Мария Черниговская – ЭТО МОЯ МЕЧТА (страница 31)

– Я очень рад за тебя, Делли. Правда. Он чуть сжал её колено. – Я могу поехать с тобой, если ты волнуешься.

– Я… я не знаю… – начала она.

– Конечно, – вдруг резко вмешался Рэнни с заднего сиденья, – пусть поедет. Будет кому держать тебя за ручку, пока ты изображаешь «естественное сияние кожи». Очень серьёзная актёрская задача.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Делли. В машине повисла тяжёлая пауза. Эш резко посмотрел в зеркало заднего вида.

– Ты сейчас заткнёшься, – холодно сказал он. – Во-первых, это её работа.

Во-вторых, Делли делает больше, чем половина людей в нашем возрасте, потому что не боится пробовать. И, если тебе так хочется язвить – делай это где-нибудь ещё, не рядом со мной и не рядом с ней.

Рэнни прищурился, но промолчал.

Делли смотрела прямо перед собой, стараясь не показывать, как внутри всё сжалось.

Но где-то глубоко внутри ей стало тепло из-за того, что Эш встал на её сторону. Делли положила свою руку поверх руки Эша, лежащей у неё на колене, и слегка сжала пальцы. Это движение сразу заметил Эш – уголки его губ дрогнули, он улыбнулся, не отрывая взгляда от дороги. Делли на секунду посмотрела в зеркало заднего вида. Рэнни сидел, скрестив руки на груди, его взгляд был тяжёлым и прямым – он смотрел именно на неё. От этого взгляда внутри что-то неприятно кольнуло.

Она тут же отвернулась и посмотрела на Эша.

– Я хочу, чтобы ты был на моих съёмках, – тихо сказала она.

Эш повернул к ней голову, его лицо сразу стало мягче.

– Тогда поедем вместе, Делл, – кивнул он. – Без проблем.

Они подъехали к дому Рэнни. Тот вышел из машины резко, хлопнув дверью так, что Делли даже вздрогнула, и, не обернувшись, ушёл.

Эш выдохнул.

– Извини его. Он в последнее время очень нервный. Всем грубит, не только тебе.

У него какие-то проблемы с выходом фильма, плюс скоро улетает на премьеру.

– Понимаю, – коротко кивнула Делли, хотя на самом деле не понимала ничего.

У бара Blue Shore уже горели мягкие огни. Эш вышел первым, обошёл машину и протянул Делли руку. Когда она взяла её, он переплёл их пальцы, будто это было самым естественным в мире. Делли шла рядом и ловила себя на мысли, что ощущения внутри путаются. Ей было хорошо с Эшем – спокойно, тепло, правильно. И в то же время в голове всё ещё всплывал Рэнни – человек, о котором она ничего не знала, но который будто оставлял после себя след.

В баре играла тихая музыка. Они подошли к стойке.

– Я буду ананас-манго, – сказала Делли.

– Тогда мне арбузный, – улыбнулся Эш.

Они устроились за маленьким столиком с диванчиком. Эш сел ближе, обнял её, и Делли сразу уткнулась макушкой ему в грудь. Он медленно провёл ладонью по её оголённому животу – Делли вздрогнула, но не отстранилась.

– Делли… – сказал он ей на ухо. – Я впервые вижу твой голый живот. И он самый красивый.

– Я обычно так не одеваюсь, – рассмеялась она, поворачиваясь к нему.

– Но иногда… – он улыбнулся, – это очень даже круто.

Им принесли смузи. Делли сделала глоток и довольно прищурилась.

– Ммм… дай попробовать твой.

Она потянулась к его стакану с коктейлем – ярко-красному, с кусочками арбуза, плавающими в измельчённом льду. Пальцы её почти коснулись холодной трубочки, но Эш, с лукавой улыбкой, ловко убрал её в сторону, заставив Делли наклониться ещё ближе. Её волосы упали вперёд, почти касаясь его лица, а в воздухе повис запах тропических фруктов.

Она рассмеялась тихо, протестующе, но в глазах уже плясали искры. И в этот миг Эш не выдержал – наклонился и поцеловал её.

Губы его были прохладными от напитка, сладкими, с ярким, свежим вкусом арбуза – сочным, летним, таким, что у Делли внутри всё сжалось от неожиданности и удовольствия. Поцелуй был лёгким, игривым, но в нём чувствовалась нежность, которой она не ожидала. На секунду она замерла, растерянная – сердце пропустило удар, – но тут же ответила, положив ладонь ему на грудь. Под тонкой тканью она почувствовала тепло его кожи, быстрое биение сердца, которое эхом отозвалось в её собственном.

Эш отстранился первым – всего на сантиметр, чтобы прошептать, касаясь её губ своими:

– На вкус ты как ананас… сладкая, с лёгкой кислинкой.

Делли тихо засмеялась – звук вышел мягким, чуть хрипловатым, полным тепла.

– А ты как арбуз, – ответила она, всё ещё не убирая руку с его груди. – Прохладный, свежий…

Когда Делли чуть отстранилась, щёки её горели, губы покалывало от холода и его вкуса, Эш улыбнулся – и наконец протянул ей трубочку.

– Ладно, пробуй, – сказал он, голос низкий, с лёгкой хрипотцой. – Но только если пообещаешь потом ещё один поцелуй. Для сравнения вкусов.

Она взяла трубочку, не отводя от него глаз, и сделала глоток – холодный арбузный сок скользнул по языку, смешиваясь с воспоминанием о его губах. Делли улыбнулась, чувствуя, как внутри всё теплеет, медленно, но неотвратимо.

– Думаю, – тихо сказала она, возвращая стакан, – сравнение потребуется… неоднократное.

Он сделал глоток из её стакана и тут же скривился.

– Боже, Делл, он же ужасно кислый!

– Я люблю кислое, – пожала плечами она. – Мне нормально. А твой слишком сладкий.

– Тогда мы идеально не совпадаем, – рассмеялся он.

– Или идеально дополняем, – ответила Делли.

Они гуляли вдоль набережной, обнявшись. Солёный ветер с океана играл её волосами, касаясь его щеки, а далёкие огни яхт мерцали на воде, как разбросанные звёзды. Эш рассказывал смешные истории со съёмок. Как один актёр в самый драматичный момент забыл текст и выдал импровизацию про пиццу, как оператор споткнулся и чуть не утопил камеру в бассейне, как целая сцена пошла наперекосяк, но в итоге получилась лучше, чем по сценарию. Делли смеялась – искренне, от души, запрокидывая голову, и звук её смеха казался ему самым красивым на свете. Она удивлялась, задавала вопросы, слушала, будто впитывая каждое слово, каждую интонацию.

Потом заговорила она – тихо, задумчиво, о детстве. О том, как сидела перед старым, потрёпанным телевизором, жуя бутерброды, и мечтала оказаться по ту сторону экрана

– Я хочу посмотреть фильмы с тобой, – вдруг сказала она, поднимая на него глаза. – Можем устроить марафон? Просто ты и я, попкорн, диван…

Эш засмеялся – мягко, но покачал головой.

– Ни за что.

– Что? – Делли остановилась, приподняв брови в притворном возмущении. – Ты серьёзно?

– Абсолютно, – ответил он, улыбаясь уголком губ. – Я не смотрю фильмы с собой. Мне… неловко. Слышать свой голос, видеть свои жесты со стороны – это как слушать запись собственного смеха. Жуть.

– Ладно, – протянула она, задумчиво прикусив губу. – Тогда я посмотрю одна. Все твои фильмы. И дам честную, беспощадную критику. По пунктам.

Эш рассмеялся громче, остановился и взял её лицо в ладони – тёплые. И поцеловал. На этот раз не нежно, не осторожно – резко, глубоко, с голодом, который копился весь вечер. Язык его скользнул к ней, завладел, и Делли почувствовала, как колени слабеют. Он прижал её спиной к прохладной стене набережной – не грубо, но властно, – тело его накрыло её полностью, твёрдое, горячее. Она неожиданно для себя тихо простонала – звук вырвался сам, низкий, дрожащий, прямо в его рот. Эш ответил рыком, укусил её нижнюю губу, потянул медленно, дразняще, пока она не выгнулась навстречу.

Его рука скользнула вниз – по талии, по бедру, пальцы впились в кожу, горячие, требовательные.

– Тише, тише, – выдохнула Делли, перехватывая его ладонь, отстраняясь чуть-чуть. Голос дрожал, щёки горели. – Ты торопишься… слишком.

Эш тяжело выдохнул, откинул голову назад на миг, прикусил свою губу – сильно, словно пытаясь взять себя в руки. Глаза его были темными в свете фонарей, полные неукротимого желания.

– Тогда идём, – сказал он хрипло, голос низкий, как гром. – Идём прямо сейчас. Иначе я точно не уберу руку. И не только руку.

Делли прищурилась, улыбаясь – медленно, вызывающе, чувствуя, как внутри всё пульсирует от его слов.

У общежития Делли отстегнулась, наклонилась и поцеловала Эша первой – резко, с лёгким прикусом губы.

– Мне пора, – прошептала она.

– Увидимся, Делл, – ответил он.

Она вышла из машины, махнула рукой и послала ему воздушный поцелуй.

Эш рассмеялся, «поймал» его и сделал вид, что съел.

Делли вбежала в комнату кидая сумку на пол прижимаясь лбом к двери, и смеясь, Какой прекрасный день сегодня – подумала Делли, когда на экране высветилось сообщение.

Эш: я замечательно провёл вечер, Делл. Целую.