Мария Черниговская – ЭТО МОЯ МЕЧТА (страница 26)

– Какой кошмар, – закатила глаза Грейс, но в её взгляде была не насмешка, а настоящая злость за подругу. – Но знаешь, что ещё ужаснее? То, что Стелла легла с ним, когда он был пьяным, лишь бы хоть как-то удержать. Это… мерзко. Это не любовь, это какая-то больная зависимость.

Делли ничего не ответила. Просто сделала глоток вина – горького, терпкого, обжигающего горло. Оно стекло вниз, оставляя послевкусие, похожее на её собственные чувства.

– Слушай, – вдруг сказала она, глядя в бокал, пальцы дрожали, – как думаешь… мне стоит согласиться сняться в рекламе против акне?

Грейс расхохоталась – громко, искренне, откинув голову назад.

– Ты серьёзно? А почему нет? Все с чего-то начинают, Делл. Все. Даже самые крутые начинали с рекламы зубной пасты или прокладок.

Делли пожала плечами – тяжело, будто на них лежал весь мир.

– Я не знаю… Я, наверное, не считаю себя достаточно красивой.

Грейс резко посмотрела на неё – глаза сузились, улыбка исчезла.

– Ты издеваешься? – голос её стал серьёзным, почти сердитым. – Делли, ты выглядишь как ангел. У тебя глаза, в которых можно утонуть, кожа, как у ребёнка, и эта твоя улыбка… ты очень красивая. И не смей мне тут говорить обратное, потому что я сейчас разревусь вместе с тобой.

Она ткнула в неё пальцем – твёрдо, почти угрожающе.

– Когда я стану продюсером, я позову тебя в свой фильм, ясно? И не вздумай отказываться.

Делли рассмеялась – тихо, но искренне. Впервые за день по-настоящему. Слёзы всё ещё стояли в глазах, но теперь они были другими – не от боли, а от тепла.

Она открыла анкету, перешла в приглашения и откликнулась на пробу. Пальцы дрожали, когда она нажала «отправить». Сердце стучало так сильно, что казалось – сейчас выскочит.

Грейс приобняла её – крепко, по-дружески, прижала к себе.

– Вот видишь. Не бойся. Всё только начинается. Ты пойдёшь далеко, я тебе обещаю. Ещё вина?

Дальше всё смешалось. Они смеялись до слёз, снова напились, и Грейс, хохоча, потащила Делли на танцпол. Заиграла Nelly Furtado – «Give It To Me».

– If you see us in the club, we’ll be acting real nice! – подпевала Делли, танцуя.

Грейс крутилась, двигая бёдрами, смеялась. Делли чувствовала себя легче – будто мир снова стал простым, будто вчерашний вечер, пещера, поцелуи, слёзы – всё это осталось где-то далеко, за горизонтом. Тело двигалось само, музыка текла по венам, и впервые за долгое время она не думала – просто была.

К ней сзади подошёл какой-то парень, начал двигаться рядом и наклонился к уху:

– Пойдём в комнату.

– Нет, – сразу сказала Делли, отступая. Голос был твёрдым, несмотря на алкоголь.

Грейс это увидела и резко толкнула его.

– Иди нахрен отсюда.

– Делли, ты охрененно танцуешь, – сказала она, обнимая её.

– Ты мне тоже очень нравишься, – рассмеялась Делли. – Правда.

Она вдруг схватилась за голову.

– У меня кружится голова. Я отойду, ладно?

Грейс кивнула. Делли вышла из толпы и начала подниматься на второй этаж. Медленно. Не заметив, как тот парень пошёл за ней. Она зашла в первую попавшуюся комнату. Он – следом. Он резко схватил её и повалил на кровать. От него пахло алкоголем и рвотой.

– Нет! – закричала Делли, пытаясь оттолкнуть его. Страх ударил мгновенно – холодный, липкий, парализующий. Она билась, царапалась, но он был сильнее.

В следующий момент его резко дёрнули за шкирку. Удар – короткий, жёсткий. Парень вскрикнул, кровь хлынула из носа.

Делли закрыла рот рукой. Это был Рэнни. Он вытолкнул парня из комнаты и захлопнул дверь – так сильно, что задрожали стены.

– Эй, – сказал он, подходя ближе. Голос был низким, спокойным, но в нём чувствовалась сталь. – Ты в порядке?

Делли смотрела на него широко раскрытыми глазами, потом кивнула – и вдруг резко обняла его за шею. Руки дрожали, слёзы снова хлынули – горячие, безудержные.

– Всё хорошо, – тихо сказал он, обнимая её в ответ. – Ты в безопасности.

Она покачала головой, уткнувшись ему в грудь, чувствуя, как его сердце бьётся быстро, сильно.

– Мне было страшно… Спасибо. Спасибо, что пришёл.

– Я отвезу тебя домой, – сказал он. – Пойдём.

Делли молча кивнула и отстранилась, всё ещё дрожа.

Она знала одно: если бы он не появился – всё могло закончиться совсем иначе.

Сначала они ехали молча. Делли смотрела в окно, пока дыхание окончательно не выровнялось. Потом вдруг тихо рассмеялась – коротко, неожиданно, будто её снова накрыла волна опьянения от духоты и всего пережитого.

– Я согласилась на рекламу от акне, представляешь? – сказала она, проводя ладонью по лицу. – Боже… я такая… я даже не знаю, как такую трусливую меня вообще угораздило поступить на актёрское.

Рэнни усмехнулся, бросив на неё короткий взгляд.

– Большинство начинают с рекламы, – сказал он спокойно.

– Но ты ведь не снимался в ней, – резко возразила Делли.

– Откуда ты знаешь? – приподнял бровь он.

– Неа, – покачала головой она. – Я всё знаю.

– Прямо всё? – он посмотрел на неё внимательнее.

Делли кивнула, улыбаясь – пьяно, но искренне.

– Так ты моя фанатка? – усмехнулся Рэнни.

Она повернулась к нему, глаза блестели.

– Нет, конечно. Я вообще без понятия, где ты снимался.

Он усмехнулся и снова посмотрел на дорогу.

– Давай заедем в кафе, – сказал он. – Тебе нужно поесть и выпить горячего чая, иначе завтра будет тяжело.

– Ты что, решил проявить заботу? – прищурилась Делли. – Ты же вроде меня ненавидишь.

– С чего ты взяла, что я тебя ненавижу?

– Не знаю, – пожала плечами она.

Помолчав, Делли вдруг сказала:

– Как думаешь… ты бы мог в меня влюбиться, будь я популярной?

Рэнни резко вскинул бровь – он явно не ожидал этого.

– Делли, – тихо сказал он, – ты, кажется, очень перебрала.

Она посмотрела на него серьёзно.

– Просто скажи. Смог бы?

Он покачал головой.

– Я не хочу отвечать на такой провокационный вопрос. Давай ты сначала протрезвеешь.

Делли надула губы и отвернулась к окну. Рэнни это заметил и едва заметно улыбнулся. Они остановились у круглосуточного киоска «Moonlight Deli». Рэнни взял ей сладкий круассан с миндалём и горячий чай с ромашкой и мёдом, себе – чёрный кофе и сэндвич.