы не происходило, присматривайте за мамой, не оставляйте на долго в одиночестве». По нашим физиономиям отец понял, что нам нужно пояснение, поэтому шепотом сказал: "Вы наверно знаете, что мы с ней хотели третьего ребенка…?" Мы промолчали, потому что поняли, что мама снова переживает из-за того, что не может забеременеть. Он вдруг встал, отвернулся, подошел к окну, потрепал кулаки и затем снова повернулся к нам и громко с обидой заявил: "Глупцы, я вкладывал в вас все эти годы не просто средства, а душу, никогда не говорил вам таких слов, но вы худшее испытание в моей жизни, именно поэтому мы с Диной хотели третьего ребенка, в надежде, что, хотя бы он будет понимать нас, а не улицу. Я разговаривал с вами каждый день, всё ваше детство ни разу не был грубияном, который обижал бы жену или детей, я не пил, не курил, а вы же выросли полной противоположностью. Даже этот чертов спорт я прививал вам с детства – уже в четыре года вы играли со мной в футбол. И знаете, что? Это единственное время, которое вы были моими, потому что, наверно, у вас не было выбора, не было собственных желаний, вы впитывали то, что мы давали. Стукнуло восемь лет, и всё, всякий спорт для вас стал просто выносом мозга, болезненным жизненным испытанием, вы даже ревели, умоляя не идти. Вы ныли, как будто вас заставляли, как в былые времена брать в руки оружие и уже учиться воевать в столь юном возрасте. И исходя из всего вышесказанного, у меня к вам один вопрос. Хотя бы пока меня не будет, я могу рассчитывать на то, что в доме всё будет мирно и благополучно? И да, мама не может больше иметь детей, а потому переживает. Но, поймите, вы наши дети, и мы вас все равно любим. Я всегда учил вас любить и быть любимыми, помните это!"